Кадриль вокруг интерната в Сосновке

10:22, 1 Декабря 2015

Довольно большой общественный резонанс вызвало сообщение о том, что школа-интернат санаторного типа в селе Сосновка Жайыльского района прекратила свое существование, в результате 160 детей среди учебного года остались на улице, а 60 учителей – без работы. 

Версии, кому помешал или понадобился интернат, бытует две. По одной, какие-то высокопоставленные чиновники в этом здании хотят открыть медресе или частную школу. Вторая гласит, что на месте санатория появится большой развлекательный комплекс. Имен общественность не называет, зато недвусмысленно указывает, что ниточки тянутся к министерству образования и науки. Немудрено, ведь именно оттуда пришло решение о закрытии.

Закрытие школы-интерната официально обосновано оптимизацией интернатных учреждений Кыргызстана. Эта программа была принята Министерством образования и науки в 2012 году и рассчитана на 2015-2017 годы. Сосновский интернат закрыли самым первым.

Здесь, по идее, должны были проходить реабилитацию дети, находящиеся в группе риска по туберкулезу, или уже переболевшие этим опасным заболеванием. Но по профилю интернат давно не используется – условия не позволяют. На самом деле там обитали дети, растущие в неблагополучных и неполных семьях, оставшиеся без присмотра в связи с тем, что родители на заработках и прочие «социальные сироты». Обучались тут ребята со 2 по 9 классы. Учебные принадлежности, общежитие, питание 3-4 раза в день интернат осиливал, для многих это было единственным шансом на обучение. После окончания 9-го класса получали свидетельство о неполном среднем образовании, для них была открыта дорога в профессиональные лицеи. Сейчас, по словам учителей, выпускники сосновского интерната работают швеями, сварщиками, очень много поваров.

«У всех учащихся имеются родители. Учились дети из полных семей. Только у одного ребенка не было родителей. В настоящее время все дети находятся в своих семьях и учатся в средней школе Жайыльского района. Все дети проживают в Жайыльском районе Чуйской области. Детей, прибывших из отдаленных местностей, в школе не было. Учителя распределены в соседние школы. В данное время они продолжают работать в образовательной сфере», - утверждает руководитель Управления дошкольного и внешкольного образования Министерства образования Салтанат Мамбетова. Однако НПО-шники, занимающиеся этим вопросам, приехав на место, обнаружили другую картину. Около 30% из этих детей уже не сядут за школьную парту как минимум в этом году, условий у семей нет, возможностей пристроить в другой интернат – тоже. Учителя тоже далеко не все пристроены.

Асель Жыйчыбекова, проработавшая в интернате 10 лет, говорит, что закрытия никто не ожидал, хотя дела действительно шли неблестяще.

«Пришли чиновники из Минобраза, Сказали: «Как вы можете держать учеников в здании без отопления?» - и закрыли школу. Отопление было восставлено через два дня, все исправлено, но детей отправили на каникулы, хотя учебная четверть еще не завершилась, они потеряли две недели занятий. В результате 60 учителей-воспитателей остались без работы, а 160 детей не посещают школу, остались на улице. Школа никогда не пребывала в таком тяжелом состоянии, о котором говорят чиновники. Капительного ремонта, правда, не проводилось, но мы постоянно делали косметический ремонт. Примечательно, что все лето мы занимались ремонтными работами, и зачем надо было нас привлекать, если собирались закрыть школу? Здание действительно старое, поэтому состояние общежития старшеклассников было не лучшим, но остальные помещения были в порядке. Учебные пособия в достаточном количестве, было закуплено новое постельное белье для воспитанников, другие необходимые вещи. Интернат ничем не отличался от других, даже был получше, чем отдельные школы. Единственная проблема возникала, когда временами отключалось отопление. Директор говорил, что выделят деньги из бюджета, что будет проведен ремонт, но так и на словах все и осталось. Сейчас он написал заявление об уходе с должности по собственному желанию. Ушел – и все. Хотя интернат является государственным, из министерства заявляли, чтобы мы провели ремонт на собственные средства. А какие у нас средства? Государство могло бы по крайне мере открыть компьютерный класс, провести полный ремонт», - рассказала она журналистам.

«Интернат находится в состоянии, которое практически невозможно без полномасштабного капремонта исправить», - утверждают чиновники.

На самом деле интернат действительно в плачевном состоянии. Назвать это место «санаторием» язык не поворачивается. Достаточно посмотреть на фото. Сотрудники интерната регулярно бросали клич о помощи через СМИ и соцсети, потому что капитальный ремонт в помещении не делался уже лет 40, крыша текла, полы проваливались, вдобавок во время первых холодов отказало отопление, и находиться в этом здании детям, а тем более ослабленным и нездоровым, уже никак было нельзя.

«Не в первый раз поднимается вопрос закрытия указанной школы. Было проведено несколько министерских проверок, по итогам которых было вынесено заключение о необходимости закрытия санаторной школы-интерната. Мы заключили, что детям лучше находиться рядом с родителями. Материально-техническая база школы также ухудшилась, классы были холодными, не отапливались. Учащимся приходилось сидеть на занятиях тепло одетыми. Условий для обучения детей не было», - сказала Салтанат Мамбетова.

С другой стороны, деваться детям и взрослым, покинувшим покосившиеся стены, некуда. Очевидцы рассказывают, что малыши бросались под ноги чиновникам, пришедшим привести в исполнение решение о закрытии.  Просили не трогать их интернат. Сцена была душераздирающая.

«Наши ученики в подавляющем большинстве из малообеспеченных семей, с трудными жизненными обстоятельствами. У детей из таких семей нет возможности обучаться в обычной школе. Вместе с нами приехали и родители. Не успел начаться новый учебный год, как их дети оказались на улице. В других местных школах не нашлось нам места. Где взять столько вакансий 60 учителям? Если говорить образно, то государство отняло у нас кусок хлеба. По крайней мере могли дать время до конца учебного года и заранее предупредить о закрытии школы, тогда нам было бы немного легче», - возмущается Асель Жыйчыбекова в беседе с журналистами.

У чиновников свои резоны. «А если крыша упадет на голову воспитанникам, если ослабленные дети простудятся насмерть в этих помещениях – кто тогда будет крайним? Министерство образования, кто же еще. Сейчас общественность возмущается тем, что недостаточно оперативно разбираются с воспитанниками интерната и муссирует слухи о каких-то арабах, о притязаниях местных начальников из районо. А что бы она запела, если бы случилось ЧП? Какие бы обвинения тогда полетели  в наш адрес? Есть у нас в обществе традиция – из чиновников лепить монстров по каждому поводу. Мы просто сделали то, что должны были сделать – закрыли школу, в которой не соблюдаются мало-мальски приемлемые условия для содержания детей», - в частной беседе откровенничают сотрудники Минобраза.

Бахтыгуль, мать одной из учениц школы, говорит очень эмоционально: «Я не знаю, что теперь делать. Опека все время намекает, что отберет у меня троих детей, потому что у меня нет жилищных условий. А почему так? Разве я виновата в том, что их нет? Разве я тунеядка, не работаю? Разве я виновата в том, что мой муж умер, что он попал под машину? Разве тот водитель теперь будет помогать мне поднимать детей? Чем виновата я перед государством, перед страной? Вместо того, чтобы помочь, нас закапывают. Так хоть дочь Жибек была пристроена. Теперь я не знаю, как быть. Будет дома, будет помогать по хозяйству. Для меня лично, для нашей семьи это закрытие было огромным ударом».

Оставлять детей в аварийном здании действительно не было никакой возможности. Но и просто прикрыть заведение, где, между прочим, обучались дети самых уязвимых слоев населения, отделавшись формальными отчетами о том, что с детьми все хорошо, тоже было вопиюще неправильно. Из ситуации можно было бы найти выход, если бы чиновники высокого ранга, во-первых, решили бы так или иначе судьбу тех детей и подростков, которые не пристроены на данный момент. А во-вторых, если бы вместе с правоохранительными органами отследили судьбу территории интерната (в нашей стране, к сожалению, иногда подтверждаются самые нелепые слухи). Тогда можно было бы сказать, что государство действительно позаботилось о воспитанниках многострадального интерната. Но пока подобный сценарий – из области ненаучной фантастики...

Айгуль Токобаева 

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям