Год 2010: конец бакиевского режима

08:59, 19 Октября 2016

«В 2010 году произойдет достаточно редкое космическое явление. Сразу четыре далекие планеты нашей солнечной системы будут в жесткой энергетической взаимосвязи. Почти до конца года Сатурн и Плутон, имеющие отношение к вопросам власти, правопорядка, финансам, образуют дисгармоничный аспект. Это спровоцирует жесткую борьбу и обострит ход жизненных событий», - писала в своем астропрогнозе известная астролог Нина Криницкая в декабре 2009 года. И была права.

Что на самом деле повлияло на ход дальнейших событий в Кыргызстане - расположение планет или обнаглевшая власть клана Бакиевых - сегодня сказать сложно. Но предпосылки к революции были следующими.

 Максим и его команда

Начало года ознаменовалось рабочим визитом младшего сына президента Максима Бакиева, руководителя ЦАРИИ, в Китай. Несмотря на то, что в делегацию входил глава МИДа, возглавлял ее Максим, и все ключевые переговоры с высшим руководством Китая он вел лично, тем самым продемонстрировав, что обладает властью и полномочиями уровня премьер-министра, а может, и выше.

Политики в кулуарах обсуждали поправки в Конституцию, накануне предложенные президентом Бакиевым, согласно которым премьер-министр и спикер парламента исключалисьиз числа возможных преемников президента в случае форс-мажорных ситуаций. По новым поправкам полномочия переходили некоему третьему лицу, которое будет назначено президентским совещанием. Эксперты утверждали, что этим лицом окажется не кто иной, как глава ЦАРИИ Максим Бакиев.

В команде Максима Бакиева в 2008 году появился иностранный финансовый консультант Евгений Гуревич, гражданин США, уроженец бывшего СССР. По его совету Максим основал холдинг MGN Group, который получил лицензии на управление инвестиционными фондами страны. MGN легко выиграл тендер Фонда развития республики на управление активами в качестве финансового консультанта. По некоторым данным, именно под управление Гуревича правительство Курманбека Бакиева передало 300 млн долларов российского кредита.

В марте 2010 года в международных СМИ появилась сенсационная новость – итальянское правосудие потребовало выдать Гуревича за участие в 2003-2006 гг. в аферах по выкачиванию из компаний Telecom Italia SpA и FastwebSpA 2,7 миллиарда долларов США и сокрытие налога на сумму в 40 млн евро. Судья Альдо Морджини выдал санкцию на арест гражданина США Евгения Гуревича, руководителя финансовой группы MGN Group, международного консультанта при руководстве Кыргызстана. Гуревичу вменяли «отмывание незаконных доходов итальянских преступников» по поддельным квитанциям по продаже оптовых объемов телефонной связи. Итальянские партнеры Гуревича предположительно использовали фиктивные квитанции для услуг телефонии и потребовали выплаты от итальянских властей более 400 миллионов долларов в виде налогов на добавленную стоимость. Судья Морджини утверждает, что Гуревич «создал, управлял и использовал серию компаний, через которые он перемещал огромные суммы денег, предназначенные разным участникам аферы». Речь идет о создании им ряда фиктивных фирм, через которые были прокачаны деньги в пользу членов преступной группы.

В издании Bloomberg этим летом вышла статья о Евгении Гуревиче, которого в ней называют «банкиром кыргызской мафии».

«39-летний финансист с дипломом университета Беркли целыми днями работает в библиотеке федеральной тюрьмы в Монтгомери штата Алабама. Он отбывает пятилетний срок за мошенничество, связанное с инсайдерской торговлей. В своих воспоминаниях Евгений Гуревич признался, что ему стало известно о «массовых» коррупционных схемах Бакиева, от откатов с правительственных проектов до полу­чения огромных взяток наличными, буквально мешков, набитых деньгами.

Например, он рассказал, что компании регулярно передавали Бакиеву крупные суммы «просто, чтобы получить право и возможность работать в Кыргызстане». Так, по его словам, Бакиев мог попросить его забрать из офиса компании пакет со взятками на 2 млн. долларов», - говорится в статье.

 К началу года карманный парламент дает добро на продажу стратегических объектов. И общественность не может никак повлиять на это. Единственные, кто говорит об этом во всеуслышание, – депутаты от партии СДПК. Вот что говорила мне в интервью в феврале 2010 года Роза Отунбаева: «Власть предержащие средь бела дня занимаются жульничеством: купив, точнее, переписав на себя за бесценок стратегические объекты, они тут же перепродают их уже по настоящей рыночной цене в третьи руки. Благо обзавелись своими банками, консультационными кампаниями, которые ищут-рыщут по миру покупателей.

Стало известно, что тот же «Кыргызтелеком», который только что продали за 40 млн долларов, сейчас перепродается за цену большую в десять раз международной кампании «Финтур».«Северэлектро», оцененный независимой компанией полтора года назад в 137 млн долларов, продали всего лишь за 3 млн! А сколько там другого дорогого добра... АО «Чакан ГЭС» кыргызского происхождения, здесь она делает деньги, но зарегистрирована на Вирджинских островах, ее оффшорный счет вне досягаемости народного контроля. Между тем по условиям конкурса оффшорные компании из числа покупателей исключались. Глава компании А.Ширшов был тесным компаньоном сына Акаева, власти крепко наживались на деньгах от энергетики по схемам, придуманным этим умным бизнесменом. После революции в 2005 году он без заминки вошел в обойму сына Бакиева. Они вместе с успехом прокручивают бюджетные деньги на строительстве Камбаратинской ГЭС. Сегодня «Телеком» продали за 40 млн. Да только две лицензии на мобильные частоты, которые имеются в «Телекоме», стоят в несколько раз больше, не считая всего остального. Сейчас готовится введение фиксированной наземной поминутной тарификации. Т.е. с людей будут брать дополнительно по 60 тыйынов за каждую минуту связи. Делается все это в личных интересах, для благополучия определенных кланов или людей. И такая дешевая и спешная их продажа - это продажа интересов народа!».

И еще одна деталь: с 1 января произошло повышение тарифов на электроэнергию и коммунальные услуги в 10 раз. Логика бакиевской власти была такой: энергетическую отрасль, выставленную на продажу, не покупают иностранные инвесторы, потому что тарифы у нас низкие. В связи с этим и произошло повышение. Стоит ли напоминать, что в тот период энергетические мощности испытывали дефицит, и власть практиковала веерные отключения электроэнергии. Кыргызстанцы мерзли в квартирах, а Курманбек Бакиев предложит отапливаться кизяком.

 

«Бакиевщина делает с нами, что хочет: со страной обращается, как с бизнес-компанией, народные объекты продает-покупает, как стройматериалы для собственных нужд. Братьев и сыновей определил кураторами по отраслям и областям, наделил вотчинами управления. Кроме того, они полностью нивелировали функции правительства из Конституции, все в ЦАРИИ перетягивается. На самом деле сын Бакиева – Максим – выполняет роль вице-президента. А возможно, и вообще все функции президента. Произошел тихий переворот», - говорила Роза Отунбаева.

 Как душили свободу слова

Для того чтобы народ не роптал, активно работал секретариат. Работал он довольно жестко, отсекал любых неугодных журналистов от доступа к информации. Ряд зарубежных СМИ несколько месяцев не могли добиться аккредитации на участие в официальных мероприятиях. Да и пресс-конференциями тогда президент нас не баловал.

Единственная пресс-конференция за всю историю бакиевского правления была проведена 16 февраля 2009 года. На ней ряду СМИ было запрещено задавать вопросы. Бакиев тогда отвечал на заранее подготовленные вопросы. Их собирал секретариат за две недели, чтобы подготовить ответы президента и исключить неудобные вопросы. Власть тогда сокращала территорию трансляции радио «Азаттык», глушила Интернет, закрывала газеты.

15 марта 2010 года кыргызские правозащитники провели митинг в поддержку свободы слова. На плакатах были написаны лозунги: «Руки прочь от радио «Азаттык», «Всем рот не закроешь», «Верните в эфир «Азаттык».

Бекташ Шамшиев, корреспондент радио «Азаттык», тогда говорил: «Блокировать эфир нашего радио начали с 10 марта. Думаю, что чисто по политическим мотивам, так как наши партнеры, которые ретранслировали наши радиопередачи, заявили, что на них давят, грозят отобрать лицензию, поэтому в одностороннем порядке разрывают контракты с нами. Пока продолжают нас вещать в Таласе, Токмаке и Оше, в остальных регионах радио не вещает».

Темир Сариев, лидер партии «Ак-Шумкар», сказал на митинге: «Власти боятся объективных передач журналистов «Азаттыка», которые говорят о нечестном семейном правлении, о непрозрачной приватизации, о многотысячных митингах в регионах страны против повышения тарифов. Власть, а именно семья Бакиевых, боится правды».

Всего в период правления Бакиева было зафиксировано 60 случаев нападения на журналистов. С 2006 года многие журналисты были вынуждены просить политическое убежище за пределами страны из-за опасения за свою безопасность: Турат Бектенов, Кайрат Биримкулов, Чолпон Орозобекова, Жениш Эдигеев, Хабира Мажиева, Бермет Букашева, Сыргак Абдалдаев.

В те годы профессия «журналист» в Кыргызстане стала относиться к разряду опасных. За занятие журналистикой возбуждали уголовные дела, разоряли редакции по решению суда, присуждая огромные штрафы, но не это было самое страшное. Журналистов убивали, чтобы заставить молчать, как это произошло с Алишером Саиповым и Геннадием Павлюком. Чудом остался жив Сыргак Абдылдаев, но преступники покалечили его на всю жизнь, нанеся 21 ножевое ранение и перебив кости.

 Курултай оппозиции

17 марта состоялся Народный Курултай, на котором было объявлено, что кыргызскую оппозицию возглавила женщина – Роза Отунбаева.

Лидер социал-демократической фракции парламента Роза Отунбаева, выступая на Курултае, отметила: «Мы здесь собрались не из жажды к власти. Нами движет любовь к Родине. Главная проблема в Кыргызстане - это произошедший на наших глазах государственный переворот и узурпация Конституции. Бакиевы полностью передали власть сыну Максиму Бакиеву. Всем сейчас командует команда Максима Бакиева, состоящая, как мы видели, из людей типа Гуревича, имеющего опыт работы на итальянскую мафию. Бакиевы теперь хотят народ Кыргызстана и целое государство передавать по наследству. Решать, кому быть следующим президентом, по их плану должен не народ, а их узкий круг приближенных».

Там была поставлена амбициозная задача – вернуть страну к народовластию. Были выдвинуты требования из 7 пунктов.

1. Отменить повышение тарифов на электроэнергию, тепло, горячее и холодное водоснабжение, необоснованно высокую плату за поливную воду и использование пастбищ.

2. Признать незаконной и отменить продажу ОАО «Северэлектро» и «Кыргызтелеком», остановить дальнейшую распродажу за бесценок других объектов энергетики («Ошэлектро», «Джалал-Абадэлектро» и «Востокэлектро» и т.д.).

3. Освободить и оправдать генерала Исмаила Исакова, Эркина Булекбаева, Урана Рыскулова, Сапара Аргымбаева, безвинно осужденных в городе Балыкчи и Ноокатском районе, прекратить уголовное преследование Аликбека Жекшенкулова и Кубанычбека Кадырова. Нет политическим репрессиям и террору!

4. Отозвать поправки в Конституцию страны, ликвидировать Центральное агентство по развитию, инвестициям и инновациям (ЦАРИИ) и другие незаконные государственные органы.

5. Освободить от занимаемых государственных должностей сыновей К.Бакиева - Максима и Марата, братьев Жаныша, Адыла и Марата. Прекратить вмешательство сыновей, братьев и других членов семьи в деятельность государственных и местных органов власти.

6. Образовать специальную комиссию с включением представителей оппозиции и гражданского сектора для полномасштабного расследования деятельности международного афериста Евгения Гуревича и его подельников, нанятых семьей Бакиева, а также их компаний, безраздельно и бесконтрольно управлявших всеми активами страны в последние несколько лет.

7. Восстановить свободу слова и средств массовой информации, прекратить избиения и запугивания журналистов, обеспечить трансляцию радио «Азаттык» на всю территорию страны, открыть доступ к независимым интернет-сайтам, предоставить на государственных теле- и радиоканалах эфирное время для представителей оппозиции и гражданского общества.

Курултай дал срок власти на решение поставленных вопросов в полном объеме до 24 марта 2010 года – Дня Народной революции. В случае невыполнения требований народ Кыргызстана, как единственный носитель суверенитета и власти, напоминал, что имеет полное конституционное право проводить народные курултаи во всех регионах с единственной повесткой дня – о восстановлении власти народа.

Курултай постановил, что 7 апреля 2010 года во всех регионах страны состоятся курултаи, на которых будет задан только один вопрос: что дальше делать с преступной властью?

Лидер Объединенного народного движения Алмазбек Атамбаев заявил журналистам, что власти не смогут воспрепятствовать проведению курултаев. «В статье 23-й пункте 2-м Конституции Кыргызстана сказано, что население вправе проводить народные курултаи, являющиеся исторической традицией кыргызов. Решение народных курултаев направляется в соответствующие органы в качестве рекомендаций. То есть мы осуществляем свое конституционное право. Курултай не является митингом или пикетом, и, соответственно, для его проведения не требуется уведомление или разрешение.

 На курултаях все решать будет народ. Если население решит, что нам нужна нынешняя власть, то мы подчинимся воле народа. Однако народ может решить, как в 2005 году, что эта власть не нужна. Мы не будем ничего навязывать. Мы – исполнители воли народа. Наша задача – организованно провести курултаи, а дальше все будет так, как решит народ», - заключил Атамбаев.

В этот же день были созданы исполнительные комитеты Чуйской и Ошской областей.

Естественно, власть проигнорировала эти требования.

1 апреля 2010 года в Бишкек с официальным визитом прибыл Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Лидеры оппозиции и гражданское общество попытались привлечь внимание высокого гостя к несправедливости в Кыргызстане, устроив пикет возле здания парламента. Однако пикет был разогнан милицией.

 «Когда приехал Пан Ги Мун, организаторы не хотели предоставлять нам никаких контактов. С трудом мы добились с ним встречи и все высказали, а его помощники местные все воспринимали без особой встревоженности, они не понимали, что у нас творится. Думали, это простое противостояние. А мы тогда еще сказали, что ситуация взрывная, так больше не может продолжаться. Но они нас спокойно выслушали и уехали, а потом случилось 7 апреля», - вспоминает Роза Отунбаева. 

В ночь с 6 на 7 апреля были арестованы лидеры оппозиции, в числе которых были Алмазбек Атамбаев, Темир Сариев, Омурбек Текебаев и другие. Розе Отунбаевой удалось скрыться от ареста на съемной квартире.

 День, перевернувший историю

Всю ночь с 6 на 7 апреля я, как и все журналисты, отслеживала ситуацию по телефонным звонкам и по сообщениям официальных хроник. Первым забурлил Талас. Корреспондент передавал с места событий, что возмущенные арестом Болота Шера таласцы захватили здание областной администрации и всю ночь вели бои с силовиками.

Наутро стало известно, что в Талас направили усиленные отряды спецназа, а также что и Нарын забурлил. Бишкекские журналисты пришли к зданию «Форума». Там было около двух сотен митингующих и примерно столько же сотрудников милиции. Перед собравшимися выступали Ирина Карамушкаина и Токтайым Уметалиева. В какой-то момент милиционеры начали задерживать собравшихся и сажать всех в автобус. В этот момент и начались столкновения, переросшие в массовые беспорядки.

А в это время в Белом Доме проходило экстренное совещание, на котором решался вопрос, вводить ли в стране в связи с митингами чрезвычайное положение. По показаниям Марата Суталинова, которые он давал на суде спустя два года: «К утру 7 апреля практически весь личный состав МВД и ГКНБ по всему Кыргызстану был деморализован. Объективная информация ниоткуда не поступала. С утра акция возле «Форума» первоначально носила мирный характер. В какой-то момент начались столкновения, одно из подразделений Октябрьского РОВД было избито и рассеяно. Тогда мы, силовики, находились в кабинете у Жороева. Я предложил присутствующим выехать к «Форуму» и объективно посмотреть, что там происходит. Жаныш Бакиев поддержал это предложение, присутствующие согласились, и я воспринял это как решение коллегиального собрания и после этого выехал к «Форуму». По времени это было около 11 часов. С отрядом «Альфы» в полном снаряжении мы добрались туда не очень быстро из-за пробок.

К самому зданию «Форума» мы не подходили, я находился на мосту со стороны улицы Льва Толстого, и вся улица была заполнена массой людей, уже чувствовалась тяжелая энергетика, потому что только произошли столкновения с милицией.

Впереди нас было подразделение СГО, слева милиционеры из Свердловского РОВД. Я успел дать указание ребятам, чтобы намотали ремни автоматов на руки, чтобы не было возможности их вырвать, также сказал: «Оружие в отношении людей ни при каких обстоятельствах не применять». К этому времени начались столкновения с милицией и бойцами СГО. Замечу, что при избиении милиции и моих ребят, когда отбирали оружие, издевались над ними, были люди из числа митингующих, которые своими телами закрывали моих ребят, старались вернуть назад оружие. То есть категорически заявлять я не могу, что там собрались люди с намерением делать массовые беспорядки. Но этой ситуацией воспользовались деструктивные элементы».

Суталинов подчеркнул, что командир «Альфы» Алмаз Джолдошалиев принял все меры для сохранности имеющегося вооружения. «Часть оружия оставалась в грузовиках. Там были и водители, и охрана. Однако по причине скудости нашего бюджета мы пользуемся машинами «Урал», которые больше 40 км в час не развивают скорость. И просто ребята не успели уехать с места, были блокированы массой народа и, соответственно, не могли двигаться».

По приказу Джолдошалиева несколько спецназовцев эвакуировали Суталинова вглубь завода. Часть толпы бросилась вдогонку. «Так получилось, что Джолдлшалиев и несколько сотрудников оказались заблокированными и не могли вырваться с территории. Таким образом, я находился на «Форуме» часа полтора-два. Мне сообщили, что на проходную завода приезжала «скорая», и моих ребят 15 человек увезли в больницу. Находясь в «окружении», я звонил Марату Бакиеву, чтобы узнать, что у них происходит, но к тому времени он уже покинул здание ГКНБ, а позже я узнал, что он с семьей уже пересек границу Кыргызстана».

Суталинову позвонили из приемной президента и попросили явиться в Белый Дом. «Я сказал, что со мной есть раненые, один истекал кровью, второй терял сознание, поэтому сначала доставил ребят в госпиталь ГКНБ. Когда доехал до Белого Дома, на площади уже шли столкновения и были слышны звуки выстрелов и взрывов. Войдя в Белый Дом, я сразу направился в приемную президента и доложил ему о произошедшем столкновении и о том, что мы потерпели поражение. Я сразу же обратился к президенту с просьбой о моей отставке, за произошедшее на «Форуме». Он отказал и дал одно единственное поручение – связываться по высокочастотной связи с руководителями спецслужб стран ОДКБ и сообщать о происходящей реальной ситуации. К сожалению, ни до одного из них я не дозвонился, видимо, никто уже не хотел особо разговаривать с нами».

Толпа митингующих начала стекаться на площадь к 12 часам дня. Их встретили милиционеры, которые стреляли светошумовыми гранатами, но толпа закидала их камнями и приблизилась к воротам Белого Дома. Неожиданно оттуда начали стрелять из боевого оружия на поражение. Первым был ранен один из активистов Алиясбек Алымкулов.

«Когда в меня стреляли, я упал и сразу подумал: «Все, это конец». В тот момент было единственное желание – посмотреть в небо. Но оно было затянуто тучами. День 7 апреля был дождливым. Неба я не увидел. Потом мне стало жаль своих детей, они ведь еще маленькие. Было жаль отца, ему 80 лет. Но я сказал себе: «Ты сам выбрал этот путь, тебя никто не заставлял».

 В тот день я знал, что будут стрелять. Утром мысленно попрощался со всеми. Отец, похоже, догадался. Когда мы были на площади, за пять минут до того, как в меня стреляли, он позвонил на сотку и сказал: «Сынок, у меня сердце болит. Иди домой». Я ему ответил, что все нормально. Назад я не мог идти, потому что за мной несколько тысяч человек стояли… Уже раненый, жестами показывал: ребята, не убегайте. Первого меня ранили, потом минут 20 стояла тишина, наверное, надеялись, что после того, как вожак упадет, все убегут. Но никто не ушел, все остались на площади…» - вспоминает Алиясбек Алымкулов.

Политолог Табылды Аскеров также был на площади. Вот как он вспоминает те события: «Около 14.00 я пришел на площадь, тогда же начался обстрел. Мы побежали в сторону Киевской, но митингующие позвали нас назад. Вернувшись, я увидел четверых раненых, один из них не подавал признаков жизни. Каждые 15-20 минут производились выстрелы в толпу. Я своими глазами видел на крыше Белого Дома четырех снайперов. Выстрелы производились и из окон третьего и пятого этажей. Слышал, что снайперы были и на крыше Исторического музея, здания «Илбирса», Агропрома – везде, откуда просматривалась площадь…

 

Обстрел был хорошо спланирован. К примеру, на ступенях Белого Дома в две шеренги стояли автоматчики. Они палили в воздух в тот момент, когда снайперы стреляли в митингующих. Возможно, это было придумано, чтобы заглушить выстрелы снайперских винтовок. СГО управлял Жаныш Бакиев, а у него должно быть все чисто, поэтому оружие силовиков не было использовано. Думаю, были другие винтовки, которые снайперы унесли с собой…»

Талгат Касымов, бывший преподаватель Академии МВД, специалист по баллистике и трасологии, очевидец событий, рассказывает: «7 апреля 2010 года примерно в 12 часов дня нас, курсантов и преподавателей академии, посадили в автобусы. Куда направляемся, не сказали. Когда подъезжали к площади, поняли, что везут в Белый Дом. Мы понимали, что нам предстоит делать, понимали сложность ситуации, которая была в столице. Завезли на территорию, там была куча военного народы – в черной, зеленой форме, сотрудники СГО, РОВД, даже из Баткена был сводный отряд. Тогда мы услышали одиночные выстрелы. Стреляли с верхних этажей в сторону митингующих, которых становилось все больше и больше. С той стороны забора слышались крики. Толпа то накатывала, то отступала. Ее рассеивали автоматными очередями в воздух. Когда они давали очереди в воздух, толпа разбегалась. В этот момент мы слышали одиночные выстрелы. Так «работали» снайперы или снайпер. По рации еще звучала команда: «Небо», давай, работай!» Я хорошо помню, как убили отца одного из наших курсантов, который подошел к забору и просил отпустить его сына. Помню, как погиб брат одного полковника. Милиционер был с нами, а его брат на той стороне забора просил застрелить тех, кто отдает приказы убивать людей…»

«Моему сыну Жолдошбеку Кудайбергенову было 26 лет, он был преподавателем университета. 7 апреля его застрелили на площади. Он не был вооружен, он не таранил ворота. В тот день он вел занятия, но когда узнал, что людей расстреливают, не выдержал и прибежал сюда. Он кричал солдатам: «Что вы делаете? Звери! Вы в свой народ стреляете!» И за это его убили. Тот парень, который с ним рядом был, он потом его в больницу увез, и с его сотового телефона сообщил нам, что нашего сына застрелили. Он сказал, что это произошло между 14 и 16 часами», - это воспоминания матери погибшего 7 апреля 2010 года Жолдошбека Кудайбергенова.

Ближе к 16.00 из ГКНБ начали отпускать лидеров оппозиции. «После освобождения из ГКНБ, около 16 часов, людской поток подхватил меня и понес на площадь. Я оказалась в обстреливаемом секторе. Рядом падали убитые и раненые люди. Стреляли с верхних этажей Белого Дома. Это факт. Я сама видела на крыше фигуры стрелков. Но у меня было ощущение, что стреляли не только с Белого Дома. Мне кажется, что с «Илбирса» тоже шли выстрелы… Я помню, что страха не было. Я абсолютно не ощущала страха, даже когда передо мной падали люди замертво, и их товарищи уносили. Это, наверно, из-за огромного количества адреналина…

 …Когда на твоих глазах погибает столько людей, единственная мысль и желание, чтобы прекратили стрелять. Потому что понимаешь, что ничто на свете, никакая власть не стоит того, чтобы погибали люди. И была одна мысль: «Как сделать так, чтобы прекратили стрелять?». Но стрельба шла до позднего вечера…», - вспоминает Эльмира Ибраимова, которая была арестована вместе с другими лидерами оппозиции.

Митингующие пытались таранить ворота легковой машиной, бусиком, КАМАЗом и угнанным БТР. Раненых относили в кареты скорой помощи и снова шли штурмовать. Только после 16.00 освобожденные лидеры оппозиции начали переговорный процесс с властью. Шел он в три этапа, на время переговоров стрельба прекращалась. Требования оппозиции были о полном прекращении огня и отставке руководства.

В 19.00 из здания Белого Дома вывезли президента Курманбека Бакиева и сразу же увезли его в аэропорт, откуда он вылетел в Ош. После этого стрельба прекратилась.

Из показаний министра обороны Бакыта Калыева: «После последнего раунда переговоров Усенов подал в отставку. Генпрокурору Турсункулову сказали, что он может идти, на его место вызвали заместителя. Суталинов ушел с лидерами оппозиции передавать дела в ГКНБ, где на тот момент уже сидел новый руководитель. Я посмотрел вопросительно на Данияра Усенова, типа, что мне делать, он сказал: «Насчет тебя и Жаныша сказали оставить в Белом Доме, с вами будет отдельный разговор». Все разошлись, остался я один. Вызвал командиров отряда курсантов военного училища и отряда военнослужащих «Скорпиона». Они рапортовали, что соприкосновений с митингующими не было, стрелковое оружие, боеприпасы и вооружение оставались в роте охраны, все было целым. Была попытка проникновения в здание Министерства обороны, на территорию Нацгвардии, но солдаты встали живым щитом и никого не пустили. Одного солдата ранили камнем в нос и все. Вооружение, включая подсумки, штык-ножи, магазины, автоматическое оружие, штатное оружие офицеров, - все было в наличии. Я сказал, что президент в Оше, премьер-министр подал в отставку, формально я не ваш командир. Решили выходить. В этот момент внутренние войска или СГО начали выходить через пешеходную калитку с западной стороны. Потом курсанты военного института и военнослужащие «Скорпиона» вышли через парк Панфилова по направлению к БЧК.

 

В тот день я был в гражданской форме одежды, так как находился на лечении, спустился в гардеробную за курткой и там встретил Жаныша Бакиева. Время было после 11 ночи. Я сказал: «Нас решили оставить. У тебя есть возможность уйти?». Я признался, что за свою жизнь боюсь, там толпа не будет разбираться, кто и что. Он сказал: «Пойдем со мной». С ним вышли через автомобильные ворота с северной стороны, где заходят технические сотрудники, прошли через парк Панфилова, на пересечении улиц Панфилова и Логвиненко сели в ожидающую машину и уехали. Я думал, что я последний, кто покидает «Брестскую крепость», но оказывается, там оставались Эльмурза Сатыбалдиев и другие».

Из показаний заместителя председателя СГО полковника Данияра Дунганова: «В 23.30 мне по радиостанции сообщили, что председатель СГО Жаныш Бакиев покинул здание дома правительства, а также что на территорию заходят гражданские. Я по станции прокричал, чтобы ни в коем случае не применяли оружие, и добавил, что сейчас решаю вопрос вывода личного состава СГО.

 Я зашел в приемную Усенова, там сидел Сариев, представился и просил срочно решить вопрос о выводе личного состава. Мы с Сариевым спустились на лифте. Он направился в южную сторону и попытался остановить людей, но они его не слушались. Увидев это, я развернул личный состав СГО и направился в западную сторону, где стал выводить людей с западного КПП. Оружие находилось в машине и у офицеров при себе. Время было 12 ночи. В это время гражданские входили со всех сторон. Пока я выводил сотрудников, гражданские захватили машину с оружием, избили водителя и караул. В этот момент не успели выйти 5-6 офицеров, их тоже избили, отобрали у них оружие».

К слову, оружие, из которого были убиты 80 и ранены более 400 кыргызстанцев, так и не найдено. До сих пор числится утерянным 800 единиц оружия.

 Лейла Саралаева

Фото из архива Вячеслава Оселедко и интернета 

Продолжение следует 

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям