Азамат ЖАМАНКУЛОВ: «Хотелось бы, чтобы артисты театров получали зарплату 700 долларов»

14:34, 22 Мая

Эмоциональное выступление депутата Садыка Шер-Нияза в парламенте о судьбе культуры страны еще раз привлекло внимание к этой сфере. Всего шесть строк в большом отчете правительства были посвящены культуре и искусству. Что думает о будущем культуры министр Азамат Жаманкулов? И чего он хочет добиться для своей отрасли?

- Для чего сейчас государство содержит объекты культуры и искусства?

- Для того, чтобы человека делать человеком. Чтобы внедрять человеческие ценности.

- В одном из интервью Мар Байжиев сказал, что наша культура, мягко говоря, умерла. Вы согласны?

- Возможно, некоторые направления культуры и искусства Кыргызстана не в таком хорошем состоянии, как хотелось бы. Но в целом, я не согласен с таким выводом.

- А какие направления культуры и искусства находятся, по-Вашему, в хорошем состоянии?

- Всемирные игры кочевников и другие подобные крупные события подняли на очень высокий уровень традиционную культуру. А вот классическое искусство, возможно, находится не в очень хорошем состоянии.

- На обсуждении отчета правительства за 2018 год достаточно эмоционально и ярко о состоянии культуры выступил депутат Садык Шер-Нияз. Вы с ним согласны?

- В той части, что нашей культуре и искусству нужны вложения и инвестиции. На сегодняшний день инфраструктура заведений культуры находится в плачевном состоянии. Посмотрите на основные театры Бишкека. Что уж говорить о домах культуры в регионах?! Чтобы нам сегодня увидеть новые имена композиторов, художников, артистов оперы, балета, театра, необходимы средства для объявления ежегодных конкурсов на новые композиции, пьесы, другие творения. Вот здесь нужны государственные вложения. Культура всегда была дотационной. Это не та сфера, где оборачиваются большие-большие деньги. Это то, что приносит настроение, то, что меняет мышление, то, что связано с внутренним миром каждого человека.

- Почему Вы считаете, что культура и искусство – это исключительно дотационная сфера?

- Кроме коммерчески успешных моделей на Западе я не видел других. Тем более на пространстве бывшего СССР.

- Крупнейшие театры России декларируют прибыль от своей деятельности…

- Я согласен, что какие-то примеры есть. Нам же для этого надо взращивать зрителя. И учреждения нужно поднять до соответствующего уровня. А для этого необходимо хотя бы в течение 5-10 лет делать очень хорошие государственные вложения в культуру и искусство.

- Может быть, государству, и в первую очередь Министерству культуры, стоит поменять подход к проблеме, выработать новые пути развития, которые привели бы отрасль к финансовой самостоятельности?

- Тут есть простор для работы. У зрителя очень большой выбор: телевидение, кино, Интернет, другие места для развлечений. И, мне кажется, сегодня нет именно коммуникации, современных методик привлечения зрителя в учреждения культуры.

- Приемлем ли опыт «большой восьмерки» в отечественном кинематографе, когда восемь инициативных человек решили, что так дальше жить нельзя, и подняли отечественное негосударственное кино, например, в театрах, музеях и библиотеках?

- Если восемь театров объединятся и будут предлагать министерству какие-то концепции, сотрудничество, дружбу… Думаю, это даст положительный эффект. Но пока такой инициативности, как в кино, в других секторах не видно.

- Ваши предшественники на посту министра пытались решать вопрос посещаемости тех же театров через обязательное их посещение чиновниками. Все попытки оказались безуспешными. Как Вы считаете, насколько правильно принудительное привлечение посетителей в театры, музеи, библиотеки?

- Думаю, что от этого есть определенный эффект. Очень важно обратить внимание. У нас ментальность такова: все смотрят на действия властей. Когда премьер-министр, например, посещает театр, это широко освещается СМИ. И несколько процентов населения обратят внимание на то, что глава правительства посмотрел спектакль. Для продвижения театра в целом это хорошо. Естественно, такие акции не изменят ситуацию в корне. Но хотя бы 10 - 15% потенциальных зрителей могут обеспечить. Принудительное привлечение детей в театр, уверен, необходимо. Сейчас мы стараемся внедрить абонементную систему для школьников. Наши родители постоянно говорят о том, что их в свое время впервые в театр привела именно школа. Тогда они не понимали всю важность. А сейчас благодарны. Это тоже даст 10-15% посетителей. Но остальные 50- 60% зрителей театры должны обеспечивать сами.

- Когда Вы в последний раз были в театре?

- Несколько недель назад в Кыргызском драмтеатре на спектакле «Саманчынын жолу». Стараюсь в субботу или воскресенье посещать оперу, балет, драматический театр.

- Получаете ли Вы удовольствие от тех постановок, что там видите?

- Я получаю огромное удовольствие от игры актеров. Особенно в Кыргызском драмтеатре. В Русском драмтеатре я был в последний раз на премьере спектакля «Люди мира сего». И меня, конечно, поразило мастерство актеров. Что касается оперы и балета, то, скажу честно, мне нравятся те спектакли, где задействованы приглашенные артисты. Особенно московские. Уверен, что у нас очень большой потенциал. Только нужно создать условия для его развития.

- Какие условия?

- Вы же знаете, насколько сложно создавать роль, доводить ее до совершенства. Актеру приходится вкладываться эмоционально и физически. Он должен полностью этому отдаваться. И не думать при этом, где купить квартиру, лечиться, учить детей, подзаработать и так далее. Кроме своей работы он не должен думать ни о чем другом. Остальные его заботы должны взять на себя государство или театр.

- Невозможно, чтобы актер полностью отдавался своей работе при зарплате 5000 сомов. Будете ли Вы пытаться что-то изменить в вопросе заработной платы для сотрудников культуры и искусства?

- Есть два пути. Либо государство должно увеличивать зарплаты…

- Чего оно не может сделать.

- Да. Если даже и будет увеличение, то на 10-20% в течение 5-10 лет. Второй путь – увеличение доходности учреждений культуры. И в этом отношении нам нужно поработать.

- В успешных моделях, работающих на Западе, государство не думает обо всех потребностях актера. Там сам человек думает о своем существовании.

- Тогда где же актер зарабатывает столько денег?

- Он зарабатывает своим мастерством.

- Правильно. Он вкладывается в театр. А театр платит ему соответствующую зарплату.

- Может быть, проблема в том, что мы не можем, наконец, определиться – наша культура остается в социализме или полностью переходит в капитализм?

- В области культуры, мы скорее всего еще в социализме. И полностью перейти на капиталистические рельсы сейчас нельзя. Объекты культуры просто не выживут. Но, например, цирку я сказал, чтобы он через год-полтора вышел на самоокупаемость. Потом мы сможем перестать финансировать его из госбюджета. Это такой вид искусства, который в состоянии зарабатывать.

-А театры?

- С театрами так пока не получится. Например, в декабре 2018 года я посещал Астана-оперу. Новый, современный театр. Частный сектор построил этот объект и передал государству. Тогда труппа театра находилась в мировом турне. Планировалось, что от гастролей будет получено около 300 тысяч долларов. Я спросил у директора: «Раз такие заработки, значит, вы находитесь на самоокупаемости?» Он мне ответил, что средств, полученных от гастролей и продажи билетов, хватает только на то, чтобы покрыть 30% расходов театра. 70% дотируется государством. Это в Астане, где культура посещения театров намного лучше, чем у нас. Если там не могут перейти на самоокупаемость, то и нам об этом думать преждевременно.

- Театр, в принципе, нигде не бывает самоокупаемым. Большую часть финансовых поступлений театры на Западе получают от меценатов и спонсоров. У нас такого нет по целому ряду причин. Что министерство планирует сделать, чтобы активизировать меценатов и спонсоров?

- Культура меценатства у нас не очень развита. Но желающие помогать культуре и искусству есть. В свое время в театре оперы и балета действовал попечительский совет. Члены этого совета помогали небольшими деньгами. Театр приобретал на них пуанты, костюмы, реквизит. В регионах есть меценаты, которые помогают с ремонтом домов культуры, некоторых театров. Что мы собираемся делать? Собрать всех бизнесменов Кыргызстана и предложить им вложить средства в развитие культуры и искусства. Как вы знаете, на Западе есть такая практика - проводить один или два раза в год вечера, на которых чествуют меценатов. Насколько у нас это получится, не знаю.

- В развитых странах мира меценаты и спонсоры имеют существенные преференции по налогам. Например, их освобождают от уплаты налогов на сумму, которую они потратили на благотворительную деятельность. Что мешает нашему государству сделать так же?

- Вы же понимаете, что у нас так не получится…

- Почему?

- Потому что не всё сегодня прозрачно в сфере налогов. Но даже если сейчас государство так скажет, то не уверен, что появится много желающих.

- На театры и музеи государство обращает внимания больше, чем на библиотеки. На Ваш взгляд, есть ли у них перспектива в Кыргызстане с учетом развивающихся цифровых технологий?

- Умрут ли библиотеки? Думаю, что нет. Я, например, люблю читать именно книги. Мне нравится ощущать бумагу, запах книги. Таких мало, конечно. Поэтому нам надо переформатировать площадки библиотек. Особенно в регионах они должны быть центром знаний для детей дошкольного возраста или выпускников школ. В прошлом году было запущено восемь пилотных библиотек, ставших центрами дошкольного образования. В Японии я видел пример, как библиотеки служат бизнес-инкубаторами. И мы стараемся превращать областные библиотеки в такие площадки.

Как вы знаете, книжный фонд через определенное время устаревает. В наших библиотеках хранятся книги, выпущенные в 70-80-е годы прошлого века. А у людей есть потребность узнавать не то, как собираются тракторы, а как делаются тесла-мобили, например. Причем, не читая книги, а получая информацию при помощи одного клика. Для такой модернизации нужны вложения. Их может обеспечить только бизнес, например, через государственно-частное партнерство.

- Недавно Государственная дума России приняла закон, освобождающий учреждения культуры от процедуры государственных закупок. У нас же, наоборот, в январе нынешнего года вступили поправки к Закону «О государственных закупках», ужесточающие процедуры для учреждений культуры. На Ваш взгляд, насколько это правильно?

- Эти поправки в Закон «О государственных закупках» мы, к сожалению, не увидели. Министерство культуры в своем заключении на законопроект настаивало, чтобы для учреждений культуры была сохранена упрощенная процедура госзакупок. Когда вышла конечная версия, мы увидели, что наше мнение не было учтено. Сейчас министерством и депутатом Садыком Шер-Ниязом вносятся на рассмотрение поправки, по которым сфера культуры будет полностью освобождена от процедур государственных закупок. Почему это важно? Например, через тендер приходилось закупать пуанты для балерин театра оперы и балета. Посредники, участвовавшие в тендерах, поставляли некачественные китайские пуанты, которые повредили ноги девочкам. Такие вещи допускать нельзя.

- Одним из главных стимулов для развития является поощрение. Вопрос распределения государственных наград для деятелей культуры стоит остро. Ваши предшественники пытались менять систему, но без особого успеха. Что предпримете Вы?

- Я постараюсь, чтобы в списках на награды не появлялись так называемые «зайчики».

- Кто это?

- Это те люди, которые сравнительно недавно появились в сфере культуры и искусства, а уже претендуют на звания «Заслуженный» или «Народный» или награды. Не будет коррупции при распределении государственных наград. И я хочу изменить формат коллегии, которая принимает решения по вопросам наград. Там сидят 14 – 15 человек. Они представляют разные сферы. Один из них, например, представляет театральную среду. И он фактически решает судьбу всех театральных деятелей, претендующих на госнаграды. Некоторых он, естественно, не знает и дает рекомендацию известным ему людям. Многие работники культуры и искусства из регионов не получают наград годами. Я хочу, чтобы кандидаты на награды рассматривались соответствующей специализированной коллегией.

- Насколько сегодня актуальны почетные звания «Заслуженный» и «Народный»?

- Сейчас, мне кажется, мы не можем отказаться от этой системы. Все люди, работающие в сфере культуры и искусства, ждут этих наград.

- Почему в Грузии и Украине это смогли сделать, а мы не можем? Менталитет ведь одинаковый…

- Актуальность почетных званий будет теряться с годами. В советское время Народный артист был самым авторитетным человеком. Были привилегии: дома, дачи, машины. Сегодня этого нет. Со временем звания перестанут быть значимыми. А актуальными станут другие награды. Как, например, «Оскар» - самая ценная награда в киноиндустрии не только США, но и всего мира.

- В нашей стране министры культуры занимают свою должность в среднем не более года…

- Не дай бог!

- Вы рассчитываете занимать это кресло дольше?

- На это рассчитывает каждый министр. И я в том числе. Сфера культуры – это сфера идеологии. И одна маленькая ошибка министра обсуждается всей страной. Я постараюсь не допускать промахов.

- Чего бы Вы хотели достигнуть к концу своей работы? В идеале…

- Чтобы основные театры были отремонтированы и переоборудованы. Чтобы в их репертуаре было 7-10 спектаклей, которые посмотрела половина населения страны. Чтобы в театрах были аншлаги. Чтобы наши граждане обсуждали не политику, а искусство. Хочу, чтобы у нас сформировался пул журналистов, которые не просто освещали те или иные события культуры, но и делали грамотную критику. Чтобы артисты театров получали зарплаты минимум 600-700 долларов. Все это не просто мечты. Это возможно.

Александр КУЛИНСКИЙ

На фото Султана Досалиева посещение Президента КР Жээнбекова С.Ш. Кыргызского и Русского драматических театров в сопровождении министра Жаманкулова.

Читайте также по теме:

«Ночь музеев - 2019». Как это было? 

Мужчина с кинжалом в спине и восемь любящих его женщин 

Азамат Жаманкулов: «Кыргызстан сегодня в тренде мирового туризма» 

© Новые лица, 2014–2019
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям