Кыргызча

«Тайфун» 2002 года. Аксыйская трагедия

12:25, 31 Мая 2016

2002 год в моей памяти навсегда останется годом Аксыйской трагедии. Практически тюльпановая революция 2005 года началась в 2002 году, и начали ее аксыйцы. Так всегда происходит в истории любой страны. Каждый раз, когда зарвавшийся правитель начинает стрелять в людей, вышедших на митинги протеста, он на самом деле стреляет в себя. Роет яму себе. Кровь невинно убиенных жертв начинает пульсировать в мозгу нации, и нация поднимается с колен.

Для Аскара Акаева расстрел мирной демонстрации в Аксыйском районе Джалалабадской области в марте 2002-го года стал началом конца, так же как и расстрел рабочих Путиловского завода для Николая Второго в январе 1905-го года, вошедший в историю под названием Кровавое воскресенье.

17 апреля 2002 года мне довелось выступать с докладом об Аксыйских событиях на Народном Курултае, который проходил в здании исторического музея. Шумный зал замер в молчании и слушал со слезами на глазах и ужасе на лицах о фактах, раскрытых нами, членами Общественной комиссии по расследованию трагедии, которую я как историк по аналогии назвала кыргызским кровавым воскресеньем.

Чтобы напомнить, как развивались события, стоит начать с хронологии.

5 января 2002 года арестован депутат ЗС ЖК Азимбек Бекназаров. Ему инкриминируют служебную провинность 7-летней давности, в бытность следователем районной прокуратуры. До этого неизвестный депутат Бекназаров в 2001 году начал активно выступать против передачи земель Узенгу-Куш Китаю, вплоть до объявления импичмента Аскару Акаеву.

6 января коллеги требуют его немедленного освобождения. В своем обращении на имя президента 20 депутатов ЖК написали, что арест носит откровенно политический характер.

10 января. Несколько человек начали акцию голодовки с требованием освобождения Бекназарова. Десятки продолжают пикет протеста в центре Бишкека.

14 января к голодовке присоединяется сам арестованный депутат и несколько человек в селе Кара-Суу Аксыйского района.

18 января число людей, держащих голодовку, достигло 149 человек. Министром внутренних дел назначен занимавший до этого пост министра финансов Темирбек Акматалиев. В Аксы участники акций протеста арестованы.

19 января в редакцию газеты «Агым» закинули бутылки с зажигательной смесью. Две комнаты редакции выгорели. Хозяин газеты Мелис Эшимканов присоединяется к голодовке протеста. Лидеры нескольких политических партий – «Ата-Мекен» Омурбек Текебаев, «Эркиндик» Топчубек Тургуналиев, Компартии Клара Ажибекова, «Ар-Намыс» Эмиль Алиев и «Асаба» Доолет Усупов требуют отставки Аскара Акаева.

21 января госпитализирована участник голодовки правозащитник Азиза Абдрасулова.

26 января голодовки протеста держат уже 362 человека, из них 298 в Аксыйском районе Джалал-Абадской области.

 

1 февраля 30 пикетчиков в Бишкеке задержаны милицией.

 

2 февраля более 400 из 614 человек держат голодовку. Около 200 прекратили по настоянию врачей.

7 февраля от инсульта скончался 51-летний Шералы Назаркулов, который не ел 21 день и был госпитализирован с давлением «260». За три недели до смерти у него родился сын, которого назвали Азимбеком.

8 февраля 13 депутатов Жогорку Кенеша сделали заявление, в котором призвали Акаева к отставке. В заявлении говорилось, что президент в течение месяца хранил молчание, не отвечая на многочисленные обращения депутатов, международных организаций и граждан, объявивших политические голодовки.

9 февраля на панихиде депутат Адахан Мадумаров заявил, что смерть Назаркулова лежит на совести президента Акаева.

15 февраля Азимбек Бекназаров избит в камере СИЗО г.Токтогул.

18 февраля стало известно, что по меньшей мере пять школ в Джалал-Абадской области не работают по политическим мотивам. Родители отказываются посылать детей в школу, протестуя таким образом против ареста депутата. Около двух тысяч людей взяли в заложники руководителей района в Аксы.

19 февраля Акаев впервые высказывается о деле Бекназарова по гостелевидению. Он говорит, что оппозиция применяет недемократические приемы, используя пикеты и голодовки протеста, и что только суд вправе вынести решение о виновности или невиновности Бекназарова.

13 марта. Пикет возле здания суда в Токтогуле разогнан силой. Прокурор требует для Бекназарова семи лет лишения свободы.

«Тайфун»

Сухая хронология не подходит, чтобы описывать то, что произошло 17, 18 и 19 марта.

И на Курултае 2002-го, и на парламентских слушаниях 2004-го года, я выступала как член общественной комиссии по расследованию трагедии, и выразила мнение, что в эти дни в Кыргызстане был совершен целый ряд тяжких преступлений, - это были не только массовые убийства, но и пытки, совершенные сознательно и с особой жестокостью, многие из которых могли совершать только люди с особыми садистскими наклонностями. То, что эти садисты были сотрудниками правоохранительных органов, на мой взгляд, не только не оправдывало, а напротив, - отягчало их вину. Ибо они ПРАВО-ОХРАНИТЕЛЬНЫЕ, а не ПРАВО-ПОПРАВШИЕ.

Когда мы посещали раненных в домах и больницах Аксы и собирали живые, непредвзятые свидетельства людей, казалось, что нам рассказывают о чем-то нереальном, об ужасах кино. То, что произошло - было преступлениями вооруженной банды государственных служащих, и преступления были запланированы заранее. Непонятным осталось то, к чему были такие жертвы и кто на самом деле был их организатором.

С точки зрения политической сообразности, это было полной глупостью. Ни фигура Бекназарова не стоила таких жертв, ни Акаев не был таким кровожадным. Позже мы остановимся на участии в этом деле Курманбека Бакиева, который занимал тогда пост премьер-министра, но слишком многое указывало также на ключевую роль тогдашнего руководителя администрации президента Аманбека Карыпкулова. Приведу некоторые факты.

Аким Аксыйского района Шермамат Осмонов заранее на двух камазах отправил свою семью и вещи. В субботу он обмывал отходную, знал, что уйдет с этой должности… А в воскресенье находился там, где прицельно убивали людей. Все свои действия Осмонов согласовывал с Карыпкуловым. Почему Бекназаров, будучи после революции 2005-го года Генеральным прокурором, не привлек к ответственности ни его, ни Карыпкулова, остается загадкой.

 

Что нам засвидетельствовали врачи? Еще в пятницу их вызывали районные власти и приказали не расслабляться на выходные, а подготовить аппаратуру и все находящиеся в загашниках медикаменты - дескать, предстоят тяжелые операции. То есть заранее планировали убивать людей. И не только убивать.

Газетной площади не хватит, чтобы описать все эпизоды тех дней. Приведу только несколько примеров, на основе которых можно представить общую картину.

Асылбеку Тургуналиеву было 18 лет. 18 марта его избивали 4 часа, зверски, раздев догола и положив на цементный пол в центральной милиции Кербена. Дубинками. Автоматами. Ногами. Разбили нос, голову, отбили внутренние органы. Когда уставали избивать, обливали ледяной водой, чтобы уничтожить синяки и уходили. Потом приходили другие и избивали с новыми силами. Это были приезжие омоновцы, направленные туда специально в рамках операции «Тайфун».

Таалайбек Кудайбердиев в тот же день шел по Кербену с трехлетним сыном, его остановили и забрали, даже не взглянув на ребенка, отобрали 240 сомов и паспорт, потом привели в отделении, раздели догола и избивали, периодически обливая ледяной водой.

Уланбека Исраилова заставили положить руки на бетонный пол, после этого на кисти поставили стул, на который встал милиционер и пытался раздавить Исраилову руки. При этом бил дубинкой по ногам. Забрали 150 сомов и золотое кольцо.

В тот день кто-то оплакивал убитых сыновей, кто-то вершил «мудрую политику», а садисты-спецназовцы совмещали «приятное» с полезным.

Не хочу обижать всех солдат, но я как-то читала высказывание одного полководца: “из хорошего железа не делают гвоздей, из хороших людей не делают солдат”.

Это было 18-го, на следующий день после Аксыйского расстрела, когда пресса уже сообщала о количестве жертв, а министр внутренних дел Темирбек Акматалиев уже оправдывался в парламенте: дескать, что делать, - в стране нет резиновых пуль.

18 и 19-го по Кербену ездили две большие машины, грузовик и уазик, и из них стреляли в случайных прохожих. Естественно, они не могли просто так развлекаться. Они жестоко и бездумно осуществляли операцию «Тайфун».

Женишбеку Маманову было 18 лет. Он ждал скорую для раненного. Подъехал уазик, мальчишка подумал, что врачи, и подбежал к машине. Из машины в него полетели пули, разбили висок и ухо.

19-го ловили парней, которые просто шли, били их дубинками и накладывали им в карманы камни. Темиркулова Алымкула притащили в РОВД, раздели и били по подошвам ног, угрожали шприцем с уколом, заставляя признаться в том, чего он не совершал. Тех, кого часами избивали голыми на бетонном полу, было более сотни человек.

Сотни – это статистика, а судьба каждого отдельно взятого пострадавшего - это человеческая трагедия. Среди избитых было 25 женщин и 4 несовершеннолетних подростка. Зафиксировано 79 жертв пыток, которых заставляли подписывать бумаги, содержание которых им неведомо. Видимо, пытались собрать компромат на организаторов мятежа.

Основное событие произошло 17 марта. Людей, которые мирно двигались в районный центр Кербен у села Боз-Пиек, начали убивать. В них стреляли прицельно. От огнестрельного ранения в голову и в живот погибли: Сапаралиев Кадыркул, Тагаев Советбек, Уркумбаев Сатымбек, Четымбаев Бегалы. Другие были тяжело ранены. Зачем? Кто отдал приказ стрелять? Чем он руководствовался? Тем, что навсегда напугает народ, чтобы больше не рыпался?

Люди шли на мирный пикет и запаслись водой в пластиковых бутылках и лепешками. После расстрела стражи порядка стали вытряхивать содержимое мешков и накладывать а них камни - лепили вещдоки.

Так и не было опровергнуто использование пуль со смещенным центром тяжести, запрещенных гуманным человечеством к применению даже в условиях войны.

Актану Арстанкулову было тоже 18 лет. Когда мы встретились с ним в больнице, рана была у него на руке, а пуля почему-то между грудью и спиной, недалеко от сердца. Врач сказал нам, что они не «проходил» такой пули и боится ее трогать.

А какие зверства творились в морге, куда вместе с мертвыми привезли живых раненных, бросая их как поленья вместе с трупами! Раненных решили добивать до смерти: дубинками и бросая тела о стены морга. Только гневный протест врача остановил это зверство и когда полуживых отвезли в больницу, они выжили.

Попытка выяснить, кто же все-таки отдал приказ стрелять 17 марта, когда «Тайфун» еще не был введен в действие, не приводила к успеху. Но многие косвенные свидетельства и неофициальные признания указывали на то, что команду «Стрелять!» дал по телефону тогдашний руководитель администрации президента Аманбек Карыпкулов. После событий Акаев отправил его послом в Турцию.

Карыпкулов был значимой и весьма одиозной фигурой. В советские годы он был секретарем ЦК Компартии по идеологии, и назначение его в 1996-м году председателем государственной телерадиокомпании было фактом, который говорил о том, что Акаев окончательно откатывался назад. Журналисты прозвали КТР «Карыпкуловтын кара жащиги» - черный ящик Карыпкулова. Секретарь ЦК по идеологии сделал его идеологическим рупором режима, очерняя оппозицию и восхваляя Акаева.

6 сентября 2007 года газета «Лица» опубликовала информационную бомбу под названием «Тайфун», которую грозился «взорвать» на заседании парламента депутат Дооронбек Садырбаев. Мы опередили Доке. Это был протокол вечернего экстренного совещания 17 марта 2002 года у премьер-министра КР Курманбека Бакиева. Теперь, на момент публикации, он был президентом, и это был серьезный компромат против него.

После аксыйской трагедии Бакиев подал в отставку, и после пополнил ряды оппозиции Акаеву, поэтому его никогда особо не обвиняли по этому делу. Но документ черным по белому свидетельствовал о том, что Бакиев лично подписал распоряжение о том, чтобы МВД задействовало план “Тайфун” - локализация массовых беспорядков и “Буран” - защита административных зданий.

Мне этот документ после революции 2005-го года передал Темирбек Акматалиев, который предполагал, что его будут судить за аксыйский расстрел. «Тайфун» и «Буран» были планами, разработанными в советскую эпоху - карательными инструкциями тоталитарного режима.

Любопытное заключалось в том, что эти планы были введены поздно вечером, почти ночью, после того, как демонстрацию уже расстреляли. Почему? Да потому что после расстрела народ действительно поднялся - порядка двух тысяч человек. Дескать, экстремисты и хулиганы забрасывают здания акимиата и РОВД камнями и бутылками с зажигательной смесью. Но нам рассказали, что 18-го народ разбежался после того как запустили какую-то ракету и начали стрелять. «Мы побежали, закрывая голову руками, а ночью батальон солдат приехал и начали бить мебельный магазин, чтобы потом спихнуть это на народ». Кто поджег здание инспекции по делам несовершеннолетних, тоже под большим вопросом.

Через пять лет, в день публикации статьи «Тайфуна» в газете «Лица», 6 сентября 2007 года Белый дом был в панике. Генеральный прокурор Эльмурза Сатыбалдиев в тот же день собрал пресс-конференцию, чтобы отмазывать своего шефа. При этом говорил противоречивые вещи.

Он заявил, что ни моральной, ни юридической ответственности Курманбека Бакиева в Аксыйской трагедии нет. И тут же констатировал, что после Аксыйских событий Курманбек Бакиев добровольно покинул премьерский пост. Но покидая его, Бакиев как раз-таки и говорил о своей моральной ответственности.

«Опубликованный документ не может служить компроматом на Курманбека Бакиева», - размахивая газетой «Лица», нервничал Эльмурза Сатыбалдиев, и нес тарабарщину.

«План «Тайфун» имеет право ввести только МВД, УВД или районное отделение внутренних дел. У премьер-министра таких полномочий по закону нет», - разъяснял генпрокурор, и тут же добавлял: «Введение плана «Тайфун» был санкционировано премьер-министром Курманбеком Бакиевым уже постфактум, после введения его начальником Джалалабадского УВД в 14.00 часов 17 марта 2002 года. Начальник УВД незаконно и задним числом оформил введение «Тайфуна» на месте событий. Если бы Курманбек Бакиев не провел это совещание, его можно было бы обвинить в бездействии. Но он обязан был принять какие-то меры».

Никто из присутствовавших журналистов не задал вопрос: А зачем премьер-министру (если он белый и пушистый) надо было постфактум санкционировать, то есть легализовывать незаконно введенный план, за осуществление которого был осужден судом начальник УВД?

Более того, генпрокурор отметил, что по введению плана «Тайфун» в 14.00 17 марта 2002 года прокуратура завела уголовное дело.

Если бы Бакиев отменил незаконно введенный «Тайфун», тогда был бы смысл в пресс-конференции Эльмурзы Сатыбалдиева, а так - по закону именно его, президента, надо было судить за санкционирование в бытность премьер-министром бесчеловечной карательной операции.

Именно Бакиев подписал решение направить в Аксы «отряды спецназа в количестве, необходимом для решения задач, вытекающих из обстановки», а также «принять все необходимые меры по выявлению организаторов массовых беспорядков в населенных пунктах Аксыйского района с последующим привлечением их к уголовной ответственности».

Практически это была санкция на пытки. Как выяснила парламентская комиссия, дубинками били даже беременных женщин. Кроме того, именно после его санкции на «Тайфун» 18-го марта выстрелом в голову был убит 22-летний Эльдияр Уметалиев и 56 человек получили ранения.

Только после апрельской революции о вине Бакиева в Аксыйской трагедии заговорили официально. В 2011 году на заседании суда по апрельским событиям бывшему президенту были предъявлены дополнительные обвинения, и возложили вину не только за расстрелянных на площади в апреле 2010, но и убитых и раненных в марте 2002-го.

Вопросы, которые мучали: что за отморозки были натренированы на спецназовцев, и тренируют ли их и сейчас таким же образом?

Пытаясь выяснить тогда, что такое «Тайфун», я нашла ответ в книге казахского писателя Мухтара Шаханова «Заблуждение цивилизации». Вот что он пишет.

«16 декабря 1986 года в Алма-Ате на площадь имени Брежнева вышла казахская молодежь. Это был всплеск невиданного масштаба против тоталитарной системы страны советов. Опасаясь возможной эпидемии демократического гриппа, КГБ совместно с МВД секретно разработало операцию по подавлению демонстраций «Метель» («Тайфун»). Впервые в стране на мирную демонстрацию, половину участников которой составляли девушки, подняли саперные лопатки, пустили служебных собак. В тот день никого не жалели, даже раненных девчонок, их таскали по снегу и как поленья швыряли в кузова грузовиков. Без санкции прокурора, без суда и следствия задержанных демонстрантов бросили в тюрьмы, а тех, кому не досталось места, вывезли на пятьдесят километров за город и в двадцатиградусный мороз, сняв с них одежду и обувь, избив и наиздевавшись, измученных оставили на снегу. Против демонстрантов действовал отряд специального назначения, парни с садистскими наклонностями, когда-то тщательно отобранные из числа озлобленных сирот, выросшие в детских домах страны и прошедшие подготовку по секретной программе. Они были как взбесившиеся волки, превзошедшие в своей жестокости даже фашистов».

Во время Аксыйской трагедии Мухтар Шаханов работал послом Казахстана в Кыргызстане.

 

Женщины в Аксы думали тогда, что началась война. Непонятная война кыргызов с кыргызами. Некоторые даже решили, что тут замешаны китайцы, ведь это им Акаев отдал Узенги-Кууш, из-за чего аксыйцы и поддерживали своего депутата.

Одна старушка на полном серьезе спросила меня: «Кызым, Акаев кыргыз бы?» - «Кыргыз, апа», - ответила я. – «Кызык, абдан кызык, эмнеге балдарыбызды олтуруп кетишти?» («Дочка, а Акаев кыргыз?» - «Кыргыз, апа» - ответила я. «Странно, очень странно, зачем они убили наших мальчиков?»). Старушке было не важно, какая на дворе власть - советская, бай-манапская, демократическая, – но она знала одно: война – это когда между разными народами...

19 марта, чтобы не довести события до гражданской войны, власти вынуждены были освободить из заключения Азимбека Бекназарова. Премьер-министр Бакиев приехал в Аксыйский район Джалал-Абадской области и сообщил демонстрантам, что их требования выполнены - Бекназаров освобожден, а аким района Шермамат Осмонов снят с работы. Семьям погибших была оказана материальная помощь в размере 50 тысяч сомов.

7 мая 2002 года президент Акаев выступил на совместной сессии двух палат парламента и попросил депутатов ратифицировать соглашение по делимитации государственной границы между Китаем и Кыргызстаном, подписанное в 1999 году. В июне он хотел приехать на саммит ШОС, а затем в Китай с уже ратифицированным соглашением. Около 200 человек приняли участие в пикете протеста против уступок Китаю кыргызских территорий, но 17 мая Собранием народных представителей тема пограничного урегулирования с Китаем была окончательно закрыта. Депутаты утвердили передачу 125 тысяч гектаров спорной земли, включая уникальные ледники и реку Узенги-Кууш, представлявшие собой большую ценность, обеспечивая страну стратегическим запасом воды.

После революции 2005 года Азимбек Бекназаров стал Генеральным прокурором Кыргызстана, но так и не поставил точку в расследовании и привлечении к ответственности виновных в Аксыйских событиях, что ему не раз ставили в вину. Вопрос о виновности Курманбека Бакиева в санкционировании операции «Тайфун» он поднял только после второй революции.

Бермет Букашева 

Фото из архива Вячеслава Оселедко

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям