Айгуль УМУРАЛИЕВА: «Мы хотели создать живой театр»

14:15, 9 Октября

На фото: Айгуль Умуралиева

Появление Бишкекского городского драматического театра 25 лет назад стало началом отсчета нового времени в отечественном искусстве. Первые его спектакли были нетривиальны и создали, выражаясь современным языком, новый тренд. Ныне театр продолжает смело экспериментировать и остается своего рода «окном в театральную Европу». Об этом наша беседа с руководителем театра и продолжателем дела Айгуль Умуралиевой.

- Прошла четверть века с того момента, как появился Бишкекский городской драматический театр. Что тогда заставило Арсена Умуралиева и Вас уйти из Кыргызского академического драматического театра и стать самостоятельными?

- В 60-х годах Кыргызский театр был очень популярен. Аншлаги. Прекрасные спектакли. Тогда же была единая государственная советская идеологическая машина, которая воплощала в жизнь культурную политику страны. Она базировалась на воспитании морально-нравственных ценностей, исходя из системы Станиславского, где рассматривалась жизнь человеческого духа. В 1986 году театр месяц с успехом показывал свои спектакли в Москве на сцене Малого театра им. Щепкина. Тогда была достойная обойма. Например, Леонид Хейфиц поставил «Вишневый сад», в котором Арсен играл Гаева. Искен Рыскулов поставил к 50-летию Умуралиева «Прощай, Гульсары!». И эти спектакли имели весомый успех на московских гастролях.

Арсен Умуралиевич к тому моменту отработал в Киргизском театре 35 лет, я – 17 лет. В 80-х годах театр начал стагнировать. В каком плане? Видимо, уже шел инерционный процесс. Интеллигенция стала уходить из театра - интерес стал ослабевать. Государственных приоритетов в культуре уже не было. В 1991 году поменялось руководство театра. Были списаны спектакли, в которых играл Арсен. В то время мы с нашими коллегами Юлдашем Нурматовым, Гульсарой Ажибековой, Маратом Алышпаевым, Жамал Сейдакматовой стали обсуждать, что нам пора создать театр-студию. Таковых в республике еще не было на тот момент. А «Ильхом» (театр в Ташкенте – прим. редакции), например, существовал уже лет 10. Все это носилось в воздухе.

Получилось так, что первой ушла из театра Жамал Сейдакматова с группой молодых актеров и двумя спектаклями, которые были поставлены на сцене Кыргызского театра. Затем Марат Алышпаев создал Чуйский театр. А потом, когда не было спектаклей, и Арсен сидел без дела, мы решили, что надо создавать альтернативу академическому театру. По-настоящему камерный театр.

- Почему решение о создании театра было принято в 1991 году, а первых зрителей он принял только в 1993-м?

- Арсен Умуралиевич обладал огромным организационным талантом. Он проработал, пробил идею, убедил руководство города, городской совет народных депутатов. И в течение двух лет создавалась материальная база. Тогда еще были люди и организации, которые могли дать деньги на зрительские места, платформы, свет. Нам очень хорошо помогал завод им. Ленина, где были сделаны все металлические конструкции. И в 1992 году Владислав Борисович Пази стал ставить первый спектакль.

- Каких актеров Вы пригласили на работу?

- Вообще, должен был прийти весь курс, который обучался в ЛГИТМИКе. Но тогда Министерство культуры приняло решение, что выпускники должны поехать работать в Джалал-Абад. В Бишкеке осталось только двое актеров: Даниэль Токтобаев и Бакыт Жаныбеков.

Поскольку актеров было мало, мы решили поставить пьесу японского драматурга Дзюндзи Кинасито «Журавлиные перья», которую в 1965 году Арсен Умуралиевич перевел на кыргызский язык. В течение 8 месяцев шел постановочный цикл. Сценографию и костюмы сделала Алла Кожанкова, музыку написал Мурат Бегалиев, пластикой занимались Нурлан Асанбеков и Сергей Стрельцов. И 25 апреля 1993 года мы открыли сцену театра этим спектаклем.

Таким образом, на основе этого спектакля родилась сама система нашего театра. Конечно, во многом ее формировали Арсен Умуралиевич с Владиславом Борисовичем Пази. И последующие спектакли развивались в этом направлении.

- Альтернатива национальному театру состояла в камерности или в чем-то еще?

- Питер Брук в своей книге «Живой театр», писал, что, когда театр становится формальным, он перестает вызывать интерес и у зрителей, и у тех, кто служит театру. К тому времени Кыргызский драмтеатр стал формальным. А мы хотели создать живой театр. В условиях малой сцены, когда между актером и зрителем нет преграды, актер не может манкировать и делать вид, что он работает или проживает, создает свой образ на сцене. Все видно сразу. Так вот, альтернатива именно в том, чтобы создать спектакли, которые будут нести мысль, образ и развивать своего зрителя.

- Если сравнивать Бишкекский городской драматический театр в начальной точке и сейчас – чем он отличается от того, от чего он начал свой путь?

- Главная задача театра не изменилась. Она остается для нас той же – воспитывать своего зрителя. Сеять в его душе разумное, доброе, вечное. В 1996 году мы поставили спектакль «Играем Андерсена». И, вы знаете, отдача пришла через 16 лет. Мы были на гастролях в Ганновере, к нам подошла женщина из нашего посольства в Берлине. Она рассказала, что водила своего сына на спектакль «Играем Андерсена». Спектакль очень помог мальчику. Убедил его, что он может сделать больше. Что каждый гадкий утенок может стать принцем. То есть он понял основную идею спектакля. И я считаю, что если через 16 лет мы получили такую обратную связь, то работаем в правильном направлении.

- Что же все-таки представляет из себя Ваш театр сейчас?

- За эти годы мы вырастили пять или шесть поколений актеров. У нас до сих пор идут «Журавлиные перья» с пятым или шестым составом. Вот уже 22 года идет спектакль «Играем Андерсена». И он востребован зрителем. Мы проводим через этот спектакль всех наших молодых актеров. Через эти спектакли они и воспитываются. Большой версии «Эсимде» уже 10 лет. Семь лет моноверсии этого спектакля. И не многие театры могут похвастаться тем, что у них есть такие спектакли-долгожители.

На фото: Арсен Умуралиев

Есть спектакли, которые, конечно, опережают время и восприятие зрителя. К 80-летию Арсена Умуралиева мы подготовили «Горе от ума» Грибоедова на кыргызском языке. В 1965 году этот спектакль был поставлен впервые на кыргызском языке в Кыргызском драматическом театре. И Арсен был первым исполнителем Чацкого в среднеазиатских театрах. Нашу версию «Горя от ума» ставила молодой российский режиссер Татьяна Захарова. И я считаю, что этот спектакль и система ее работы, конечно, немного опережают зрителя.

- Какие штампы и стереотипы, имеющиеся в отечественном театре, отверг БГДТ?

- Дело в том, что в академических театрах действует система неоклассицизма. Это не школа переживания, а школа представления. Они работают так. В силу наших обстоятельств и пространства работать в такой системе мы не можем. Хотя в некоторых спектаклях использовали и академические системы. Актеров нужно провести через все театральные системы. Что мы и пытаемся делать через наши постановки и режиссеров. Конечно, мы хотим, чтобы актер был думающим. Вообще, сейчас время синтетического актера, который может все.

- Таких актеров Вы, естественно, воспитываете, потому что отечественные вузы таких не готовят…

- К моему большому сожалению, у нас было столько выпусков из ГИТИСа, ЛГИТМИКа и других центральных советских вузов, но отечественная актерская школа так и не создана. Поэтому главная наша забота состоит в том, чтобы развивать актеров, чтобы они хотели это делать. Это бесконечная работа.

А когда к нам пришли выпускники училища им. Щепкина, я с огромным удивлением обнаружила, что они, обучаясь в Москве и Петербурге, не владеют русским языком. И в 1996 году мы поставили спектакль «Играем Андерсена» специально на русском языке, чтобы развивать наших актеров.

- Как БГДТ изменил театральный ландшафт страны за 25 лет существования?

- Я не могу даже сравнивать наш театр с другими. У нас нет таких возможностей, как у Кыргызского или Русского драмтеатров. Мы и не претендуем на это. Но мы стремимся к тому, чтобы делать свою работу хорошо.

- История БГДТ неразрывно связна с Арсеном Умуралиевым. Уже выросло поколение, которое никогда его не видело. Что бы Вы рассказали о нем этим людям?

- Арсен Умуралиев строил себя сам. В 11 лет он сбежал из дома. Бродяжничал. Потом поступил в ремесленное училище в Караколе. Закончил его. Поступил в музыкальное училище им. Куренкеева на хоровое отделение. В 50-е годы проходила Спартакиада народов СССР в Москве. И Арсена взяли знаменосцем нашей команды. К тому моменту в Москве уже учился кыргызский курс в ГИТИСе. И Арсен Умуралиев смог поступить туда сразу на третий курс без знания русского языка. А в 1957 году закончил ГИТИС с отличием. За это время он выучил русский язык, много читал.

- Кинематографическая карьера Арсена Умуралиева начиналась с очень известного фильма «Сорок первый» Григория Чухрая. Для начинающего актера – это отличное попадание. И в материал. И к режиссеру. Это улыбка судьбы, или пришлось бороться за роль?

- Скорее всего, это улыбка судьбы. Арсен тогда учился на последнем курсе в Москве. Его отсмотрели и выбрали.

- А как Арсен Умруалиев попал в «Андрея Рублева» Андрея Тарковского? Ведь режиссер очень жестко подходил к отбору актеров.

- Основные эпизоды с Арсеном по итогу были вырезаны из фильма. Остался только один. Дело в том, что Арсен был не очень удобным актером. Так как он личность, конечно, предлагал свое видение образа, расширял его. Но актер – это один из пазлов фильма. У Арсена были очень хорошие отношения с Андреем как с коллегой, соратником, современником. Но работа с Тарковским стала для него уроком. Если в отдельных эпизодах Арсен сильно выпирал, режиссеру приходилось удалять их, чтобы добиться нужной атмосферы всего фильма.

На фото: кадр из фильма "Андрей Рублев"

В этом смысле намного интереснее и сложнее была роль в фильме «Очарованный странник» по Лескову. Там у него достаточно большая роль, через которую открывается философия восточного человека.

- Сегодня начнется V Международный театральный фестиваль малых форм «Импульс», который проводит ваш театр. Знаю, что это очень тяжелый и не всегда благодарный труд. Почему вы, не смотря на все трудности, нервы, каждый год вновь проводите этот фестиваль? Зачем?

- Вы знаете, фестиваль «Импульс» был задуман для развития актеров, их потребности в том, чтобы сказать свои мысли, свое слово, свое мировидение через спектакль. Это продвижение идеи их самостоятельной работы. Ведь моноспектакль - всегда разговор актера со зрителем напрямую. А на такое способны только очень сильные, целеустремленные, одаренные актеры. И нам хочется, чтобы коллеги из Кыргызстана, посмотрев спектакли нашего фестиваля, подвиглись к созданию своих моноспектаклей.

Кстати, на нынешнем фестивале представлены очень интересные работы. Их стоит посмотреть.

Александр КУЛИНСКИЙ

 
© Новые лица, 2014–2018
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям