Кыргызча

Кыргызстан 1997 года: деньги, законы и киллеры

08:21, 6 Апреля 2016

Главное событие 1997 года все же произошло не у нас – в соседнем Таджикистане официально закончилась гражданская война. Но, справедливости ради, отметим: Кыргызстан тоже немало сделал для ее окончания. В мае 1997 года в Бишкеке прошла шестая встреча президента Таджикистана Эмомали (тогда еще) Рахмонова с лидером Объединенной таджикской оппозиции Саидом Абдулло Нури. По сути, Бишкекская встреча стала предпоследним шагом к примирению сторон.

По итогам встречи стороны подписали протокол по политическим вопросам и приняли «Бишкекский меморандум». Последний заканчивался так: «Президент Республики Таджикистан Э. Рахмонов, руководитель ОТО А. Нури и Специальный представитель Генерального секретаря ООН по Таджикистану Г. Меррем выразили глубокую благодарность Президенту Республики Кыргызстан А. Акаеву, народу Кыргызстана за гостеприимство, радушие, отличную организацию переговоров и активное содействие их плодотворному завершению». Поэтому год 1997-й не только во всей Центральной Азии, но и в Кыргызстане можно назвать относительно спокойным...

Парадоксы свободного рынка

Как отмечали зарубежные наблюдатели, в 1997 году Кыргызстан был лидером среди стран Центральной Азии в реформировании экономики и во внедрении механизмов рынка. По данным газеты Financial Times, Кыргызстан занимал в 1997 году 14-е место среди 20 стран мира с наивысшими темпами экономического роста. По данным нашего Нацстаткома, рост 1997 года составил 139,7% против 103,9% в 1996 году.

Что явилось этому причиной? В своей статье «К проблеме экономической безопасности Кыргызстана» академик АН КР Турар Койчуев писал: «Бурный» рост в 1997 году был обусловлен не тем, что все отрасли начали подъем, а практически за счет ввода одного золоторудного и двух нефтеперерабатывающих предприятий, а также возрождения производства цемента». «Одно золоторудное предприятие» - это «Кумтор», на котором в 1997 году началась разработка золота. По словам академика Койчуева, наблюдающийся рост – результат не стабильной работы всех отраслей, а «громоотводные» усилия личных хозяйств (главных кормильцев республики) и единичных достижений промышленности (в сфере материальных благ)».

То есть, по факту экономическая ситуация была далеко не такой радужной, как представляли на Западе. Впрочем, не везде и не все. Фонд Сороса, к примеру, позднее сообщал: «При 7-процентном росте ВВП в 1996 году и 10-процентном – в 1997 году уровень общественного производства республики в эти годы был ниже показателя 1980 года и уступал уровню 1990 года более чем на 40%. Несмотря на номинальный рост заработной платы, продолжал снижаться жизненный уровень населения, средняя заработная плата находилась ниже уровня потребительского бюджета, увеличилась доля населения, живущего за чертой бедности».

Проблемы с задержками зарплаты каждое предприятие Кыргызстана решало по-своему. В частности, на Бишкекской ТЭЦ-1 работникам в ее счет выдавали талоны, «достоинством» в 3 и 5 сомов, которые назывались «васильками» - по фамилии тогдашнего директора ТЭЦ-1 Льва Васильева. На них можно было делать покупки только на территории станции. Рабочий люд, что естественно, от таких раскладов был не в восторге. Понять людей можно: вместо того, чтобы жить, они каждый день вынуждены были совершать подвиги, чтобы хоть как-то прокормить свои семьи...

Однако, несмотря на все социально-экономические трудности, в 1997 году в Кыргызстане начался третий этап введения национальной валюты, продлившийся 5 лет. Первыми банкнотами были 5 и 10 сомов. 

Они имели более высокий уровень защиты: индивидуальный размер и цвет каждого номинала, индивидуальный водяной знак, а также новые признаки подлинности: защитная нить «оконного» типа, металлизированная фольга с тиснением, многослойная голограмма с меняющимися изображениями… В том же 1997 году в Кыргызстане вышли законы «О Национальном Банке» (на смену Закону «О Национальном Банке Республики Кыргызстан» 1992 года) и «О банках и банковской деятельности», «О государственных закупках», а также Трудовой Кодекс Кыргызской Республики.

От временного – к вечному

 В начале 1997 года Аскар Акаев обратился к Генеральному секретарю ООН Кофи Анану с предложением провести в Бишкеке мирную конференцию по урегулированию конфликта в Афганистане с участием всех заинтересованных сторон. Естественно, под эгидой ООН. Эту инициативу поддержали остальные президенты государств и сам Анан. Тогда Акаев предложил три формата конференции: с участием заинтересованных стран; заинтересованные государства плюс противоборствующие стороны; только противоборствующие стороны. В то же время Акаев сделал оговорку: последний вариант – бесперспективен: воюющие группировки вряд ли самостоятельно придут к компромиссу. Поэтому, дескать, нужен мощный импульс извне. Однако верхушка «Талибана» отказалась от своего участия в конференции и она не состоялась...

 

Также в 1997 году в Москве лидеры стран образованной за год до этого «Шанхайской пятерки» подписали соглашение о взаимном сокращении вооруженных сил в районе их общей границы. В марте того же года тогдашний помощник президента США по нацбезопасности Сэмюэл Бергер причислил Кыргызстан, как и всю Центральную Азию, к «приоритетным направлениям американской дипломатии». Позже Пентагон и вовсе включил регион в зону ответственности центрального командования Вооруженных сил США.

В апреле 1997 года Кыргызстан подписал с Казахстаном договоры о вечной дружбе и о правовой помощи, и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Договор, аналогичный последнему, подписали также с Азербайджаном и Латвией. В том же году Жогорку Кенеш ратифицировал соглашение между Кыргызстаном и Россией об
упрощенном порядке приобретения гражданства, подписанное в Москве годом ранее. В экспертной среде 1997 год вообще принято считать точкой, с которой начался поворот внешней политики России в сторону Центральной Азии. Это было как раз год спустя после того, как министром иностранных дел РФ стал востоковед Евгений Примаков.

Теперь – о вечном. В 1997 году в Бишкеке напротив Национальной библиотеки был открыт памятник поэту Алыкулу Осмонову. Те, кто любит деньги, могут сейчас увидеть его портрет на купюре в 200 сомов. Тем же, кто любит культуру больше, Алыкул Осмонов известен, как выдающийся поэт, драматург и переводчик. Именно благодаря ему, на кыргызском языке заговорили Пушкин, Лермонтов, и Крылов, а «Витязь в тигровой шкуре» Шота Руставели в переводе Осмонова переиздавался шесть раз.

Что же касается образования Кыргызстана, то значительной, хотя и спорной вехой стало для него переименование в 1997 году Кыргызско-американского факультета бизнеса, права и гуманитарных наук в Американский университет в Кыргызстане (АУК). Позднее этот вуз расширит свою «географическую» привязку до «Центральной Азии». На открытии АУК присутствовала тогдашняя первая леди США Хиллари Клинтон. Пообщавшись немного с Акаевым, миссис Клинтон буквально заявила: «Таких президентов, как ваш, стоит клонировать!». Позднее, проникшись этими словами, наш известный бард Анэс Зарифьян написал такие строки:

Йес, восхищалась Хиллари недаром

Талантами главы моей страны.

Согласен, пусть клонируют Аскара!

Но только, ради Бога, – без жены!

Вообще эти строки – показатель того, что упорные слухи о том, будто Акаевым управляет его супруга Майрам, в Кыргызстане произносили уже даже не шепотом.

Нефть, кровь и коррупция

В 1997 году в Кыргызстане произошло первое в его истории заказное убийство: 21 марта в Бишкеке возле своего дома застрелили Юсупа Кольбаева – генерального директора совместного предприятия «Лукойл-Кыргызстан». В своей должности он пробыл всего 4 дня. Позднее по этому делу на скамью подсудимых попали четверо: Таалайбек Бейшембиев, Кадыр Давлеталиев, Вячеслав Абрашитов (Качан) и Виталий Куркин.

По данным следствия, дело было так: Бейшембиев нашел исполнителей, пообещал заплатить им 60 тысяч долларов и разработал схему покушения. Давлеталиев подвез киллеров к дому Кольбаева. Куркин блокировал двери лифта, а Абдрашитов непосредственно нажал на курок. Орудием убийства стал пистолет Макарова, собранный из деталей двух разных «стволов». Потом оперативники Свердловского РОВД Бишкека Андрей Ли и Дильшат Избакиев, чьи пистолеты использовали киллеры, получили по условному сроку за небрежное хранение оружия. Тогда же – в 2000 году – суд приговорил Бейшембиева, Куркина и Абдрашитова к смертной казни. Давлеталиеву дали 9 лет с конфискацией имущества. Однако с 1998 года в Кыргызстане стал действовать мораторий на смертную казнь, поэтому троице «смертников» расстрел заменили на пожизненное заключение. В 2014 году Бейшембиев умер в заключении от инфаркта. На суде Абдрашитов отказался от своих признательных показаний, заявив, что они были даны под пытками.

Спустя три года после убийства вдова Кольбаева – Чинара – дала интервью газете «Лица». Повод для этого – в СМИ появилась информация, будто бы Чинара Кольбаева назвала «заказчиком» убийства мужа… Феликса Кулова. В интервью вдова, однако, заявила: «Сразу же в день убийства, когда на место преступления к нам домой прибыла группа во главе с министром внутренних дел Омурбеком Кутуевым и тогдашним прокурором города Бишкек Маратом Кенжакуновым, я назвала им троих, которые, по моему мнению, могли быть причастны к убийству. Это Жаныш Рустенбеков - бывший госсекретарь, губернатор и министр, а ныне депутат Жогорку Кенеша, который недавно претендовал на должность спикера, Андрей Иордан - бывший министр промышленности и Тургунбек Кулмурзаев - депутат парламента прошлого созыва».

И далее: «С назначением Юсупа разваливалась их бензиновая мафия. К тому же потом выяснилось, что Рустенбеков был связан с организатором убийства Бейшембиевым. Вот документ: распоряжение госсекретаря Рустенбекова о назначении Таалайбека Бейшембиева инспектором в Администрацию президента. Он проработал на этой должности всего два месяца. Вскоре на посту госсекретаря Рустенбекова сменил покойный Жумабек Ибраимов. И вот другой документ: распоряжение Жумабека Ибраимова об освобождении Бейшембиева от должности. Говорят, он избил в Белом доме постового милиционера, что послужило причиной его увольнения». Что касается Кулова, то Кольбаева опровергла, будто она назвала его «заказчиком» убийства мужа.

Однако никаких последствий в виде заключения под стражу для вышеназванной троицы слова Кольбаевой не имели. В 2013 и 2015 годах Качан-Абдрашитов обращался к правозащитникам и в СМИ с заявлением, что Кольбаева он не убивал. Его письмо журналистам находится в свободном доступе в Интернете – с ним может ознакомиться любой желающий.

Вообще по этому делу адвокаты подсудимых изначально указывали на многочисленные нарушения уголовного и уголовно-процессуального права (к слову, новый Уголовный Кодекс также был принят в 1997 году, хотя и вступил в действие с 1 января следующего 1998 года). История убийства Кольбаева до сих пор темная, потому что так и не выяснено, кто был «заказчиком» в этом деле…

Таким был для Кыргызстана 1997 год. Думается, рано или поздно мы все же найдем объяснения мотивам поступков политиков и истинным причинам тех или иных событий того года. Пока же нам остается только констатировать: этот год все же был не самым плохим в эти четверть века независимости Кыргызстана.

 

Дмитрий Орлов

  

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям