Михаил Черняк: “Театр жив! И ваши актеры - настоящие герои!”

08:55, 1 Ноября

В Русском драматическом театре им. Ч. Айтматова большое событие – премьера спектакля “Лучший всадник короля” в постановке питерского режиссера, заслуженного артиста России Михаила Черняка. Пьеса написана российским драматургом и актером Вадимом Бачановым 7 лет назад в стиле сказки для взрослых: в безобидном, даже немного сказочном, сюжете высмеиваются пороки современной власти и общества. И в гротескные образы героев пьесы идеально вписываются властители самых разных стран и не только. Все персонажи узнаваемы, так как в каждом показаны различные слои современного общества. Все проблемы актуальны. И от этого остается приятное послевкусие от спектакля, когда хочется вновь и вновь вспоминать ту или иную сцену, мысленно раскладывать игру актеров и додумывать сюжет. 

Кстати, даже если вы никогда не слышали об этом режиссере, то наверняка слышали его голос в мультсериале “Смешарики”. Михаил Черняк озвучивает Лосяша и Копатыча, а автор пьесы Вадим Бачанов – Бараша.

Мы решили побеседовать с Михаилом Черняком о самой постановке, об игре актеров и о том, как питерскому режиссеру работалось в нашем театре.

- Михаил, признайтесь, Вы вкладывали в постановку российскую действительность?

- Что вкладывал автор пьесы, надо спрашивать у него. А вот что у него получается, это судить нам с вами. Я считаю, что у него получилась абсолютно интернациональная, международная история вне времени. Чрезвычайно удачливая и притчевая. Я вообще люблю, когда в спектакле возникает притча, некое обобщение. И она актуальна здесь в Кыргызстане, очень предвыборная история, как видите. Она может идти в России, она может идти в любой европейской стране. Она легко вписывается и в азиатский, восточный колорит, замените графа на визиря. Для меня лично эта пьеса о взаимоотношениях власти и общества, тут есть все аспекты. В пьесе 8 действующих лиц, это 8 глобальных тем. Она не засорена второстепенными персонажами, массовкой. Здесь есть 8 главных ролей, 8 историй, 8 притч.

- Поведайте о каждой.

- Что такое король? Это хитрая, коварная пустота на троне. Что такое граф? Это умный, талантливый человек. Но не первый, а второй. Это проблема второго человека. Это жесткий человек, который реально управляет государством и который стоит по колено в крови. Это тема человека, уставшего от огромного количества преступлений, это тема раскаяния. Что такое Сильвестр? Это тема простого, святого человека. Это тема чистой, родниковой воды. И тут же поднимается вопрос, нужна ли она нам, или нам нужна кока-кола и пепси-кола, и мы уже забыли, что такое родниковая вода. Что такое королева? Это тема любви. Женская роль здесь одна, и это важно, в ней смыкаются все женские темы. Что такое лекарь? Это тема эмиграции, тема диссидентства, тема интеллигентного человека под каблуком у государства, зажатого под пресс. Тема стражника – это тема палача, тема силовых структур, тема человека, который вдруг понял, что он не на то тратит жизнь, бьет людей, издевается над ними, угнетает. Я даже сказал на репетиции Станиславу Касьянову, исполнителю роли палача, что для меня эта тема чуть ли не апостола Павла, потому что у него была та же коллизия. Тема актера – это тема творческой интеллигенции, тема искусства, тема ранимости художника, его открытости и в то же время продажности, которая суетливо прислуживает в поисках денег всем, кому не лень. Тема полковника - это жесткая новая власть, которая начинает еще больше закручивать гайки.

- Кстати, Вы удачно используете радио, оно сразу погружает в события, которые разворачиваются в пьесе.

- Радио - это чисто моя режиссерская задумка. Все тексты FM-радиостанции написаны мною, у автора этого нет. Я специально это сделал, чтобы вся история протекала под оком СМИ. Мы все находимся под оком СМИ. Каждый наш поступок благодаря Интернету и СМИ определенным образом освещается. И это показатель того, как СМИ подогревают обстановку, как они беспечны, как легко говорят о каких-то серьезных вещах.

- Почему спектакль идет на малой сцене?

- На сцене постоянно находятся два, от силы три человека. Действие происходит то в кабинете у графа, то в темнице. Здесь нет большой массовки, нет элементов танца, шоу, музыки, смены декораций, огромного количества костюмов. Это элементы, характерные для кабинетно-камерного спектакля. Сейчас на большой сцене репетируют «Поле», замечательный, на мой взгляд, спектакль, от которого я получил огромное удовольствие. Там однозначно большая сцена – мультимедиа, пластика, освоение всего пространства и даже пространства зрительного зала. В моем же спектакле важна та близость и сопричастность, которая возникает именно от малой сцены.

- Как cложилось Ваше сотрудничество с Русским драмтеатром в Бишкеке?

- Как и любая творческая история, это серия случайностей. Все началось с моих гастролей в Бишкеке в апреле позапрошлого года, я привез два моноспектакля: “Анекдоты 20 века” и “Золото серебряного века”. Они прошли с большим успехом, и мной заинтересовались. Я познакомился с большим количеством людей, которые стали мне друзьями, завязались творческие контакты. По их приглашению я приехал отдыхать на Иссык-Куль и там познакомился с Нурланом Асанбековым, который тогда еще не знал, что станет художественным руководителем этого театра. Позже я предложил эту пьесу, она понравилась труппе, и мы начали работать.

- Какое впечатление от работы в нашем театре, с нашими актерами?

- Двойственное. Что касается работы актеров, то самое положтельное впечатление, это талантливые, замечательные люди, к тому же еще герои, потому что они существуют в театре на страшно мизерные зарплаты. Эту ситуацию я нахожу преступной, ужасной и даже не знаю, с чем это можно сравнить. У нас сложилась хорошая команда, они все на своих местах, у них у всех есть творческие прорывы, они мне многое дали в этом плане как режиссеру. Я очень много в себе открыл. А другая сторона – отрицательная, это ужасающее состояние театра. Это кошмарный, допотопный свет, ужасающий звук и нищета. Каждый прожектор, который есть в зале, представляет собой бомбу замедленного действия. Если он перегорит, он больше работать не будет. Таких ламп больше не выпускают, это раритет 70-х годов. Таких ламп нет ни в России, ни в Казахстане, ни в Китае. Нигде. Это прожектора, которые висят в старых зачуханных сельских домах культуры в России. И это ужасно. На протяжении всего творческого процесса я постоянно сталкивался с нищетой, нехваткой денег. Из-за этого спектакль получился темным. Если бы были деньги, театр взял бы свет в аренду. Но не может же театр на свои деньги брать в аренду свет! Меня удивило следующее: мало того, что таетр не получает от государства никакой поддержки, так деньги за билеты государство у театра отбирает! Деньги за аренду зала под мероприятия государство у театра отбирает! Деньги, получаемые от арендаторов кафе, государство отбирает, не оставляя театру ничего или оставляя какие-то крохи, которые идут на покрытие сиюминутных нужд, а не на решение каких-то стратегических задач. А театру в первую очередь требуется нормальный звук и нормальный свет!

- Если бы у Вас была возможность обратиться к руководству страны, от которого зависит принятие решений, например, к президенту Кыргызстана, о чем бы Вы сказали?

- Уважаемый, господин президент! Уважаемые руководители Кыргызстана! Мы не узнали бы никогда ни Шекспира, ни Мольера, если бы в свое время они не получали солидных государственных дотаций. Один от Елизаветы, другой - от Людовика. Они бы так на своих тележках по Англии и Франции катались. Мы бы так никогда и не узнали их великих пьес. Зачем нужен Русский драмтеатр в Кыргызстане? Все говорят, что это плацдарм русского языка и культуры. Эту тему я даже трогать не буду, она и так понятна. Но это колоссальное окно и в кыргызскую культуру. На малой сцене идет замечательный спектакль по пьесе Мара Баджиева. На большой сцене идут два спектакля: “Поле” и “Демон”. На мой взгляд, это выдающиеся постановки высокого уровня, которые открывают окно в кыргызскую культуру. После просмотра “Демона”, который является мастерским соединением нескольких произведений Лермонтова и кыргызского драматического искусства, я захотел узнать, что такое кыргызские свадьбы, что такое эпос “Манас”, что такое кыргызская традиционная музыка. Спектакль пробуждает в тебе желание это постигнуть, понять, осязать. Пластический, новаторский спектакль “Поле” поставлен по произведению Чингиза Айтматова “Материнское поле”. То есть ветер культурный дует в обе стороны. Это и колоссальная фестивальная площадка. Но в каком состоянии сегодня театр? Я видел лица казахских актеров, когда они ходили по этому театру и заходили в туалет... Я только что вернулся из столицы Казахстана, был в Астане с гастролями. Так в их театре любой свет, любые декорации будут в течение 15-30 минут. Там мощнейшая поддержка театра от государства. Там вход в театр, как в настоящий храм, а не сарай аварийно опасный. Там все работает, там все горит, там чисто, спокойно, уютно.

Поэтому я очень прошу господина президента: обратите внимание на страшное состояние театра! Помогите театру! Хотя бы внесите какие-то законадательные послабления, которые бы освободили театр от этих страшных выплат, дали возможность театру самому зарабатывать деньги и тратить на свои нужды, на оснащение, чтобы сюда не стыдно было войти. Посмотрите, какие тут кресла, какие туалеты, какое страшное фойе! Ничего, кроме боли, бессильной злобы и раздражения это не вызывает. Об этом говорят все. Москвичи, когда сюда приезжают, говорят: ТЕАТРА НЕТ! Как только видят игру актеров, говорят: ТЕАТР ЕСТЬ! Тут работают герои, что в цехах, что в творческом составе.

А театру я желаю, чтобы им всем во главе с Александром Кулинским и Нурланом Асанбековым хватило сил выстоять, выжить и не растерять этот волшебный огонь настоящего творчества!

Беседу вела Лейла Саралева 

Фото со спектакля "Лучший всадник короля" Антона Селова

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям