Кыргызча

Код Памяти

14:46, 17 Ноября 2016

Код Памяти

Мы начинаем публикацию историко-публицистических очерков Ольги Безбородовой, посвященных «великому переселению народов» в Кыргызстан. Все они – отрывки из книги с одноименным названием – «Код памяти».

Слово автору

В предисловии автора говорится, что эта книга является скромной попыткой проследить историю первых переселенцев из России и других стран в Киргизию, пройти вместе с ними трудными и зачастую непроходимыми дорогами в неизведанные земли, пережить трагические и счастливые моменты обретения новой родины. Более трех веков длится этот процесс. Стартовав в 18 веке, продолжается он и сегодня.

Безусловно, это удивительное, полное драматизма явление в 21 веке пополнилось новым смыслом, новой географической системой координат, не изменился лишь главный фактор массовых переселений – человеческий. Именно он формирует и создает основы новых культур, национальных особенностей, характер этнических взаимоотношений и, в конечном итоге, силу и слабость того или иного государства.

Поскольку Киргизия, в полной мере пережив особенности переселенческих процессов, накопила огромный опыт приема на своей земле представителей сотен разных народов, научилась разделять общие беды и радости, жить одной судьбой в одном общем доме, нам кажется, что опыт этот и уникален, и полезен, и поучителен. И так же интересны судьбы тех, кто подарил новой земле свои душу, талант, знания, кого не согнуло изгнание из Отечества и тяготы жизни на чужбине.

Об этом нам рассказывают архивные документы, материалы СМИ, исследования историков, свидетельства очевидцев и воспоминания потомков переселенцев. В благодарность тем, кто в далеком прошлом обеспечил нам крепкое настоящее, мы и несем в себе Код Памяти…

Во глубине киргизских гор

… На стыке веков стали появляться различные промышленные предприятия: хлопкоочистительные, кожевенные, пивоваренные, маслобойные заводы, горные рудники и т. п.

В 90-х годах 19 века на севере Киргизии появились первые промышленные предприятия. Здесь имелись два пивоваренных, семь кожевенных и восемь маслобойных заводов. Работали также салотопенные заводы и шерстомойки. Такие же промышленные заведения по первичной обработке сырья были и на Юге Киргизии. С конца XIX в. стали разрабатываться залежи каменного угля и даже месторождения нефти.

Возникновение капитализма сопровождалось усилением торговли и развитием внутреннего рынка. Важную роль стали играть почтовые тракты, связывающие Пишпек с Токмаком и далее с Пржевальском и Нарыном. Тракты связывали уездные центры Северной Киргизии с областным городом Верным и Ташкентом – главным центром Туркестанского генерал-губернаторства. Почтовые тракты связывали и отдельные районы южной Киргизии.

Большое значение имела постройка железных дорог в конце XIX и начале XX вв. Железные дороги облегчали товарооборот между среднеазиатскими областями и центральной Россией. Расширились базары в уездных центрах, появились новые торговые местечки и ярмарки в различных местах Киргизии.

Так кочевники все больше переходят к оседлости. Скотоводческое хозяйство, основывавшееся обычно целиком на подножном корме, теперь начинало переходить к заготовке корма впрок. Городское население и хлопкоробы нуждались в хлебе и других продуктах, появилась возможность с выгодой заниматься земледелием, продавая плоды своего труда.

Наряду с пшеницей, кукурузой, ячменем, просом, рисом киргизские дехкане стали выращивать новые для них сельскохозяйственные культуры - картофель, помидоры, огурцы, тыкву, капусту и др. Начали также развиваться шелководство и бахчеводство.

После присоединения к России киргизы смогли приобщиться к передовой культуре русского народа. Ее несли крестьяне-переселенцы, рабочие и передовая интеллигенция.

В Киргизии стали появляться школы со светским образованием (раньше киргизы в мектебах могли получать только духовное образование). Так называемые русско-туземные школы содержались на собранные средства. В 1914- 1915 учебном году в Пишпекском и Пржевальском уездах действовали 64 русские школы и 13 русско-туземных школ.

Количество учащихся в русских школах было 4820, в русско-туземных - 580. По всей Киргизии имелось всего 107 школ с 7040 учащимися. Как видно, количество русско-туземных школ было незначительно, но тем не менее в них дети-киргизы могли получать светское образование, общаться с передовыми русскими учителями, изучать русский язык и русскую литературу.

В 1902 г. в Пржевальске была открыта первая библиотека. Вскоре такую библиотеку создали и в Пишпеке, открылись два кинотеатра – в Пишпеке и Оше. На территории Киргизиипоявляются первые медицинские учреждения, но врачей в Киргизии можно было сосчитать по пальцам…

Невыдуманные истории

Надо сказать, гостеприимная киргизская земля стала для представителей многих этносов в прямом смысле благословенной. Пережив все тяготы многомесячных переходов, пройдя через самые тяжелые испытания и преграды – язык, местные традиции и обычаи, враждебность части населения, голод, болезни, продразверстка, басмачество, невежество и непримиримость бай-манапов, гонения большевиков и коммунистов верующих и священнослужителейна - переселенцы сохранили Веру, Честь и Достоинство, традиции и обряды. Выстояли.

Более того, они заложили основы общенациональной культуры, строительства, здравоохранения, образования, сельского хозяйства, гидроэнергетики, селекции, науки и техники.

Киргизия стала занимать достойное место в ряду небольших индустриальных стран, на ее небосклоне засверкали звезды всех отраслей и всех направлений культуры. При сохранении самобытности переселенцев, толчок к развитию и достижению новых высот дали коренные народные таланты, возможность их обучения – в том числе, в Петербурге, Омске, Москве – и объединяющая роль русского языка и его носителей.

Неоценима роль каждого народа, нашедшего на киргизской земле свой новый дом и новую родину…

Дядя Боря из Одессы

«Не тревожься о том, что будет завтра; поправь то, что было вчера»… (Еврейская пословица).

История хранит свидетельства присутствия торговых агентов-евреев на территории киргизов еще в 15 веке. А вот по данным Еврейского Интернет-Клуба, формирование еврейской диаспоры началось во второй половине XIX века. Она складывалась из европейских евреев (ашкеназим) и бухарских (яхудим).

Первые начали прибывать в 1880–1890-е годы вместе с русскоязычным населением и оседали в северной части Киргизии, в городах Пишпек, Токмак, Кара-Кол, Кызыл-Кия. Большая их часть была ориентирована на европейские и русские культурные ценности. По образу жизни они были близки русскому городскому населению.

Яхудим приезжали в основном из Бухары и Самарканда после того, как русская колониальная администрация отменила ряд феодальных законов, ограничивающих их права в Бухарском эмирате. Яхудим селились в Оше и Джалал-Абаде. Для них был характерен «восточный», патриархальный уклад жизни. У яхудим существовал обычай передавать профессию от отца к сыну, поэтому в их среде можно встретить династии сапожников, парикмахеров и т.д.

… Многие старожилы Фрунзе наверняка помнят сапожную будочку на Тоголока Молдо и ее веселого хозяина - «дядю Борю». Славился он тем, что не только быстро чинил сапоги – туфли, но еще и из старых стоптанных башмаков мастерил местным модницам обувку ручной работы. Делал все он споро, с шутками-прибаутками, а еще знал обо всем, что происходило в городе. Поход к нему всегда наполнялся особым смыслом и удовольствиями – ведь и для нас, детей у него всегда были припасены леденцы, а зимой для особо везучих, пахучие мандаринки.

Запомнились рассказы о его собственном детстве в огромной, бедной и никогда не унывающей одесской семье, о знаменитых рыбных базарах и о том, что Одесса – самый независимый в мире город. Не очень охотно отвечал на вопрос, как они оказались во Фрунзе. Много позже я узнала, что Мойшу Соломоновича (отца дяди Бори ), из Одессы погнали в 24 часа по доносу соседа. Дескать, жирует семья простого сапожника, а по ночам травят анекдоты про большевиков – с подозрительными людьми.

Долго скиталось Борино семейство по просторам голодной России, осели было в Самаре, да не сложилось. Потом сильно поредевшая семья – два брата умерли от тифа, три сестры не вынесли тягот странствий, где-то потерялись тетки, - добрались до Оренбурга, потом покрутились в Верном, так и оказались в Пишпеке. Смутно помнил то время дядя Боря, мы застали его уже седым отцом большого шумного семейства. Пишпек-Фрунзе стал ему родным, все сыновья пошли по отцовской линии, сапожной, а дочки освоили музыкальную грамоту и подались в учителя. Такая вот обычная история из жизни переселенцев.

Ольга Безбородова

Продолжение следует

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям