Кыргызча

Саламат Садыкова: «Я всегда прощаю своих завистников, потому что это полезно для здоровья!»

15:14, 23 Декабря 2014

Имя народной артистки Кыргызской Республики Саламат Садыковой знают почти все кыргызстанцы. Так получилось благодаря проникновенному исполнению песни «Кыргыз жери», которую по праву можно считать неофициальным гимном страны. Она автор и исполнитель многих других музыкальных произведений, которые составляют золотой фонд кыргызской культуры. Но можете ли вы поверить, что в официальном «Золотом фонде» Общественной телерадиокомпании нет ни одной композиции в исполнении Саламат Садыковой? Об этой ситуации, а также о роли артиста в современном обществе, в нашем интервью с любимой певицей.

- Я знаю, что недавно состоялся концерт этнографического ансамбля «Камбаркан», который вы возглавляете. Как он прошел?

- Концерт прошел на высоком уровне, чему я очень рада. Несмотря на непогоду, зал был полон. Мы были тронуты таким отношением слушателей, и, пользуясь случаем, хочу искренне поблагодарить всех, кто пришел на наш концерт и поддержал нас! Наш ансамбль «Камбаркан» уже четверть века вносит свой посильный вклад в сокровищницу кыргызской музыкальной культуры. Я считаю, что наш ансамбль просто уникален по своей природе.

- Сейчас фольклорная музыка не очень популярна среди молодежи. Как вы думаете, можно ли возродить интерес к ней у молодого поколения?

- Так устроена жизнь – человек должен все попробовать в этой жизни. Это касается и музыкальных предпочтений, и других пристрастий. Одно время было мнение, что фольклорная музыка скучна и люди неохотно ее слушают, предпочитая шумную и грохочущую современную музыку. Да и сейчас нередко бывает, что сотрудники государственных телеканалов, не стесняясь, говорят: “Мы не можем вас поставить в эфир, потому что игра на комузе скучная и неинтересная”. На нашем телевидении немало таких горе-продюсеров, от которых зависит музыкальная политика государственного телевещания. Но утешает одно, что, несмотря на все препоны, наша музыка все еще востребована и находит своих благодарных слушателей. Однажды после концерта на ужине я оказалась за одним столом с женщиной, которая впервые в своей жизни побывала на живом концерте фольклорного ансамбля. Она пребывала в таком восторге, что все время расточала комплименты в наш адрес. И была так удивлена состоянием наших концертных костюмов, что тут же предложила сшить новые за ее счет. Мы были очень тронуты ее искренним желанием помочь и поддержать нас. Чего скрывать, мы не можем и не умеем как другие “звезды” пинком открывать некоторые двери и выпрашивать деньги на свое содержание. Это не наше. Мы стесняемся вести себя так.

- А как вы оцениваете культурный уровень современного кыргызского общества?

- Сейчас наше общество находится на перепутье, нас раздирают противоречивые взгляды и мнения. В общественном сознании царит многобожие. Последователи тенгрианства втихую ведут активную работу, фактически управляя общественным мнением. Да что говорить, на нашем телевидении целые редакции заняты активными последователями тенгрианства. Они заполнили весь телевизионный эфир. Исламофобии стало у нас много. Свой вклад в это дело вносят и малообразованные муллы, которые забывают, а может, не знают об истинных мусульманских ценностях. Мой дед Сыдык знал грамоту, умел читать и писать на арабском, пять раз в день совершал намаз. И знаете, в его время никто этим не кичился. Сейчас же появилась такая тенденция, когда молодые люди, отростившие бородки, воспринимают себя чуть ли не белой костью ислама, с пренебрежением относясь к другим. От них кроме двух вопросов: “Намаз читаешь?” и “ В мечеть ходишь?”- ничего другого и не услышишь.

Из-за такого разброса мнений и взглядов в обществе вопросы культуры просто остаются на обочине. Люди, которые составляли золотой фонд кыргызской культуры, легендарные личности, внесшие свой вклад в общее дело, сегодня просто не востребованы. Их не помнят и не знают.

Во время недавней поездки в Турции меня потряс один момент. Я была свидетелем того, как многотысячный зал, стоя, с овациями, встретил свою известную актрису Тюркан Шорай, когда-то блистательно сыгравшую одну из ролей в турецком фильме по произведению нашего гениального писателя Чынгыза Айтматова “Тополек мой в красной косынке”. Среди тех, кто рукоплескал, были и политики, и обычные зрители. И я поймала себя на мысли, что еще ни разу не видела, чтобы так в Кыргызстане отдавали должное человеку, внесшему свой огромный вклад в развитие кыргызской культуры при жизни.

- Почему так происходит?

- Все, кто хочет похоронить нашу культуру, сидят на государственном телеканале. Скажу откровенно, на ОТРК есть “Золотой фонд” кыргызской культуры, ни я, ни мой ансамбль еще даже не приглашали сняться для него. Хотя редактора уже успели снять для него многих молодых исполнителей, чья звезда вспыхнула намного позже моей. Это не обида, а просто констатация факта. На ОТРК я неудобная фигура для определенных группировок, потому что уроженка юга. Для интереса поинтересуйтесь биографиями тех, кого уже отсняли для “Золотого фонда”, и вам сразу все станет ясно. Через два года мне уже будет шестьдесят лет, наверное они ждут этой даты. Но зачем мне такое запоздалое внимание? Пусть сами себя снимают!

- Вы сейчас рассказали про овации, устроенные в честь турецкой актрисы Тюркан Шорай, а я вспомнила как бывший президент Акаев устроил овацию в вашу честь после блистательного исполнения песни “Кыргыз жери”...

- В жизни каждого артиста бывают минуты триумфа, когда вместе с народом его исполнение по-достоинству оценивают и лидеры страны.

- Чем является для вас творчество?

- Я нашла себя в песне. Быть певицей мечтала с самого детства. В те далекие времена, когда возвращалась из школы домой, любила поиграть на берегу речки вместе с одноклассниками, и там в своих мечтах я представляла свое будущее, необъятный мир музыки и все то, чего сегодня достигла. Я безмерно благодарна Богу, что мои детские грезы о музыке и сцене сбылись.

Но сегодня, мы, работники культуры, как солдаты в осажденной крепости, на мизерную зарплату от государства пытаемся выжить и сохранить то, что осталось от былого величия нашей культуры. А в это время, так называемые “звезды” собирают на стадионах толпы людей, выдавая заранее записанную фонограмму в три аккорда за настоящую музыку. Сегодня деятелям культуры непросто выжить в этом фальшивом мире, поэтому многие певцы вынуждены идти на компромиссы.

Мне часто звонят телевизионные журналисты и просят снять со мной интервью в домашнем интерьере, а я им отказываю, объясняя: “У меня не царские хоромы и не особняк”. Бывает досадно, но я не теряю оптимизма и присутствия духа, и ни о чем не жалею. Часто слышу за спиной такие разговоры: “Пока она пела, мы создали семью, построили свой семейный очаг”. Что на это сказать? Пусть все будут счастливы в своем мире, это их выбор, а моя судьба – сцена. Сложно говорить с человеком, который не понимает твоего выбора, твоего творчества и музыки. Но я ценю каждый день в своей жизни, и плохой, и хороший. Время отчаяния дает мне силы. Неслучайно в моем репертуаре много песен Рысбая Абдыкадырова, а так бы запела легкие песенки типа “Жолугалы гулум, жолугалы”. Для меня исполнение больших музыкальных произведений – это еще жизненная школа, которая тренирует, держит в тонусе.

- У вас было тяжелое детство, наверное, вы приложили немало усилий, чтобы у ваших детей оно было другим...

- Для своих дочерей с самого рождения я вымаливала у Бога счастливую жизнь. Мне очень хотелось, чтобы они получили хорошее образование, чтобы все у них было лучше, чем у меня, и самое главное, я желаю, чтобы они были счастливы. Я постаралась дать им по возможности все лучшее, и сегодня они взрослые: одна из дочерей дипломированный тюрколог, другая живет и работает в Дубаи, благодаря хорошему знанию английского языка. Сейчас я больше переживаю за внуков (улыбается).

- Как вы воспитывали дочерей? Есть ли у вас собственная методика воспитания?

- Некоторые родители утверждают, что они никогда не ругали своих детей. Но как такое возможно? Я не верю. В жизни всякое бывает: и ссоришься, и ругаешься, и миришься. Я жесткий человек, к дочкам предъявляла жесткие требования. Бывало, что я поднимала руку на них. Однажды Махабат (одна из дочерей – прим. ред.) принесла свою первую зарплату в 10 тысяч сомов с новой работы по окончанию вуза. Я была так тронута ее жестом, представляете, ваш ребенок вырос и стал взрослым, и принес вам свою первую зарплату. В этот момент перед глазами промелькнула вся жизнь, когда дочка родилась и росла, и мне было так неловко, что я строго воспитывала ее, и даже поднимала на нее руку. В жизни бывает, оказывается, и так, когда дети тебя воспитывают своими поступками. Махабат выросла такой щедрой и скромной дочерью, которой ничего не жалко для своей матери. Несмотря на свою строгость, я не была надоедливой матерью, которая чрезмерно опекала своих детей. Сегодня, когда мне плохо, и что-то случается, я сразу иду к дочке Кундуз. Обе мои дочери – моя опора и любовь.

- А вы не жалеете, что ваша младшая дочка вышла замуж за иностранца?

- Нет, нисколько не жалею. Как я могу жалеть, если вижу, как они счастливы? Когда она только начала работать в Турции, я в шутку напутствовала, чтобы она не привела домой турка или араба. Откровенно говоря, я боялась, что выйдя замуж за представителя этих национальностей, она станет такой домашней, закрытой в четырех стенах. Однажды она позвонила и говорит: “Мама, у меня для вас радостная новость. Один парень сделал мне предложение, и я хочу вас познакомить с ним”. Оказалось, что ее избранник из Шотландии. Я купила билет и вылетела к ним, чтобы поближе познакомиться с будущим зятем. Первая встреча с ним произвела на меня прекрасное впечатление, он оказался именно таким, каким я представляла мужа своей дочки – внимательным, воспитанным. Я познакомилась с его семьей, они очень хорошие люди.

- Никто не поверит, что вам скоро будет 60 лет. На вашем лице нет ни морщинки! Вы буквально светитесь изнутри, и выглядите очень молодо! В чем секрет вашей молодости?

- Наверное, тут секрет в самой природе, видимо, так устроен мой организм. К тому же физическая молодость зависит от состояние души и сердца. Все наши чувства отражаются на нашем лице. Если человек недоволен жизнью, у него угрюмое лицо. Я стараюсь не держать в себе отрицательные эмоции. Если что-то мне не нравится, я предпочитаю говорить об этом в лицо. Я всегда прощаю своих завистников, потому что это полезно для здоровья!

Дилбар АЛИМОВА 

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям