Записки Каптагаева, часть 3

08:18, 19 Апреля 2016

На фото: 1990 год, слева направо: Бакыт Ашыралиев, Эмилбек Каптагаев, Кубан Исмаилов, Алмаз Акматалиев, Суюнбек Касмамбетов, внизу сидит Мелис Эшимканов.  

Начало в предыдущих номерах

Безусловно, на процессы в Кыргызстане, особенно в части роста национального самосознания, большое влияние оказали события в Алматы в декабре 1986 года. Тогда назначение Колбина первым секретарем ЦК Компартии Казахской ССР стало поводом для начала протестных акций молодежи против политики Москвы в отношении национальных окраин. Молодежь нашей республики в абсолютном большинстве поддерживала казахскую молодежь, сочувствовала и сопереживала. Дело у нас до публичных акций поддержки не дошло, но в кулуарах шли бурные обсуждения, ибо ситуация у нас была схожей.

Ведь тогда и в Кыргызстане уже сидели на всех ключевых постах посланники Москвы, так называемый «московский десант», а руководители ЦК не прикрыто заглядывали им рот и смотрелись жалкими марионетками. Протест казахской молодежи был жестоко подавлен, говорили о сотнях погибших, заколотых и забитых штыковыми лопатами и дубинками. Но тогда режим был еще достаточно жестким, официальная информация находилась под жестокой цензурой, истина так и осталась закрытой до распада СССР. Тем не менее, и у нас закрутилось колесо репрессивного механизма, началась «охота на ведьм», т.е. коммунистическая партия начала кампанию по искоренению рецидивов национализма. Выступления казахской молодежи партийными органами были признаны националистическими. В памяти осталось резонансное дело профессора, историка Сабыра Аттокурова, которого обвинили в пропаганде национализма, исключили из рядов КПСС и уволили с работы. А он всего лишь рассказывал на лекциях об истории кыргызского народа, о родовых делениях и самобытной культуре. Потом его реабилитировали, присвоили звание заслуженного деятеля науки. Под прессом КГБ находились много молодежи, которые открыто высказывались в поддержку, среди них был и наш друг Азис Жусупбеков, молодой сотрудник Института философии.

Итак, в начале 1987 года в недрах комитета комсомола Академии наук образовалась неформальная группа, которую в последующем так и называли – Академической группой (академиялык топ). Группа в том или ином составе собиралась почти каждый день. Главной темой всегда оставался вопрос возрождения кыргызского языка, национальных культурных и духовных ценностей. Мы были убеждены в том, что не должно быть политической монополии одной партии, что политика плюрализма, объявленная Горбачевым, логически приводит и к политическому плюрализму. Мы возмущались партийным диктатом над комсомолом и выступали за самостоятельность организации. Горячими темами также были вопросы расширения самостоятельности республики в решении кадровых, экономических, социальных и культурных вопросов. Для нас «красной тряпкой» была и тема партийной номенклатуры, вопросы привилегии для них. Любое обсуждение так или иначе сводилось к возмущениям в адрес партийного руководства республики, это как бы было «правилом хорошего тона» в то время. Как уже выше сказано, группа была открытой, в обсуждениях мог участвовать любой желающий, к тому же мы были заинтересованы в расширении круга единомышленников. Местом сбора были комитет комсомола или зал заседаний Академии наук, зал заседаний Зональной школы комсомола или же собирались у кого то дома. Зачастую засиживались до глубокой ночи.

В устойчивый костяк группы входили Алмаз Акматалиев, философ, в то время секретарь комитета комсомола Академии наук, Райкан Тологонов, философ, сотрудник Института философии, кандидат философских наук, Кубан Исмаилов, философ, сотрудник Института философии, в 1988 году в группу присоединились Мелис Эшимканов (тогда работник редакции молодежной газеты) и Бакыт Ашыралиев (комсомольский работник, директор Зональной комсомольской школы). А в 1989 году еще двое: Суйунбек Касмамбетов и Дениз Сулайманов – оба работники аппарата Ленинского Райкома партии. Нашлась фотография тех лет, сделанная в мае 1990 года, где весь костяк «Академической группы» за исключением Райкана Тологонова и Дениза Сулайманова. Нас внешне воспримиали и сейчас воспринимают как близких друзей, а не как политическую неформальную группу. У нас и не было единой какой то политической цели, порою даже наши политические интересы и пристрастия расходились диаметрально, иногда даже оказывались в противоположных лагерях. Например, было время когда Мелис Эшимканов был в очень близких отношениях с Акаевым и его супругой Майрам Акаевой, а были времена, когда он находился в ярой оппозиции к ним. Также Дениз Сулайманов был очень близким человеком Жумгалбек Аманбаеву, входил в его штаб когда тот выдвигался в президенты и сталкивался лоб в лоб с Акаевым. Мы могли часами спорить принимая сторону того или иного политика, но никогда не навязывали друг другу свою точку зрения, не требовали подчинения кого то воле большинства. Для нас важными были определенные проекты, которые, как мы полагали, могли бы служить развитию общества. В ряду важных политических проектов в 1989-1992 годах, к запуску которых мы имели непосредственное отношение, можно перечислить Общество застройшиков “Ашар”, Демократическое движение Кыргызстана, политические партии “Асаба”, СДПК и “Ата Мекен”, Партия коммунистов Кыргызстана, а намного позже Национал-демократическая партия “Улуу Биримдик” (2005 год). Райхан всегда повторял, что политический плюрализм выражается в жизни свободной деятельностью политических партий и движений, поэтому нужно стремиться к тому, чтобы политические партии заполняли всю линейку, от левого крыла до правого, в Кыргызстане должны быть партии любого толка. Мы соглашались с ним и пытались проектировать именно этот процесс подталкивая образование партий той или иной идеологической платформы.

Хотелось бы сказать несколько слов о Мелисе Эшимканове. Он стал дружить с нами через Алмаза Акматалиева, он его привел и познакомил. Мелис стал душой группы, с ним никогда не было скучно, любую напряженную ситуацию мог запросто разрядить, переводя все в шутку. Сейчас, размышляя задним числом, понимаю, что он был политиком в большей степени, чем остальные друзья, он умел менять позицию, сказать или написать то что нужно в данной ситуации, а не то что он на самом деле думает. О нем очень хорошо написал Шайлообек Дуйшеев в своей книге “Агындылар” на кыргызском языке. Думаю, что в этой книге сказано все что не смог высказать при жизни сам Мелис. Так вот, вхождение Мелиса в большую политику начался с его назначения на должность главного редактора молодежной газеты “Жаштык жарчысы” (впоследующем был переименован “Асаба”) в июне 1991 года. Каким образом Мелис оказался в кресле главного редактора отдельная история, о которой общественность и не знает. Коротко опишу ход событий.

Мне позвонил Алмаз и попросил зайти к нему. Он заведовал сектором в Аппарате Президента, а я работал помощником 2-го секретаря ЦК Компартии, мы находились в одном здании, в Белом доме. Алмаз мне рассказал суть дела. Намечался Пленум ЦК Комсомола, где будут избирать главного редактора молодежной газеты. Мелис выразил желание пойти на эту должность. Ранее главным редактором был Акбар Рыскулов, которого назначили руководителем Пресс-службы Президента, а на его место коллектив редколлегии выдвинул Болота Жумабаева, он там работал первым заместителем. Бюро ЦК Комсомола поддержало решение трудового коллектива и приняло единогласное решение, вынести вопрос об утверждении его главным редактором на Пленум ЦК. По существующему тогда правилу вопрос уже решенный, ибо оставалась формальная процедура утверждения на Пленуме, никогда не было такого, чтобы члены ЦК Комсомола возражали предложениям или решениям Бюро ЦК. Тем более Повестка дня Пленума уже была утверждена. Но перед нами стояла задача – сломать утвержденную повестку, добиться свободного выдвижения кандидатов на Пленуме и победить на выборах, провести кандидатуры Мелиса Эшимканова. Мы тогда собрались (Алмаз, Райхан, Бакыт, Кубан, Мелис и я) и обсудили ситуацию, составили план действий, к тому же Алмаз и Кубан были членами ЦК комсомола. Одной из задач, поставленной передо мной, было исключение вмешательства органов компартии в дела комсомола по данному вопросу, не допущение нажима на членов пленума из регионов. Задача конечно была решена при содействии Арзымата Сулайманкулова, второго секретаря ЦК. И нам удалось сделать намеченное, мы «снесли» заседание ЦК, члены ЦК отказались поддерживать решение Бюро, добились решения о свободном выдвижении кандидатур, состоялись альтернативные выборы и Мелис получил поддержку большинства. Потом его целую неделю не пускали в кабинет, сотрудники редакции закрыли на замок, бунтовали и пикетировали у Белого дома, стояли с плакатами с требованием об отмене решения Пленума ЦК Комсомола. Пикетирующие закрепили за Мелисом прозвище «Тундуктон тушкон редактор», т.е. редактор, вошедший в юрту не через двери, а через верх – тюндюк. Алмазу удалось отрегулировать и этот вопрос, Мелис стал главным редактором. Мелис был хорошим журналистом. Потом он доказал, что является и отличным руководителем – менеджером. «Асаба» стала самой читаемой газетой, вырос тираж, газета не только описывала события, а напрямую формировала общественное мнение, оказывало прямое воздействие на текущую политику в государстве. «Асаба» также стала кузницей кадров, своеобразной школой журналистики. Практически все нынешние ведущие журналисты и руководители кыргызско-язычных газет прошли через эту школу Эшимканова. Вечная память другу Мелису, очень рано он ушел от нас.

В дискуссиях, повестка дня которых задавались нами, активное участие принимали также: Сыртбай Мусаев и Сулайман Каипов – сотрудники Института языка и литературы, Кобогон Атышев, Болот Орузбаев и Бекболот Талгарбеков – сотрудники института экономики, Мелис Байсымаков – сотрудник института химии, Азис Жусупбеков – сотрудник Института философии. Часто приходила Бермет Маликова, молодая, но уже тогда известная журналистка. Своими единомышленниками мы считали молодых сотрудников горкома партии Кудайбергена Базарбаева и Бермет Бусурманову, с ними открыто можно было спорить по всему спектру вопросов. Иногда к нам заглядывал Абдыганы Эркебаев, тогда директор Института языка и литературы. А аксакал Салижан Жигитов стал нашим идейным вдохновителем, его рассказы о духовных истоках и ценностях кыргызского народа можно было слушать часами, он всегда оживлял споры своими острыми репликами, любил повторять, что он никогда не выступает в дискуссиях, а всего лишь задает вопросы или вставляет реплики.

В группе тогдашних единомышленников особо нужно выделить Байму Сутенову, она руководила молодежной редакцией Гостелерадио. Уму непостижимо, она в то время, когда еще была сильна цензура в средствах массовой информации, существовал жесткий контроль на печатными органами, сумела организовать телепрограмму в прямом эфире, называлась «Пресс-центр», передачи шли по форме современных Ток-шоу. Байма часто приглашала нас, и мы могли открыто говорить и обращаться к телезрителям, она нам дала хорошую площадку и большие возможности для озвучивания своих идей. Прямой эфир тем и хорош, что все идет без «купюр» и без монтажа, что сказал то и сказал. Не знаю, как это ей удалось пробить такой проект, во что это обходилось, скорее всего, было крайне сложно. Уверен, что проект работал под личную ответственность Баймы. Если составлять список героев нашего времени, внесших вклад в укреплении демократических ценностей, то имя Баймы Сутеновой должна быт в первых рядах, это безусловно. Ее вклад можно отнести к разряду выдающихся. Она одна из мужественных женшин Кыргызстана с развитым чувством ответственности за судьбу страны. Да и в нынешнее время она делает огромную работу, ведет по первому каналу постоянный цикл передач “Уроки демократии”, героями которых являются участниками и очевидцами событий конца 80-х и начала 90-х годов.

Продолжение следует 

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям