Кыргызча
ГлавнаяПроекты«Дети брежневских времен»

Мой адрес - не дом и не улица. Мой адрес – Советский Союз!

С легкой руки Асана Ахматова среди кыргызстанских пользователей в Facebook все большую известность приобретает группа «Дети брежневских времен», где каждый желающий может поделиться своими воспоминаниями о своих «золотых временах юности и молодости», которые пришлись на период, который позже назовут «застоем».

По словам Ахматова, группа была создана в апреле сего года, и очень быстро завоевала популярность, в особенности среди тех, чья юность и молодость пришлась на 70-ые и 80-ые годы. Больше всего организаторам импонирует, что группа существует вне политики, и что в ней преобладают добрые и светлые воспоминания о детстве, юности и молодости.

Наше поколение родилось в очень непростую и удивительную по своему содержанию эпоху. Нам посчастливилось родиться и жить в удивительной стране, которой сегодня не найти ни на одной карте. Но мы продолжаем любить ту страну, которая запустила первого человека в космос, построила атомные реакторы и укротила ядерную энергию. И мы продолжаем гордиться той страной, где хотели построить самый справедливый строй, именуемым коммунизмом. Но, увы, что прошло, то прошло. Нам остались только светлые воспоминания о том золотом времени, когда все были равны, независимо от цвета кожи и толщины кармана. Мы благодарны судьбе, что родились и жили при социализме. Это наша жизнь, и что бы там не говорили, мы не можем забыть светлую эпоху Брежнева, Гагарина, «битлов» и хиппи…

Невозможно забыть время, когда во дворах, взяв в руки гитару, мы до хрипоты в голосе пели «Поворот» и забавно сипели ломающимся в переходном возрасте голосами, стараясь подражать Крису Норману, чтобы сразить девчонок, влюбленных в него.

На многочисленных танцплощадках и дискотеках в пионерских лагерях мы до упаду танцевали под зажигательные песни «БониМ» и «Арабески», рвали рок-н-ролл под Элвиса Пресли и тащились под рок-баллады «Дип Перпл». Мы также напевали песни «Песняров» и «Достор», и незабываемые композиции первого состава нашей фрунзенской группы «Элес».

Мы просыпались под сигналы радио «Маяк», а засыпали под колыбельные «Спокойной ночи малыши». По выходным с нетерпением ждали любимую тетю Валю с ее сказками, а воскресенье утром нас будил «Будильник». Новогодние праздники мы проводили вместе с «Голубым огоньком», а с каким нетерпением мы ждали знаменитый итальянский конкурс песен «Сан-Ремо»! В жгучего красавца Тото Кутуньо были влюблены почти все советские девчонки.

В ресторанах заказывали за 2 рубля 70 копеек «цыплят табака» и еще за 80 копеек - салат «Столичный». При этом компания из трех человек могла загулять на «четвертак» так, что весь ресторан существовал только для них.

В кинотеатре «Россия» мы впервые увидели советский боевик «Пираты 20-го века» с нашим земляком Талгатом Нигматулиным в одной из главных ролей. В кинотеатре «Иссык-Куль», который специализировался на индийских мелодрамах, поклонники Болливуда ведрами лили слезы над несчастной судьбой Зиты и Гиты.

На улицах стояли автоматы с газировкой, где стакан подслащенной и холодной воды стоил три копейки, а рядом неизменно находился телефонный автомат, и можно было за две копейки позвонить кому угодно.

Знаменитые джинсы «Леви Страус» или «Монтана» были пределом мечтаний любого пацана и затаскивались так, что трусы просвечивали. В очередях в ЦУМе бились за сланцы, в которых летом шли с гордой поднятой головой по побережью Иссык-Куля. Без смущения, зацепив их через большой палец, «бичевали» из пансионата в пансионат, при этом порой умудрялись находить приют под лодками или поспать на бильярдном столе.

А когда кончались деньги, без зазрения совести сдавали пустые бутылки. Потом, захватив полученные копейки, снова бежали в магазин, который гордо стоял на бугре, у поворота к санаторию «Киргизское взморье» в селе Бостери. Местом сбора «тусовщиков» была Чолпонатинская «Флорида». Сбегать на почтамт – с мамой поговорить, сказать, что живой. И дальше, вперед и с песней, завоевывать сердца прекрасных советских девушек...

На одну путевку в пансионат «Достук» умудрялись отдохнуть в деревянном коттедже вдесятером. И без всяких сотовых телефонов по цыганской почте находили друг друга по периметру всего побережья озера Иссык-Куль. Ухитрялись на стипендию в 40 рублей на барахолке так «прикидываться», что любая шопоголичка позавидовала бы нашим девчонкам.

Кончики пионерских галстуков жевали вместо жевательной резинки и, измазавшись чернилам, с невинным видом, как будто так и нужно, заявлялись домой.

Доставали по знакомству виниловые диски концертов «Куин», «Абба» и любимой Аллы Пугачевой, хранили их, как семейную реликвию. Знаменитое фото Пугачевой в красном балахоне красовалось на самом видно месте.

Кто помнит сборник мультфильмов за 10 копеек на утреннем сеансе в кинотеатре «Ала-Тоо»?

На выпускных вечерах мы безмятежно встречали рассвет, а через месяц улетали в Москву и Ленинград, чтобы продолжить учебу в центральных вузах.

Дедушку Ленина любили, как родного деда. И знали наизусть его биографию.

Получая зарплату инженеров в 120 рублей, никому не жаловались и не плакались в жилетку, потому что это были для молодого сотрудника огромные деньги, на которые он мог купить 600 кирпичиков хлеба. Что правда, то правда, ведь покупали же тогда любимые рогалики по 8 копеек или хлеб за 20 копеек и густо мазали на него баклажанную икру. И лихо вкушали сей деликатес, не зная, что скоро он действительно станет таковым.

У нас не было гамбургеров, но у нас были сочинские и сосиски в тесте. А хашаны с лимонадом «ДЮШЕС» в Чолпон-Ате на пятачке кафе «Флорида» - это был высший пилотаж.

Девчонки проливали слезы, когда находили наклейки с фото любимых артистов. У нас не было «Мальборо», но у нас были «Космос» в твердых пачках и болгарский табак «Ту», и еще «Стюардесса». «Педро», «золотое» колечко и волшебное слово - «ЛунаПарк». А когда он уезжал, и в детскую душу проникала пустота, жевали черную смолу и думали, почему из нее не надуваются шарики?

Из венгерок делали маленькие рогатки и пуляли камешки в балерин. Набирали полный рот риса и через медную трубку стреляли друг в друга. Заряжали пугачи и гремели на весь двор, заставляя возмущаться всех бабушек в округе.

А кто не ел консервы «Завтрак туриста», тот никогда по-настоящему не выходил в поход и не пел около костра хриплым голосом Высоцкого «песню туриста».

Обладатели двухкассетных магнитофонов «Панасоник» пользовались особым расположением одноклассниц, а если у кого-то был видеомагнитофон, то его популярности не была предела.

А купание в лужицах Комсомольского озера, на фонтанах «Двадцати пяти чаш»! Альчики, круга, джурум в кармане. Первая любовь, первый вальс… Первый поцелуй…

Куда все ушло? В какие города и страны? Ничего уже не вернуть? Однако не надо расстраиваться. У нас есть память.

Мы начинаем серию публикаций воспоминаний, размещенных на площадке «Дети брежневских времен», и начнем их с рассказов идейного вдохновителя группы Асана Ахматова.

Закарея и чудо ХХ века

На заре электрификации страны и в наше село пришло это великое благо цивилизации. Для того, чтобы монтировать электропроводку, направили из аила человека учиться на электрика в город Токмак. Звали того человека Закарея. Странное совпадения с героем известного фильма от наших киношников. Возможно, он являлся прототипом.

Так вот, отучился он в училище и по возвращению в село собрал всех жителей на собрание. Молодой парень вышел перед сельчанами и начал свое выступление примерно так:  

- Дорогие жители села, государство намерено провести к нам свет. Электричество будет освещать нам дома.  

- А что такое электричество? – спросил кто-то из стариков.

- Электричество – это хорошо. Это лампа без керосина. Очень так хорошо, по проводам будет к нам приходить. Только вот если… если его тронуть, плохо будет, оно тебя убьет,- сказал Закарея и многозначительно посмотрел на собравшихся.  

- Как оно может быть хорошим, если оно нас убьет?- не успокаивался старик, услышав такие ужасы про свет без огненного фитиля.

- Пошел ты со своим светом куда подальше, - теперь загомонили все. На этом народ и разошелся. - Зачем оно нам нужно, чтобы всех наших детей поубивало?

После такого заявления новоявленного электрика уже никто не хотел света у себя дома. И тут Закарея пошел на хитрость. Уговорил своих ближайших родственников и провел свет в три дома. И слух пустил, мол, завтра состоится чудо.
И вот в намеченный день вечером он вкрутил лампочки в новые патроны и стал ждать, когда совсем стемнеет. Хозяева дома сами были в напряженном ожидании. По этому случаю даже сварили праздничный ужин, сладостей поставили на стол. И вот торжественный час наступил. Закарея подходит к выключателю и хлоп только…
- Ааааа, - вскричали домочадцы, щурясь от яркого света, который излучала маленькая лампочка. Громкие возгласы послышались и на улице. Оказалось, все село собралось за окном первопроходца.
В тот день свет не выключался всю ночь. Люди боялись подойти к выключателю. Они-то помнили, что свет – хорошо, но он может убить. И вот картина. Когда встало солнце, хозяин послал сына за Закареей, который в тот вечер, попировав за столом гостеприимных хозяев, пошел спать с чувством выполненного долга.
- Что случилось ? - спросонья посмотрел Закарея на мальца. В страхе подумалось о нехорошем.
- Отец прислал меня к Вам. Велел сказать, пусть Закарея придет и выключит свет.
- Ну вы дает!, - промямлил злой электрик, спешно одеваясь.

Приходит в электрифицированный дом и видит такую картину. Люди стоят вокруг выключателя, и никто из них не может протянуть руку к нему, чтоб разорвать электрическую цепь. Закарея заходит в круг и так уверенно, без страха выключает волшебную лампу, которая работает без керосина. - Чиккк… И слышит опять возглас сельчан:
- Уххххх...
Но самое забавное было то, что он еще долго ходил включать и выключать свет. Для него всегда был накрыт ужин и завтрак, пока люди сами не перестали пугаться новшества.

Р.S
Наша бабушка все время вскрикивала, когда мы выключали или включали свет, и приговаривала: «Ух, непутевые. Раньше Закарея свет выключал, а теперь это могут делать двухлетние дети! О, времена, как все переменилось». Знала бы она, какие в будущем электрические чудеса ожидают ее потомков

Сланцы

Очереди за дефицитом. Вот это были битвы. Особенно, когда его выкидывали в ЦУМе. Сейчас я их называю «Великие ЦУМовские очереди».

Как-то на заре своего отрочества моя супруга должна была поехать в лагерь. Иссык-Куль без сланцев – не Иссык-Куль. И тут, к ее счастью, в ЦУМе выкинули вожделенный товар. Юное создание, зажав в кулак три рубля, ринулась в бой. Километровая очередь состояла из боевых теток и крикливых бабушек. Зажатая в крепкие тиски очередников, она упорно продвигалась к прилавку, почти не задевая ногами земли. Чем ближе, тем больше не хватало воздуха. Но упорство подростка была вознаграждено. После четырехчасовой битвы она достигла своей очереди и, выдохнув, успела сказать продавщице:
- Мне 35 размер!

Получив вьетнамскую резину, она на волнах очередников выплыла из толпы и чуть не заплакала от счастья. Правда, радость была недолгой. «Вьетнамки» оказались 40-го размера. Наступила прострация. На глазах рушился мир. Отстоять великую ЦУМовскую битву – и получить дырку от бублика. С поникшей головой она пришла домой. Человеку исполнилось на тот момент всего-то 12 лет. Такая трагедия! С великой грустью смотрела она на сланцы, которые так и не оденутся на ее ноги через большой палец. И тут пришло внезапное решение. Она достала мамины портновские ножницы и отрезала по прямой лишние пять размеров. Потом гордо примерила обувь. Теперь обрезанному тапку предстояла великая миссия. Украшать мою юную супругу на песках голубого Иссык-Куля.

 От редакции: В рассказах сохранен авторский стиль.

В этой рубрике пока нет новостей.
© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям