Болотбек Абдрахманов: “История репрессий может повториться, если не извлекать уроки”

22:20, 4 Марта

27 февраля состоялась презентация десятитомной книги “Жертвы политических репрессий 1920-1953 годов”. Автор – Болотбек Абдрахманов, полковник ГКНБ запаса, кандидат наук. В книге приведены 20 тысяч фамилий кыргызстанцев, которые подверглись за 33 года репрессиям, большая часть которых пришлась на время правления Иосифа Сталина. О работе с архивом, о сталинских репрессиях и о том, могут ли репрессии повториться, наш разговор.

- Болотбек Джумашевич, сколько времени работали над книгой?

- К работе над книгой приступил после открытия мемориального комплекса “Ата-Бейит”. В 1990 году были обнаружены захороненные в братской могиле останки 138 человек, репрессированных в 1938 году. 30 августа 1991 года мы провели раскопки и перезахоронили останки в“Ата-Бейит”, а 31-го объявили Днем независимости. После этого председатель госбезопасности того периода, Анарбек Бакаевич Бакаев, назначил меня начальником архива ГКНБ республики. Шутя говорил: “Сам раскопал, сам и расхлебывай”. После того как СМИ довели до широкой общественности это событие, пошел шквал заявлений и обращений от граждан в ГКНБ с просьбой дать сведения о репрессированных родственниках. И тогда начался активный этап реабилитации жертв сталинских репрессий. В тот период мы начали публиковать в газете “Слово Кыргызстана” раз в неделю фамилии реабилитированных. Публиковали очень кратко: ФИО, год и место рождения, национальность, статью и приговор. И уже к 1996 году сформировался большой объем фамилий, которые решили объединить и выпустить в виде брошюры “Восстанавливая справедливость”, там были опубликованы данные около четырех тысяч репрессированных граждан. А в 1997 году опубликовали дополнительно более трех тысяч фамилий. В общей сложности две брошюры включали в себя более восьми тысяч имен репрессированных. Необходимо отметить, что из стран Центральной Азии мы первые, кто издал такую книгу с именами жертв политических репрессий с 1920 по 1953 год.

- Сколько фамилий вошли в ваш десятитомник, и кем были эти люди?

- Здесь около 20 тысяч имен репрессированных кыргызстанцев. Расположены они в алфавитном порядке. Репрессиям подвергались граждане более 50 национальностей, уроженцы и жители всех областей и районов на тот момент Киргизской ССР, то есть в каждом населенном пункте. Представлены все социальные слои, начиная от высшего руководства республики (среди них Торекул Айтматов, Юсуп Абдрахманов, Баялы Исакеев, Касым Тыныстанов), заканчивая самыми разными слоями населения – военные, сотрудники правоохранительных органов, простые колхозники и рабочие, председатели колхозов, студенты и ученые. То есть все категории граждан.

- Почему взяты именно эти годы?

- Охвачен период с 1920 до 1953 год. Связано это с тем, что, когда мы начали работать в архиве комитета, в этом фонде снятых с учета было 14 с половиной тысяч уголовных дел. И хотя считается, что советская власть в нашу республику пришла в 1918 году, первые два года штаб-квартира чекистов находилась в Ташкенте, и все архивные материалы тех лет находятся там. Мы начали анализировать данные с того года, который у нас есть – с 1920-го. А завершаем 1953 годом – годом смерти Сталина. После его смерти Хрущев развенчал культ его личности и репрессии пошли на спад. Нельзя сказать, что они сошли на нет, но тем не менее в таких массовых масштабах уже не было.

- Какие причины были для репрессий?

- Были определенные периоды, когда происходили наиболее масштабные репрессии. В первую очередь 30-е годы прошлого века, когда шла масштабная коллективизация. Здесь можно сделать вывод, что коллективизация была насильственная, именно по количеству репрессированных – были массовые ссылки, расстрелы. На уроках истории в советских школах мы учили, что коллективизация - это “лампочка Ильича” в каждой юрте и веселые песни. Но это было далеко не так. Второй пик массовых репрессий приходится на 1937-1938 годы. Тогда были самые жестокие репрессии. Но и в остальное время репрессии были. Это природа авторитарного сталинского режима. Он без репрессий не мог существовать. Сталин тогда говорил, что советское государство находится в окружении врагов, и надо постоянно искать этих врагов, в том числе и внутри. Для этого был создан мощный карательный орган в лице НКВД – Народный комиссариат внутренних дел СССР, который был поставлен во главе государственной пирамиды, ему были предоставлены все полномочия. Для экономии времени и сил вне судебной практики были организованы“тройки”, которые в любое время без суда и следствия могли арестовать и расстрелять любого человека. Его судьбу решали три человека. И не всегда нужны были доказательства его виновности или невиновности. Специально были созданы такие условия, чтобы держать общество в страхе, чтобы общество было послушным. В этом природа диктаторской власти.

- За что конкретно людей репрессировали? В чем заключались их преступления?

- В основном за политические преступления. В первую очередь репрессиям подвергались те, кто считался врагом советской власти, это пресловутая 58-я статья. Это антисоветская агитация и пропаганда, шпионаж. По этим статьям могли любого за уши притянуть. Например, в 30-х годах было очень распространено обвинение в принадлежности к социал-туранской партии. Хотя она в зародыше начинала возрождаться, там были единицы, которые не были против советской власти, но хотели сохранить национальную специфику развития республики. Они предлагали назначать руководителями предприятий и организаций грамотных кыргызов. В принципе, законные требования для современного общества, но тогда их всех обвинили в национализме. И было удобно: любого интеллигента могли обвинить в национализме и под этот шумок репрессировать. До этого репрессиям подверглись противники коллективизации. Из Москвы спускались директивы – сколько человек в колхоз включать, а сколько отправить в ссылку. Для выполнения этого плана ретивые сотрудники НКВД и искали жертв.

- А какой план был? 

- Определенное количество шпионов тот или иной отдел НКВД должен был разоблачить к очередной годовщине революции. В архивах ГКНБ есть данные, в которых говорится, что третий отдел НКВД, соревнуясь с четвертым отделом НКВД, ежемесячно разоблачал по 4-5 шпионов. Для того чтобы разоблачить “шпиона”, достаточно было пойти на базар, схватить уйгура или дунганина, который торговал там овощами или фруктами, выбить из него показания, что он шпион, и расстрелять.

В 1938 году был специальный приказ НКВД о том, что в связи с подготовкой Германии к войне необходимо выявить и ликвидировать лиц немецкой национальности, проживающих в СССР, которые могут стать пособниками гитлеровцев. Было приказано искать среди них потенциальных предателей, которые будут работать на Германию. Этого было достаточно, чтобы в поисках немецких шпионов на местах начали массово арестовывать крестьян и рабочих немецкой национальности. Я читал одно дело, датированное апрелем 1937 года. Арестовывают колхозника-немца. При первом допросе он полностью отрицает свою причастность к немецкой разведке, а в допросе через месяц он уже утверждает, что он враг народа и поджег колхозную конюшню. Согласно приказу “тройки” его без суда и следствия расстреливают. А когда начался процесс реабилитации, изучали это дело, приезжали в тот колхоз, чтобы уточнить, была ли сожжена конюшня. И выясняется, что никогда в этом колхозе конюшня не горела. То есть следствие так велось, что никто не спрашивал, был факт преступления или нет. А человек, не выдержав нестерпимых пыток, готов был подписать любое обвинение, лишь бы его быстрее расстреляли.

-Какие приговоры были у этих 20 тысяч граждан, имена которых в книге?

- Приговоры разные. Предстоит большая работа по анализу данных. Она будет проводиться под руководством ректора университета им. Арабаева, профессора Торобека Абыловича Абдрахманова, соавтора этой книги. Все данные переведены и перерабатываются, по всем показателям будет статистика и подсчитают жертв по социальному статутсу: сколько колхозников, рабочих, ученых, по полу, возрасту, и по приговорам – сколько человек тюремный срок или ссылку получили, а скольких расстреляли. Будет около трех томов этой статистики. Как только статистика будет готова, мы ее презентуем и расскажем более подробно.

- В каких именно лагерях отбывали сроки те, кого отправляли в ссылки в ГУЛАГ из Кыргызстана?

- Приведу пример истории семьи Айтматовых. Когда арестовали Торокула Айтматова, много лет не было о нем никаких сведений. Родные писали во все инстанции, ответа не было. И только в 1956 году пришел ответ, что он был отправлен в тюрьму и там скончался от болезней. То есть до последнего информация была скрыта. Нигде в материалах дела не было указано, что его расстреляли ещё в 1938 году и где захоронено его тело. В казахстанских лагерях ГУЛАГа есть список заключенных граждан из Киргизии. Если наши ученые сделают запросы, то могут получить информацию и оттуда. Но точных данных, кто, когда и в какой тюрьме отбывал срок из наших земляков, у нас нет.

- Почему кыргызы сразу не стали сопротивляться репрессиям?

- В 1916 году был Уркун, российская имперская власть жестоко подавила кыргызское восстание, по разным данным речь идет о сотне тысяч убитых кыргызах. У любого кыргыза Уркун ассоциировался с Царской Россией и белым царем. Проходит неполных два года и приходят красные. При том проценте неграмотности в республике, при том малом проценте пролетариата, который был основой революции в России, советская власть ассоциировалась с очередной попыткой колонизации Россией. Для народа, среди которого никакой разъяснительной работы не велось, никаких СМИ не было, ни интернета, естественно, советская власть была теми же русскими, память о которых ещё не была стерта с 1916 года. Отсюда и настороженность, первая реакция на советскую власть - враждебность, с первого дня было сопротивение, невосприятие этой власти. И басмаческое движение, которое в советские годы мы считали чем-то негативным, бандитским, сегодня некоторыми историками трактуется, как часть национально-освободительного движения. Только через 10-15 лет, когда люди начали привыкать к советской власти, отношение стало меняться. Но надо не забывать, что репрессии постоянно шли. Например, репрессии в отношении зажиточных кыргызов. Были даже такие случаи. В кыргызском понятии аксакал - это старейшина, уважаемый человек. Но когда в села приходили чекисты, которые не владели кыргызским языком и не знали менталитет, они спрашивали: “Где аксакалы?”, вкладывая в это слово понятие богатых, зажиточных. Наши кыргызы вели их к аксакалам, а те их арестовывали и расстреливали.

- Участвовали ли в репрессиях сами кыргызы?

- Уже сейчас можно сказать, что в первом составе чекистов края местного населения не было. Они не знали языка, традиций, менталитета, поэтому и на расправу они были скорыми и беспощадными. Всегда такие вещи удобно делать руками людей другой национальности. Например, латышские стрелки, активные участники революции. Да и первый состав ЧК Росии при Ленине состоял в основном из евреев, грузин, латышей. Также и у нас, даже русских в первом составе НКВД региона до 1930-х годов было мало. В основном это были евреи и латыши.

- То есть интернационал в данном случае был соблюден...

-  Те, представители нашей интеллигенции, которые пытались с массовыми арестами бороться и писали письма Ленину, все были потом репрессированы, как националисты. Приведу один маленький пример. У нас был “53-й кавалерийский полк”, который активно репрессировали в 1937 году. Это те первые национальные кадры военных, которые были закалены в борьбе с басмачеством, за советскую власть, все молодые, мотивированные командиры. Их жестко репрессировали. За что? Вы помните маршала Тухачевского, которого в Москве репрессировали, за то, что якобы он был против Сталина. После этого пошел циркуляр по всем союзным республикам, чтобы выявить заговорщиков, внутренних шпионов. И на основе этого циркуляра, местные ретивые исполнители начали действовать. Чтобы план выполнить начали по одному командиру приглашать на допросы и один вспомнил, что есть у них командир Алиев, он националист, так как на одном совещании предложил Устав рабоче-крестьянской Красной армии перевести на кыргызский язык. Предложил он это, чтобы новобранцы-кыргызы понимали устав. И за эту инициативу его обвинили в национализме и репрессировали. 

- Почему вы взялись работать над этой книгой?

- Основная цель - показать нашему народу, молодому поколению ту страшную, трагическую историю нашей республики, когда были репрессированы люди. Чтобы, взяв в руки эту книгу, полистав, они нашли фамилии своих родных, которые считались врагами народа. Не все знают историю своих родственников, что-то скрывалось из поколения в поколение. За то время, пока мы готовили книгу к изданию, небольшая группа людей, которая была подключена к работе, среди репрессированных находила своих родственников. Буквально месяц назад, когда мы материалы сдали в бишкекскую типографию, женщина, которая там работала, сказала слова благодарности, так как она нашла фамилию своего деда, о судьбе которого все эти годы семья не знала. Если буквально небольшая группа людей, которая работала над книгой, уже нашла своих родных, то теперь ещё большее количество граждан найдут своих предков.

Каждый член семьи “врага народа” на протяжении всей жизни чувствовал на себе это клеймо. Их не принимали на работу, они не могли поступить на учебу. И после развала Союза, хотя это уже мало кого беспокоило, они не знали правду о своих родных. Теперь у них есть шанс узнать всю правду.

- Чем для вас являются сталинские репрессии?

- Это печальные, трагические страницы нашей истории, которые долгие годы замалчивались и которые наше нынешнее поколение должно знать, чтобы впредь реперссии не повторялись. Это необходимо было обнародовать как дань живущих перед теми репрессированными нашими соотечественниками, чтобы память о них осталась. В Кыргызстане единственное известное место, где захоронены 138 жертв репрессий, чьи имена выбиты на камне. Это памятник всем остальным, которые были репрессированы, и мы не знаем, где их могилы.

- Пятого марта 67-я годовщина со дня смерти Сталина. Кем останется Сталин в истории кыргызского народа?

- Личность Сталина однозначно судить тяжело. Взять его роль в репрессиях - тут вопросов нет, если по Кыргызстану были репрессированы десятки тысяч, то по всему Союзу миллионы. Это природа авторитарного тоталитарного режима, который все время держал в напряжении все общество. Самое интересное, когда мы анализировали данные, то узнали, что более 100 сотрудников НКВД были сами репрессированы. То есть колесо репрессий поглощало и самих исполнителей. Только таким образом Сталину удалось построить социалистическое общество, выиграть войну, ему удалось сделать СССР космической державой. Только за счет привлечения людского потенциала, за счет страха. Надо знать эту историю и помнить, какой ценой это достигалось. И ещё один момент: были ретивые исполнители, плюс приумножьте это на национальный менталитет. Потому что те же сотрудники правоохранительных органов, НКВД отчасти, спасая свои собственные жизни, шли на эти фальсификации. Поэтому мне затруднительно дать однозначную оценку личности Сталина.

- Будут ли рассекречены архивы КГБ?

- Любая спецслужба - это секретная служба. И в их архивах содержится масса секретной информации, которая никогда не будет рассекречена.

- Но СССР уже нет 30 лет!

- Тем не менее эта организация существует. Тут вопрос надо ставить более корректно: придет ли время для рассекречивания части материалов, которые вызывают интерес общества? Отвечая на такой вопрос, скажу, что результатом этого и послужил выход этой книги. Говорить о стопроцентном раскрытии архивов КГБ не приходится, никогда этого не будет.

- Возможно ли на постсоветском пространстве возвращение репрессий?

- Я уже говорил, что цель этой книги в том, чтобы не повторялись подобные репрессии. А они не будут повторяться в том случае, если молодежь, общество в целом будет знать свою историю. Они будут знать историю репрессий, их природу, масштабы, тогда это не позволит наступать на те же грабли и повторять репрессии. Хочу поделиться одной мыслью, пережитой мною. В Чон-Таше мы раскопали это захоронение и перезахоронили 30 августа 1991 года. В апреле 2010 года там же, на “Ата-Бейите”, были похоронены герои апрельской революции. На похоронах мне пришла такая мысль: “История может повториться, если не извлекать уроки”. Я, например, в 1990 году, раскапывая останки репрессированных в 1938 году, никогда не думал, что на этом месте будут похоронены наши граждане, которых расстреляли в 2010 году. Для того чтобы это не повторялось, мы должны знать и помнить свою историю.

Интервью вела Лейла Саралаева

Фото Абылая Саралаева 

© Новые лица, 2014–2020
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям