Кыргызча

Американский опыт: равные возможности

16:49, 20 Августа 2015

26 июля 2015 года США отпраздновали 25-тилетие ADA (Americans with Disabilities ACT) – свод законов, защищающий гражданские права ЛОВЗ со всех сторон и выступающий против их дискриминации. К этому событию и была приурочена программа обмена опытом, по которой двое гражданок Кыргызстана, Сейнеп Дыйканбаева и Мария Небога, прошли отбор и провели две недели, изучая как работают законы и что было сделано в США за прошедшие двадцать пять лет, чтобы ЛОВЗ были интегрированы в общество. Своими впечатлениями и поделиться с нами Мария Небога, постоянный читатель нашей газеты.

Программа, финансируемая Госдепартаментом США и разработанная World Learning, по которой нас пригласили в США, была рассчитана на профессионалов, работающих в сфере инвалидности и выступающих за защиту прав ЛОВЗ в своей стране. Кроме Кыргызстана в нее попали представители Казахстана, Армении, Шри Ланка, Аргентины и Никарагуа. Помимо опыта, что мы приобрели в США, подразумевается, что мы наладим тесное сотрудничество между нашими странами в продвижении интересов и защите прав ЛОВЗ. К тому же нам есть чему поучиться у наших соседей – Казахстан и Армения уже ратифицировали Конвенцию по правам ЛОВЗ, и успешно продолжают интегрирование социальной модели инвалидности в своих странах.

От ограниченных возможностей – к равным

«Disability rights – Civil rights!» (Права инвалидов – гражданские права!) – главный лозунг, который звучал повсеместно на протяжении всех этих лет в США. Главное направление, в котором они работают – это соблюдение гражданских прав человека с инвалидностью в первую очередь. Другое направление – это равные возможности.

Равные возможности подразумевают, что для человека создаются такие условия, в которых он будет наравне с остальными жить, работать, зарабатывать деньги, обеспечивать себя и платить налоги.

В первую очередь это вопрос доступности. Универсальный доступ, защищенный законом, теперь скорее норма жизни американцев. Абсолютно везде, в каком бы городе мы не побывали, на улицах можно увидеть людей, передвигающихся на колясках или электрических скутерах, идущих в сопровождении собак-поводырей, или же помогающих себе ощупывать путь длинными палочками. Создается такое впечатление, что там много людей с инвалидностью – они везде! Но на самом деле процент ЛОВЗ от общего количества населения США – всего 10 %, просто они не заперты в домах для инвалидов, как у нас, а живут полной жизнью, имея доступ в любое здание и даже в метро.

Если говорить о доступности боле широко, то опишу примерно так:

Улицы: Все тротуары имеют ровные, широкие и покатые спуски, каждый перекресток отмечен большими желтыми железными плитами с шипами, а светофоры – звуковым сопровождением и зрительными знаками.

Транспорт: Все автобусы оборудованы электропандусами, которые шофер запускает автоматически, если видит на остановке человека на коляске или скутере. Внутри автобуса коляску можно закрепить с помощью специальных крюков. Возле каждой станции метро есть лифты для людей на инвалидных колясках, которыми с удовольствием пользуются и молодые мамы. На ЖД поездах побывать не удалось, но думаю, что и там все доступно.

Здания: Подавляющее большинство зданий, построенных до 90 года, уже реставрированы с учетом универсального доступа. Все лифты, в любом здании или отеле, из числа тех, в которых мы побывали, имеют звуковое сопровождение (сигналы, отсчитывающие количество этажей), а также везде есть поясняющие надписи в технике Брайля. Везде есть туалеты, отмеченные знаком человека на коляске – они имеют больше места и оборудованы специальными поручнями и полностью автоматизированы, чтобы человек справлялся сам, без посторонней помощи. Это касается и различных заведений, магазинов, ресторанов и кафе. Со времен подписания ADA широко пропагандировался среди представителей бизнес-сектора и другой лозунг – «Доступность – это выгодно!». Настоящие деловые люди никогда не откажутся от нового клиента. Хотя сказать, что все рестораны и магазины имеют доступ, нельзя, мы встречали и такие, куда заехать на коляске невозможно – например, если это цокольный этаж, куда ведет узенькая лестница, и пандус поставить просто невозможно. При этом все новые здания проектируются уже с учетом универсального доступа и проходят специальную оценку в соответствующем департаменте, который есть при каждой мэрии. Как нам рассказывали – обеспечить доступ в старых зданиях выходит гораздо дороже, чем заложить его в строительство новых. Есть о чем нам задуматься…

Инклюзивное образование – инклюзивное общество

Наша программа была организована так, что участники постепенно и поэтапно знакомились с разными структурными отделами, работающими каждый в своей области с ЛОВЗ.

Задача всех этих департаментов состоит в том, чтобы обеспечить любого гражданина с инвалидностью соблюдением всех его прав на любом этапе его жизни. Государство следит за тем, чтобы ребенок имел все необходимое для его жизни и развития. Но эта система в основном направлена на психологическую и информационную поддержку родителей, оказавшихся в сложной ситуации. Как таковых, социальных пособий никаких нет. В каждом штате социальная помощь от государства варьируется, исходя из возможностей и условий штата. Семьи, имеющие средний достаток, материально не поддерживаются, и должны справляться сами. Пособия назначаются только очень бедным семьям, не имеющим возможности обеспечить ребенка всем необходимым. То же касается и технического обеспечения. Если семья не может позволить себе приобретение специальных технических средств, то в этом могут помочь различные фонды.

Далее, кроме реабилитации, ребенок имеет право на образование. И в этом система инклюзивного образования в США кажется мне самой лучшей. Когда мы говорили об образовании, мне понравилась мысль Сью Свенсон, которая работает в Департаменте по Особенному Образованию и реабилитационным услугам, что главная задача каждого родителя – не сделать из ребенка великого гения и доктора наук, а подготовить его к жизни, научить чему-то главному, что он будет успешно делать, зарабатывать с помощью этого деньги, обеспечивать себя и жить независимой жизнью. Сама главная цель – независимая жизнь.

Инклюзивное образование в США – это школы, в которых учатся все дети, и обычные, и особенные, независимо от вида инвалидности. В общем, в США условно инвалидность делят на два вида: физическая и интеллектуальная. Дети с интеллектуальными нарушениями, которых у нас принято называть «умственно отсталыми» или еще как похуже, - это все же дети, которых так же необходимо подготовить к взрослой независимой жизни. Итак, чтобы ребенок был готов к полноправной и независимой жизни в обществе, самое правильное – учить его этой жизни с ранних лет. В США сейчас уже практически нет специализированных учебных заведений, подразделяющих детей по видам инвалидности. Универсальный доступ в школах и других учебных заведениях позволил детям учиться всем вместе. Можно сравнить нашу систему, и то, что сейчас есть у них. Возьмем, к примеру, школу-интернат для слепых и слабовидящих детей. Насколько я знаю, их всего две у нас в стране – в Бишкеке и в Оше. Да, дети там получают образование, это большой плюс. Но, обучаясь там, в специализированном здании, где созданы какие-то условия, а потом оказавшись в большом мире, где много других людей, где все по-другому, насколько эти дети смогут адаптироваться в жизни? Много ли незрячих людей мы видим на улицах нашей страны? Нет, потому что они все заперты дома. Как и все остальные люди с инвалидностью.

А там в одной школе учатся дети и незрячие, и глухие, и дети на инвалидных колясках, и дети с интеллектуальными нарушениями – вместе с обычными детьми, не имеющими инвалидности. Они живут, учатся и растут бок о бок, и уже только благодаря этому в обществе не будет стигматизации – то, что всем привычно, никогда не вызывает негативного отношения. А по такому принципу живет уже не первое поколение американцев, поэтому у них столько понимания и толерантности друг к другу.

Готовить детей к независимой жизни!

В общем, если уж к слову пришлось, хочется отметить, что американцы – это очень приветливые и доброжелательные люди! Мы много гуляли по городу, ходили к достопримечательностям по вечерам, и если вдруг могли заблудиться, то всяк приходил к нам на помощь. Едва мы только доставали карту, как люди предлагали сами показать нам куда идти и рассказать где мы находимся. А уж помочь человеку в инвалидной коляске, или на скутере (в нашей группе их было трое) – это само собой разумеющееся, и дверь придержат, и дорогу уступят, еще и извинятся, и обязательно улыбнутся.

Итак, чтобы научиться независимой жизни, даже ребенку с интеллектуальными нарушениями достаточно обучиться делать что-то, и он уже сможет обеспечивать себя, потому как работодатель обязан принять на работу сотрудника, не смотря на любые его нарушения, если он сможет выполнять эту работу хорошо.

Нам посчастливилось побывать в Калифорнийском Университете в Беркли и своими глазами увидеть то, как там работает универсальный доступ. Профессор Пол Гипполитус, являющийся Директором Программы для студентов с инвалидностью, рассказал историю прецедента: в первой половине 60-х годов в начале учебного года в университете появился очень необычный студент. Эд Робертс имел тяжелую степень инвалидности, мог передвигаться только на коляске в полулежачем положении и постоянно нуждался в кислороде. До него ни одному человеку в его положении не приходило в голову поступить в университет. И, само собой разумеется, никто из Администрации Калифорнийского Университета в Беркли не мог и подумать, что к ним приедет такой вот студент. Университет оказался полностью неприспособлен к подобному. Эду невозможно было попадать в аудитории на лекции, но он хотел учиться, и он заявил о своем праве на это. И администрация университета, вместо того, чтобы отнекиваться и искать ходы-выходы из этой ситуации путем исключения Эда, пошла ему на встречу. Так как они столкнулись с такой проблемой впервые – Эд стал помогать обустраивать в Университете условия для людей в инвалидной коляске. В дальнейшем Эд Робертс стал активистом и боролся за права людей с инвалидностью, несмотря на свое тяжелое состояние. Он умер через пять лет после подписания Акта, но думаю, все же успел увидеть первые результаты своей борьбы. Благодаря ему, прошла по его стопам и окончила тот же Университет и Джудит Ньюман – известнейший в США защитник прав ЛОВЗ, с которой мне посчастливилось познакомиться и пообщаться лично.

Программа для студентов с инвалидностью, директором которой является Профессор Пол Гипполитус, оказывает поддержку студентам и помогает подготовиться к последующему важному этапу в жизни – трудоустройству. Равные возможности в США исключают все льготы и поощрения для ЛОВЗ. Они стоят на равных с другими соискателями и поэтому не могут рассчитывать на то, что их «пожалеют» и примут на работу. Соответственно, они должны быть конкурентоспособными и образованными, чтобы найти хорошую работу.

Другое дело – если работодатель попробует в чем-то ущемить право человека с инвалидностью или посмеет отказать ему в работе из-за отсутствия условий. Тут же вмешивается специальный департамент, и в случае выявления дискриминации по признаку инвалидности работодатель может быть очень сурово наказан. И в этой сфере тоже действует важный принцип – «Доступность – это выгодно». Работодателю выгоднее раз и навсегда создать универсальный доступ на рабочих местах и больше к этому вопросу не возвращаться.

 

Пол Гипполитус разработал несколько программ, поэтапно готовящих студентов к большой жизни. Найти эти программы можно легко на сайте университета через поисковик. Кроме этого, в Калифорнийском Университете в Беркли действуют различные Стипендиальные Программы для студентов с инвалидностью, в том числе из Азии. Так что перспективы есть!

Еще хочу упомянуть о системе, касающейся людей с инвалидностью, нуждающихся в постоянном уходе. Сейчас уже все меньше остается специализированных учреждений, где проживает много таких людей, как в интернате. По закону ADA люди со схожими видами инвалидности объединяются в небольшие группы – до 4-х человек, им организовывают проживание в доме с полной доступностью и нанимают ухаживающий персонал. Они живут как семья, и не являются заложниками своих недугов.

В целом впечатления от поездки положительные. Конечно, хочется, чтобы и у нас было все, как у них. Но все мы понимаем, что с нашим уровнем экономики до такого уровня доступности еще идти и идти. Все же хочется надеяться, что наше правительство будет продолжать идти в этом направлении и ратифицирует Конвенцию про правам ЛОВЗ как можно быстрее. Кстати, в США Конвенцию еще не ратифицировали, но, положа руку на сердце, можно сказать, что она им в принципе и не нужна. Как нам объясняли люди, с которыми мы общались по этому поводу – ADA защищает права американцев с инвалидностью куда в более широком смысле, чем Конвенция, но этот Акт и подходит только США и переделать его под другую страну очень трудно. Конвенция же позволяет адаптировать все условия и законы именно индивидуально под каждое государство, где она будет ратифицирована.

Напоследок еще хочется рассказать об общих впечатлениях о стране. Во-первых, это практически идеальная чистота городов. Незаметно было, что это заслуга коммунальных служб – ни разу я не увидела, чтобы улицы подметали или еще как-то обеспечивали эту чистоту. Просто люди сами соблюдают ее и берегут свой город от мусора. Никто не позволяет себе даже окурок мимо урны бросить, нигде не валяются обертки от шоколадок или жвачек. Почему такого нет в пост-советских странах? Что не так с нашей культурой? Как и какую пропаганду нужно вести среди населения, чтобы дети сызмальства приучались беречь чистоту своего населенного пункта? Я очень часто замечаю, что мамы воспитывают детей так, что порядок дома соблюдать надо обязательно, а вот бросить обертку от конфеты на улице – это вполне можно… А ведь от нас самих зависит, будет у нас чисто или нет…

В тех городах, что мы побывали, очень много зелени. Пышные зеленые деревья растут вдоль улиц, как и у нас. Очень много парков и скверов, все свежее и ухоженное. Много фонтанов, в парках всегда веселье, потому что дети с восторженными криками плещутся в этих фонтанах, и никто не делает из этого трагедию.

Детей очень много. Везде я обращала внимание на семьи, прогуливающиеся в парках, или же в торговых центрах, или путешествующие с нами по внутренним авиалиниям – в среднем имеющие по трое и более детей с небольшой разницей в возрасте. Приятно было часто наблюдать гуляющих с малышами пап. Мы даже познакомились с одним в Сан-Франциско, уж очень уморительно его упитанная годовалая красотка-дочка уплетала с ним ланч в уличном кафе. В Чикаго видели темнокожего папу, кормящего из бутылочки практически новорожденного малыша – наверное, дает отдохнуть молодой маме во время своего выходного. К детям отношение тоже очень толерантное – даже с очень раскапризившимися малышами родители ведут диалог и добиваются послушания только доводами, а не рукоприкладством.

Повсюду можно увидеть и пожилые пары, прогуливающиеся под ручку, или же отдыхающие в каком-нибудь живописном кафе за чашечкой кофе.

А еще поражает многонациональность жителей, и все они – американцы, говорящие на одном языке, но не забывающие свой родной, абсолютно толерантны и вежливы друг к другу.

В общем, есть нам чему поучиться у великой страны, и не надо делать презрительные мины и вспоминать последние сплетни из соц. сетей – если вы не видели всего своими глазами, то и судить об этом не надо. Я желаю моей родной стране – Кыргызстану, пройти тот путь, что прошли США за 25 лет, гораздо быстрее! Я хочу, чтобы наши дети жили в другом обществе, не тыкали пальцем в человека на инвалидной коляске, или прихрамывающего ребенка. А тоже с улыбкой протягивали ему руку помощи. И каждый из нас, сделав хотя бы один маленький шаг, научив своего ребенка не бросать обертки на улице, не обзывать других ребят обидными словами, не относится с презрением к особенным сверстникам, может приблизить это время! 

Мария Небога

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям