Эмиль Уметалиев: “Внешняя политика Кыргызстана диктуется из Москвы, а не является стратегией собственных элит”

20:26, 25 Февраля

Ровно четыре года назад мы беседовали с Эмилем Уметалиевым, президентом компании Kyrgyz Concept. Тогда меня поразил его скептицизм в отношении ЕАЭС, хотя госчиновники тех времен убеждали, что Евразийский экономический союз приведет к прорыву в экономике. Уметалиев связывал экономику с политикой и предрекал, что многие негативные процессы, которые происходят в России, скоро будут актуальны и у нас. Спустя годы можно констатировать, что то интервью было пророческим, тем интереснее послушать его сегодняшие прогнозы на ближайшее будущее.

- Эмиль Сатарович, ровно четыре года назад я брала у Вас интервью. Вы сделали неутешительные прогнозы по поводу вступления нашей страны в ЕАЭС. К сожалению, Ваши прогнозы сбылись. За 4 года у нас не открылось ни одного крупного предприятия, а малый и средний бизнес душат. Почему это происходит?

- Ничего удивительного для меня нет. Более того, я предупреждал, предсказывал, и не я один, что будет удушение малого и среднего бизнеса, и ЕАЭС не оправдает ни одной из своих деклараций, а в большей мере он будет работать на создание такого ремейка, модернизирование постсоветского территориального союза, на восстановление неоимперской политики, даже не России, а сложившейся правящей олигархическо-государственной номенклатуры. К сожалению, мы жестко попали в эту орбиту. Притом, что более преданные этому союзу члены - Беларусь и Казахстан - имеют не только привилегии, но и тенденции к сохранению или усилению свой независимости, относительной, но все-таки независимости во внешней политике и внешней торговле. В целом во внешней политике они сохраняют свою не полную, но многовекторность. А Беларусь очень резко и достаточно резонансно заявила о выборе новых партнеров, прежде всего экономических, и эти партнеры оказались диаметрально противоположными российскому вектору развития.

И Казахстан последовательно, в разных своих векторах деятельности эту многополярность соблюдает. У него торговые, экономические, политические отношения и образовательные проекты с Западом достаточно развиты. И хотя Казахстан не привержен демократическим принципам, но в целом многовекторность внешней политики имеет устойчивость и возможность перерасти в новые возможности для будущей казахской элиты.

О многовекторности Кыргызская Республика заявляла лет 15-20 назад. Но у нас, как ни странно, очень быстро разворот произошел с 2010 года. Мы свернули свою многовекторность. И, как мы и говорили 4 года назад, ЕАЭС не столько экономический союз, сколько подчинение Евразийской комиссии, в которой доминируют интересы только одной страны - России. Более того, предполагалось, что ЕАЭС отнимет часть суверенитета и отнимет право на самостоятельную внешнюю политику. Сегодня мы можем это констатировать, что наша внешняя политика больше диктуется из Москвы, чем является частью стратегии собственных наших элит.

- Говоря об олигархически-номенклатурной верхушке, можно констатировать, что в России она не меняется 20 лет, но у нас же сменяемость власти присутствует. Почему мы по-прежнему лежим под российской пятой?

- Сменяемость власти - это хорошая вещь, и она дает свои плоды. Я за нее буду голосовать и в последующем. Но вместе с диверсификацией, вместе с тем, что нет узурпации власти, нет монополии на рынок, на политику, произошла странная вещь, которую сложно было предусмотреть. Каждая следующая власть в Кыргызстане была все более и более подчинена кремлевской политике, и в экономике, во внутренней и во внешней политике. Нам когда-то казалось, что у нас более развитые гражданское общество и бизнес-ассоциации, и интересы малого и среднего бизнеса лучше защищены, чем в России, и правил, которые дают надежду на справедливость, больше, потому что в России начали жестко преследовать предпринимателей в начале 2000-х годов, а у нас еще сохранялась тенденция, что малый и средний бизнес имел право на развитие. То, что сегодня у нас в городе Бишкеке изобилие товаров и услуг, чем мы довольны и что нас радует, это все плоды дерегулирования и той защиты малого и среднего бизнеса, которые произошли 20-25 лет назад. Но сегодня тенденция, о которой мы говорили, что вместе с ЕАЭС к нам придет жесткая политика, которая установилась в России, по подавлению бизнеса, по выдавливанию малого и среднего бизнеса, по дискриминации не только правовых, но и любых интересов не связанных с властью бизнесов и групп гражданского общества. Вот эта тенденция нахлынула, и там уже необязательно разбираться, как это произошло, то ли политтехнологии нахлынули вместе с политикой ЕАЭС, то ли какие-то другие технологии правовой и правоохрантельной среды, или это в целом мораль этой политической среды, в которой нет места для инакомыслия, а значит почвы для инакомыслия, многообразия бизнесов не должно присутствовать, чтобы не мешать монополизации рынков, монополизации интересов, политических групп и политической власти.

- Приведите примеры Вашим словам о том, что политические и экономические решения принимаются не у нас, а в Москве.

- Это жесткий вопрос, даже если и есть факты, то не мне это доказывать. Я действительно не стану этого делать. Но мы с вами прекрасно наблюдаем, что наши с вами политические связи с развитыми демократическими странами сегодня даже на фоне того, что происходило в 90-х и 2000-х годах, многократно сузились, наши контакты, отношения, проекты, программы, соглашения постепенно сворачиваются. Просачивается в медиа информация о том, что какое-то важное, большое соглашение с США наша страна никак не подписывает уже 10 лет. Однако паспорта стран, которые в нашем информационном постсоветском, посткоммунистическом поле принято ругать как страны с развитой демократией, на самом деле являются гарантом безопасности и дружелюбия для большинства граждан мира.

Например, паспорт Японии обеспечивает въезд без визы для своих граждан в 191 страну мира из 200 существующих. И от 180 до 191 страны пускают без визы граждан 30-40 стран с развитой демократией, куда включены и США, и Великобритания, и Швеция, и Нидерланды, и Северная Европа, вся Западная Европа, и ряд стран Юго-Восточной Азии. А мы до сих пор не из всех тельняшек, не из всех гимнастерок, которые были на нас со времен холодной войны, выросли, не все сняли, выбросили и расстались с ними. Некоторые из них на нас до сих пор, и мы начинаем примерять на себя все эти пилотки, фуражки и кирзовые сапоги и опять пытаемся ненавидеть те страны, которые большинству стран милее, чем наши какие-то идеологические тараканы в голове и наши заблуждения.

- Продолжая Вашу аллегорию, я бы сказала, что таким образом пресловутый “железный занавес”, не до конца открывшись, закрылся...

- “Железный занавес” пока не закрылся, но имеет тенденцию к закрытию. И нас ждут очень тяжелые времена...

- После митинга в Ат-Баши закрылся проект логистического центра. С одной стороны, это пример народовластия: люди собрались, возмутились, добились закрытия. Но, с другой стороны, это ведь отпугнет и других инвесторов. Как Вы оцениваете выступления народных масс?

- Противоречиво. С одной стороны, с людьми надо считаться, с людьми надо разговаривать, людей надо просвещать. И самое главное – с людьми надо договариваться, чтобы их интересы были защищены. С другой стороны, мы не знаем, кто ими манипулирует, ради чего и против чего. И сомнительно, что этот протест продиктован в целом народом страны. А вот когда будут договариваться об интересах людей, тут совсем другое дело. Часть людей считает, что с Китаем надо сотрудничать. Я согласен, надо сотрудничать. Другая часть общества говорит, что надо предусмотреть все риски, я и с этим согласен. Но в нынешних политических реалиях эти риски защищены не будут. Мы себя защитить от негативных последствий этого сотрудничества не сможем до тех пор, пока нас будут разделять и над нами будут властвовать две авторитарные системы. И одна сторона - очень большая авторитарная сила, и вторая сторона - большая авторитарная сила. В этих условиях мы можем либо раствориться, либо нас могут разделить, и неважно, разделить вертикально или горизонтально, но нас уже делят, и это очевидно, и видно, как нас делят.

- Как же нам защититься?

- Защититься можно только одним испробованным способом: взять опыт таких стран, как Финляндия, многие страны Северной Европы, Монголия. Стран, в которых установлены реальные демократические институты, в которых народ умеет договариваться со своей властью, а власть действует в интересах собственного народа и страны. Но такие демократические процедуры можно защитить, только сотрудничая с множеством стран в мире, которые понимают, что такое демократические процедуры, которые понимают, что такое суверенитет и почему важно сохранять на земле верховенство закона. Авторитарные страны, которые вокруг нас, не любят словосочетание верховенство закона. Верховенство закона в нашей маленькой стране будет трудно или невозможно без сотрудничества с теми странами, которые у себя, в своей стране, для своего гражданина обеспечили это самое верховенство закона и верховенство демократических процедур. И точно так же могут обеспечить неприкосновенность или эффективность демократических процедур и независимость государства.

- В интервью четырехлетней давности Вы давали оценку каждой сфере, отвечающей за демократию. Вы сказали, что свобода мысли у нас есть, свобода слова обеспечена на 95%, свобода предпринимательства уменьшается, и плохой инвестиционный климат. Какие оценки дадите сегодня?

- Все они ухудшились, и значительно, если президент, который сосредоточил в своих руках власть, доминирует на политическом поле и наш парламент демонстрирует безволие. И если в этих условиях президент и его окружение не изменят внутреннюю и внешнюю политику, то это ухудшившееся состояние будет резонансно не только для собственной страны, но и всего Центральноазитского региона. Потому что бесконтрольную, безраздельную власть отдавать чиновникам-коррупционерам и вошедшим в политику частично криминализованным политическим силам - это значит подтолкнуть страну к бесконечной нищете, распрям и, может быть, даже к внешней экспансии. Потому что такую страну очень легко захватывать по кусочкам с разных сторон.

- А Вы считаете, что пока мы не в такой ситуации?

- Пока нет, но мы близки к такой ситуации. И есть силы, которые заинтересованы в нашей слабости и слабости наших политических элит. Заинтересованы, чтобы наши политические элиты строили отношения не по правилам, не цивилизованно, а вцепились насмерть друг другу в глотки, для того чтобы еще легче было манипулировать более покладистым народом. К сожалению, политические элиты, борясь друг с другом, не понимают главной угрозы – потери национального интереса. Многие политические группировки ввиду их мировоззрения, незнания географии, геополитики и мировых тенденций или ввиду их ошибок подвержены управляемости со стороны тех, кто сумел их соблазнить и подчинить.

- Как работает нынешнее правительство?

- Один из показателей - это самочувствие тех, кто эту экономику делает. Экономику делают налогоплательщики. Те, кто производит товары и услуги. Если тем, кто производит товары и услуги, плохо, а всем остальным не на что покупать и улучшать свои жилищные условия в первую очередь, то экономика работает плохо. Так вот, не первый год ухудшается спрос на квартиры и жилье в Кыргызстане, наблюдается эта тенденция и в 2019-м, и в начале 2020 года. Сейчас, если вы спросите любого риэлтора, вам ответят, что рынок недвижимости практически стоит. Покупаются только однокомнатные, дешевые квартиры, их приобретают особо остро нуждающиеся. А все, кто хотят улучшить жилищные условия, не покупают, потому что не на что купить и они не могут позволить себе улучшение, либо рынок настолько застопорился, что по новым ценам никто продавать не хочет себе в убыток, а с новыми реалиями никто не согласился. В убыток никто работать не хочет, поэтому будут держаться до последнего. А покупательский спрос очень низкий, в итоге плохо и тем, кто продает, и тем, кто покупает. Малый и средний бизнес испытывает сегодня тревожное состояние от репрессий правоохранительных органов и налоговых инстанций, и очень многие представители малого и среднего бизнеса все чаще говорят о необходимости покинуть страну, о том, что здесь опасно для них самих, для их бизнеса, для их семей, для их детей.

- Вы говорите об иностранцах?

- Я говорю о кыргызстанцах, о наших предпринимателях. И в этих условиях наше правительство ввиду того что не создало условий для экономических возможностей, в том числе из-за Евразийского экономического союза, недобирало налоги, бюджет испытывал дефицит. И не нашли другого выхода, кроме как элементарно выкручивать руки-ноги и проводить налоговые репрессии. И налоговые репрессии прокатились не так чтобы выборочно, они оказались более массированными. Сегодня пока еще голос бизнеса не громкий, и ассоциации очень мягкие, вежливые, дипломатические письма направили и президенту, и премьер-министру, и во все инстанции о том, что бизнес чувствует себя придушенным. И вроде как будто налоги собрали, справились с пополнением бюджета. Но что будет в 2020 году? Ведь столько уже придушить не получится. Откуда налоги тогда? А если не придушил, то зарезал, а если зарезал, то расчленил. Дальше мы будем наблюдать, как малый и средний бизнес будет закрываться, часть будет уходить в тень, часть криминализоваться, а разумная часть просто покинет страну. И тогда в 2020 году будут главенствовать только отмывание денег, коррупционные и криминализованные деньги, политическая сфера, а здравый, здоровый бизнес... Какие-то прорывы будут, обязательно будут, даже во время войны есть прорывы, невозможно все остановить, но мы не будем конкурентоспособны как среда, как общество, и мы растеряем свои здоровые силы. Мы откатимся в мировой конкуренции. Мы уже откатываемся. Раньше мы заявляли, что в каких-то сферах богатый Казахстан нам уступал в какой-то креативности малого и среднего бизнеса, что Узбекистан отстал от нас на 10-15 лет, и ему еще долго придется нас догонять. На самом деле сегодняшние реальности плачевны: и Таджикистан нас в чем-то уже опередил, и Узбекистан начинает нас опережать, а преимущества перед Казахстаном уже утеряны. Поэтому я не удивлюсь, если в каких-то рейтингах Кыргызстан будут указывать как самую отсталую страну в Центральной Азии. Это произошло очень быстро. Откатываться назад очень легко и быстро, но восстанавливать свой потенциал придется с большим усердием. Это возможно, но произойдет это или нет - это наш выбор, выбор политических элит и тех политических сил, которые взяли на себя ответственность.

(Продолжение следует)

Интервью четырехлетней давности читайте тут http://nlkg.kg/ru/interview/emil-umetaliev-ya-nikogda-ne-daval-vzyatok_-i-v-etom-moya-glavnaya-duxovnaya-opora?fbclid=IwAR3nxbfSDhAkTND7xClS6O7EKg_1uvUSesLHIek6W-01-E3YhTq3FgEK3gQ 

 
© Новые лица, 2014–2020
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям