Год 1996 – хищение гуманитарки, скандал в МВД, позор на Олимпиаде в Атланте

08:43, 31 Марта 2016

Опьяненные вседозволенностью новые кыргызские власти к 5-й годовщине независимости столкнулись с проблемой массовой безработицы и обнищания населения.

Благодаря хитромудрой политике и советам иностранных консультантов были развалены и разграблены десятки крупнейших заводов и фабрик. Безработица достигла пика. Без внешней помощи выжить оказалось невозможно. Обаятельный, улыбчивый Акаев умел очаровывать руководителей ведущих держав мира. И потекли в Кыргызстан ручейки гуманитарной помощи и реки миллионных долларовых кредитов, обогащая тех, кому посчастливилось оказаться у государственной кормушки.

Воровали вагонами

При курсе доллара в 13,7 сомов минимальный потребительский бюджет составлял 395 сомов. Как выживал простой народ? По инерции. Большинство простых граждан еще числились работниками заводов и фабрик, на которых уже ничего не производилось, повсеместно задерживали зарплаты. В те годы стала популярна раздача гуманитарной помощи из развитых стран.

В 1994 году во время первого официального визита Аскара Акаева в европейские страны, ему удалось разжалобить их руководство и добиться выделения так называемых продовольственных грантов. Только из Бельгии нам завезли 40 тонн муки, 2 тысячи тонн оливкового масла и 500 тонн сухого молока. Итальянское правительство выделило продовольственный грант объемом в 174,3 тонны сыра и 346,3 тонны оливкового масла. 7 раз в страну поступали гуманитарные медикаменты общим весом в 84,9 тонн из США, Японии, Дании и КНР.

Дорогие читатели, вы ели тот итальянский сыр и жарили на том оливковом масле? Нет? Я тоже. В том-то и дело, что до простых людей эта гуманитарка не доходила. И ее распределение практически никем не контролировалось.

Только в 1996 году Генпрокуратура раскрутила часть коррупционного клубка и выявила нехитрый механизм первейшего обогащения новой элиты.

Для распределения гуманитарной помощи среди малоимущих слоев населения была создана специальная комиссия при Правительстве КР. Председателем этой комиссии был назначен Эсенбек Дуйшеев, заместителем Турсунбек Ташибеков. Вот всего лишь несколько фактов их деятельности. Итак, Германское правительство в качестве гуманитарной помощи нуждающемуся кыргызскому народу выделило 154 полноприводныхгрузовых автомобилей повышенной проходимости Урал – 375Д и запчасти к ним. При проверке ни одного автомобиля в наличие не оказалось, а исчезновение объяснили так: якобы 80 грузовиков были оставлены в Джамбуле в качестве оплаты за железнодорожную перевозку. Остальные 74 автомашины и 45 двигателя к ним реализованы по различным ценам не установленным лицам. На вырученные деньги закупили иранский кафель, однако поставщик оказался неблагонадежный, деньги забрал, а кафель не привез. И исчез.

5 тысяч тонн оливкового масла было реализовано руководством, восстановлена только часть денег. 50 тонн гуманитарной муки было обменено на три трансформатора для установки в Таласской области, где председатель комиссии Дуйшеев баллотировался в депутаты.

Не отставали и другие сотрудники данной комиссии. К примеру, 49 тысяч сомов из выделенных по гуманитарной линии денег было якобы израсходовано на угощение иностранных гостей, однако отчетные документы отсутствовали. 185 тонн муки предназначенной для раздачи престарелым, одиноким и инвалидам войны было реализовано на базаре. Часть денег присвоена, часть во время проведения следствия восстановлена.

Из воспоминаний одной из наших сотрудниц Аиды: «В 1994 году я работала переводчиком в Бишкеке в ТАСИСе, в проекте Евросоюза. Привозили и распределяли гумпомощь в виде муки. Воровали наши госчиновники жутко, а мне приходилось как-то объясняться с моими шефами, молодыми бельгийцами, которые не могли понять, что происходит. Стыдно было ужасно. Наших чиновников бесилострашно, что надо было отчитываться за гуманитарку, и они не могли ничего объяснить, куда девается мука, или почему она на базаре за день до того, как мы проверяем пломбы на вагонах».

Всего по данным фактам было возбуждено 16 уголовных дел. За все эти художества правительство приняло решение отстранить от должности председателя Госкомиссии и его зама. А на Кыргызстан легло первое темное пятно, как на страну, куда, словно в черную дыру, исчезает добрая помощь.

Вымирающие города

В советское время возле крупных месторождений полезных ископаемых строили целые города, чтобы обеспечивать бесперебойную добычу. Город Кок-Янгак, с населением в 20 000 был возведен с ориентацией на добычу угля. Здесь были построены современные дома, школы, больницы, санатории, чтобы шахтеры и их семьи могли жить в комфорте и трудиться на благо родины. Но после развала Союза, торгово-экономические и производственные связи были разрушены, шахта перестала работать, люди остались без работы. И началось вымирание города.

Сначала уехало все русскоязычное население, среди них инженеры, учителя, врачи. К 1996 году население сократилось вдовое. Люди выживали тем, что добывали уголь ручным способом, опускаясь глубоко под землю, нередко погибая под обвалами.

Вот как вспоминает свою командировку в Кок-Янгак известная журналистка Лейли Акилова: «Пожалуй,  одним из  самых  сильных впечатлений 1996 года для меня  была  моя командировка  от газеты «Дело №» в Джалал-Абадскую область, в город  Кок-Янгак. До развала  Союза, шахтерский город был городом московского обеспечения, весьма зажиточный и благополучный. Но то, что я увидела, приехав туда в 96-ом, до сих пор остается одним и самых печальных впечатлений в моей журналистской работе. Прежде всего поразил сам город – мертвый, пустынный, с черными остовами полуразрушенных домов. Кирпичные пятиэтажки, которые покинули уехавшие шахтеры, буквально за одну ночь разбирали по кирпичику  джалалабадские нувориши и  строили из них свои первые особняки.  Общие ощущение уныния и  безысходности. И конечно люди, измученные, выживающие… Никогда не забуду мальчика лет 12-14 вытаскивающего на своих тощих плечиках огромный мешок с углем.  Тогда для кокянгакцев это был единственный способ заработка. В таких заброшенных штольнях  работали именно подростки, потому, что взрослый человек не мог протиснуться в узкие и низкие проходы  угольных шахт».

Такая же участь постигла и пгт Каджи-Сай Иссык-кульской области, и пгт Минкуш Нарынской области. Кыргызское правительство знало об ужасающих условиях жизни в этих районах, о том, что население спивается и деградирует. Но что-либо предпринять было не в силах, а может их и не интересовало это. Потому что властьимущие были заняты другим – приватизацией.

Массовая прихватизация

В 1996 году была принята программа по разгосударствлению и приватизации госсобственности. Сделано это было для выполнения условий программ PESAK и APEAK, чтобы солидные международные валютные институты могли выделять многомиллионные кредиты в экономику страны, загоняя Кыргызстан в кабалу.

Всю собственность госпредприятий распределили на купоны и выдали рабочим. Эти купоны можно было продать ушлым перекупщикам, которые в последствие и стали владельцами этих госпредприятий. По состоянию на 1 января 1996 года было проведено 153 купонных аукциона, на которых реализовано 837 акционерных обществ на сумму 180 млн. сомов. Проведено 68 денежных аукциона, на которых реализовано 353 предприятия, в доход бюджета поступило 16 миллионов сомов. За этими сухими цифрами и таится развал производства Кыргызстана. Потому что новые владельцы не были заинтересованы в продолжении работы заводов и фабрик, они начали распродавать станки на цветной металл в Китай.

Веянием того времени было обращение трудовых коллективов заводов и фабрик с жалобами на незаконные действия своего руководства в СМИ. Только журналисты имели смелость поднимать эту проблему и бить в колокола. И один случай стал показательным.

В конце марта 1996 года в газетах «Вечерний Бишкек» и «Слово Кыргызстана» вышли статьи о нарушениях в АО ТНК «Дастан» (приборостроительном заводе), который представлял собой специализированное предприятие, которое выпускало оборонную продукцию – торпеды. После развала Союза и изменения военной доктрины России, на оборонку которой и работал завод, провели структурную реорганизацию, разбив огромный завод на 15 предприятий. И хотя 51 процент акций предприятия принадлежало государству, президент ТНК «Дастан» Абдураимов Ж.О. допускал, мягко говоря, самоуправство. К примеру, со складов завода бесконтрольно вывозили сотни тонн алюминиевого проката, десятки тонн силумина. Часть сырья обменивали на товары повышенного спроса – пылесосы и телевизоры южнокорейской фирмы «Голдстар». Эти товары президент корпорации раздал своим родственникам, которые их успешно реализовали, но расчет не производили. Кроме того, президент выписывал гарантийные письма в коммерческие банки на получение кредитов на сотни тысяч сомов для мелких фирм, кредиты не возвращались.

Куда девались все эти деньги – неизвестно, так как долг по зарплате заводчанам составлял 5 с половиной миллиона сомов, долг перед государством – 6 миллионов. Только после разгромных статей в прессе правительство назначило несколько комиссий для проверки. Одну комиссию президент ТНК «Дастан» возглавил сам. И не смотря на то, что подчиненные заявляли, что действовали по его приказу, он направо и налево раздал строгие выговора бухгалтерам и завскладом. В результате скандал утих только после того, как президента Абдураимова освободили от должности. Ущерб восстановлен не был. Но скандальная судьба завода на этом не закончена. Все эти годы на ТНК «Дастан» назначались новые руководители и управляющие, приближенные действующим президентам, были различные попытки отрейдерить предприятие. Даже Россия претендовала на то, чтобы завод отдали за долги. До сих пор судьба ТНК «Дастан» остается туманной. Но судя по всему, этот завод до сих пор остается лакомым куском для всех заинтересованных сторон.

Милицейский скандал

Куда смотрела милиция? – спросите вы. А в милиции в тот период были свои интриги.

В марте 1996 года в прессу попала и была опубликована аудиозапись приватного разговора главы МВД генерал-майора Молдашева с начальником УВД Чуйской области полковником Турманбетовым (последний, скорее всего, и принес в министерский кабинет диктофон). Ни о чем секретном эти два высокопоставленных милиционера не говорили – лишь обсуждали кадровые вопросы и персоны других милицейских чинов. Не стесняясь при этом в выражениях и называя обсуждаемых полковников и генералов по кличкам – тип аСерый Волчара и Черный Бычара. Этот цинизм и шокировал тогда общественность.

После этого скандала министр Молдашев чистосердечно признал недостатки в работе и подал в отставку.

Позор олимпийский

В 1996 году состоялись ХХVI Олимпийские игры в Атланте, где делегация Кыргызстана впервые приняла участие самостоятельной командой. На подготовку и участие из бюджета страны было выделено 4 млн 200 тысяч сомов. Делегация была представлена многочисленная – 66 человек. Из них 33 спортсмена, 9 тренеров, 2 переводчика и 22 околоспортивных чиновника. Результатом участия наших спортсменов стало всего 3 командных очка, которые заработали для нашей сборной два российских борца, которые выступали под кыргызским флагом.

Чиновники от спорта тогда оправдывали этот позор отсутствием финансирования большого спорта. Дескать, суточные спортсменам на подготовку составляли всего 28 сомов. «Сколько вложили, столько и получили», - разводили руками чиновники.

На самом деле проблема была в том, что руководители от спорта того периода меньше всего думали о достижениях нашей сборной. В стране царил какой-то пофигистический хаос. Руководители всех сфер только и делали, что воровали, тащили, приватизировали. Контроль был слабый. Никто не перед кем не отчитывался, никто ни за что не нес никакой ответственности. И эта безответственность порождала вседозволенность. Именно тогда в Кыргызстане начинается деградация власти. В этот период поменялась психология людей, когда из законопослушных граждан они превращались в алчных хапуг, рассматривая государственную должность, как средство обогащения.

Лейла Саралаева 

Фото из г. Кок-Янгака Вычеслава Оселедко 

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям