Бабушка для сироты

14:17, 10 Мая 2016

Есть такое слово - «Боорукердик». По-русски значит «милосердие». Именно так назван дом-интернат в Оше, где живут вместе одинокие пенсионеры и осиротевшие либо потерявшие опеку дети.

28 бабушек и дедушек, 27 ребят в возрасте от 3 лет примерно до 15… Опыт объединения одиноких малышей и пожилых людей есть во всем мире, однако в Кыргызстане больше пока нигде не решаются опробовать эту идею. Не потому, что она как-то плохо себя показала, просто детей и пенсионеров опекают разные ведомства, договориться между собой им архисложно. Почему? Понятия не имеем. Наверное, дело в финансах, но какого-то внятного ответа на вопрос, почему этот опыт не внедряется повсеместно, получить не удалось.

Мы приехали в интернат солнечным весенним днем. Чистый дворик, цветущие розы, тишина – попали в тихий час. Атмосферы уныния и безысходности, такой привычной для учреждений подобного типа, тут нет. Подопечные в «Боорукердик» живут в разных корпусах, в одну комнату стариков и детей не селят. Но общаться им это не мешает.

Директор Бермет Токтосунова считает, что польза от совместного обитания для детей очень большая. Они, мол, вырастают менее жесткими по характеру. Ведь старикам не на кого больше потратить свою нежность, любовь, кроме юных воспитанников.

Впрочем, воспитателям тоже перепадает. Вот баба Зоя, она старожил этого места, ей под 90, больше 10 лет она живет тут. Но бодра и дружелюбна. Обещает сегодня блинчики напечь для воспитателей. Да, пожилые люди имеют возможность готовить, шить, вязать, если могут. Впрочем, могут не все, многие просто лежат, кому-то инвалидность или возраст не позволяют вести сколько-нибудь активный образ жизни. Но ни застарелого тяжелого запаха, ни обреченного настроения не заметно.

«Мы тут отдыхаем, общаемся, хорошо живем, нормально. Условия хорошие. А одна дома я бы уже померла давно, а так, смотрите: вот спляшу», - говорит баба Зоя и топает ногой об асфальт. Мы – журналисты – все смотрим в ее глаза и ждем, когда там промелькнет тоска. Но, похоже, баба Зоя и правда рада своему нынешнему положению.

Впрочем, тосковать и плакать есть от чего. Остаться на склоне лет без попечения родственников – горькая судьба, горше некуда. Большинство подопечных имеют родственников, но те либо спились и находятся в невменяемом состоянии, либо уехали на заработки и балуют в лучшем случае деньгами и редкими письмами, а то и вовсе забыли про стариков.

У каждого из малышей за плечами либо дом малютки (отказников в Оше не так чтобы много, но бывает такое и тут), либо лютое пьянство родителей, побои и трущобы.

«Самая главная наша проблема и задача – не сделать их иждивенцами. С пожилыми проще. Они уже знают жизнь, они опираются на самый удивительный опыт. А дети порой не понимают, откуда берется хлеб. Мы стараемся их учить. Но вот недавно приезжала комиссия, от омбудсмена. Они устроили нам разнос за то, что мы учим детей навыкам труда. На огороде они помогают, например. Мол, пожилым трудотерапию устраивайте, а детский труд использовать не смейте. А какая вот этому, например, лежачему инвалиду трудотерапия? Какая? А если детей не приучать к труду, что из них вырастет? Мы же хотим, чтобы это были люди, способные жить в обществе!», - возмущается психолог-воспитатель Алтынгуль Тургунбай кызы.

Проблемы, одним словом, две. Нет, не дураки и дороги, а бестолковые проверки и нехватка средств. Но это дело обычное.

Журналистский рейд в интернат продолжался уже второй час. По дворику деловито прошествовал толстый кот. «И собака у нас есть, и кот Василий вот. Мышей и крыс ловит. У нас нету крыс, так он ходит на улицу, найдет, поймает и принесет. В подарок», - частит баба Зоя.

Воспитанники и подопечные тоже не заперты в стенах интерната. Дети ходят в обычную школу, наравне со сверстниками. «Раньше их сильно дразнили, теперь мы их одели хорошо, следим, чтобы не обижали», - говорит Алтынгуль Тургунбай кызы.

В один момент в СМИ прокатилась волна информации о том, что в «Боорукердик» воспитатели слишком строго обходятся с детьми. Мы поймали за руку симпатичного мальчишку лет 10, который почему-то в тихий час вышел из корпуса: «Как вам тут, не сильно ругают воспитатели?». «Вы, тетенька, с ума сошли, что ли?», - удивился пацан, - «Нет. Если только кто-то курит. Но мы не курим». И убежал по добру, по здорову.

Вообще, журналистов тут не боятся, хотя доставалось приюту по полной программе не единожды. Разумеется, трудностей с детьми, оставшимися без попечения родителей, хватает. Гляди в оба глаза. Но никто не говорил, что будет легко.

У детей, например, есть приятели, друзья вне интерната. Урегулировать вопрос с прогулками непросто, но в «Боорукердик» справились.

Пожилых людей возят и в церковь, и в мечеть, и на погост в Родительский день – помянуть ушедших. С концертами в гости в интернат наезжают студенческие коллективы и залетные певцы, каждый праздник есть и подарки и культурная программа. Человеческого тепла бы побольше. Лишним не будет любое доброе слово, мы убедились в этом на своем опыте.

Шнырять по территории и выискивать помойку, несъедобную пищу или какую другую беду мы не стали. Чернухи не будет. Здесь живут люди, и их человеческие взаимоотношения заметны. Опыт по объединению пожилых и юных подопечных в одном интернате, на наш взгляд, удался.

Интернат полностью финансируется за счет бюджета города Ош. В таком виде он существует с 2004 года. Кстати, дом-интернат был образован на базе детского пульмонологического санатория, здание которого построено еще в 1974 году. Конечно, донорские организации подкидывают копеечку, то игрушек привезут, то сладостей, то сантехнику поменяют. Но помощь не помешала бы. Условия, естественно, оставляют желать лучшего, хотя из имеющегося в наличии выжат максимум. Координаты интерната есть в редакции. Если кто-то вдруг решит передать что-то малышам или пенсионерам, мы поможем связаться с администрацией «Боорукердик».

Светлана Бегунова

Бишкек-Ош-Бишкек 

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям