Существует ли синофобия в Кыргызстане?

09:24, 21 Октября

Китай - великий сосед и главный кредитор Кыргызстана. На сегодняшний день в Кыргызстане действуют чуть более 400 кыргызско-китайских предприятий. Из 4 млрд 170 млн долларов внешнего долга 42,1 процента, или 1 млрд 770 млн долларов, Кыргызстан должен Китаю. Чем ближе пик по выплатам госдолга, тем чаще звучат синофобские настроения среди обывателей.

Несколько месяцев назад на YouTube был выложен фильм «Мекен», в котором показан негативный образ иностранного инвестора, коррупционера, с хищническим отношением к природе Кыргызстана. И хотя в фильме не указано названия страны, из которой приехал инвестор, он говорит на китайском языке. Часть кыргызстанцев посчитала, что фильм возбуждает синофобские, или антикитайские, настроения.

Известные политики также прибегают к антикитайской риторике в своих выступлениях.

В соцсетях выложено видео, на котором Адахан Мадумаров, лидер партии “Бутун Кыргызстан”, выступая перед молодежью, говорит такие слова о китайцах: «Мне в детстве даже дед говорил, чтобы я держался от них подальше. Если ты будешь вместе с ними, то пусть у тебя под рукой будет кинжал. Можешь кушать с кем угодно, но еда, которую ты будешь есть вместе с ними, будет считаться харамом».

О том, существует ли в Кыргызстане синофобия, разбираемся с экспертами.

В чем истоки этой фобии?

Зайнидин Курманов, профессор истории, утверждает: «Если посмотреть на историю взаимоотношений между кыргызами и китайцами, можно сказать, что они были самыми безоблачными. Кыргызы и китайцы с древних лет вместе сотрудничали, помогали друг другу, воевали против общих врагов».

Эмиль Уметалиев, директор Kyrgyz Concept, считает, что синофобия могла быть искусственно навязана.

«В советский период часть эпоса «Манас» осталась за пределами цензуры, как классовая, неуместная в условиях тоталитарной коммунистической идеологии. Но в разрешенной части сохранившихся текстов доминирует история отношений с китайцами, основанная на ненависти, войнах и синофобии. На протяжении последних ста лет в сознании кыргызов эта синофобия вбивается и удерживается через усеченную часть культурных кодов. И незнание полной версии эпоса «Манас», особенно той части, которая была отрезана как классово неуместная, лишает нас возможности принять весь код “Манаса” и насытиться всем тем великим духом, о котором мы говорим, но уже растеряли суть и сущность этого духа. А вот синофобия умышленно или неумышленно доминирует и распространяется, поскольку она удобна была действующей власти».

По результатам опроса, который проводился года три назад, среди кыргызского общества больше фобии было в отношении России. На втором месте были США, и только на третьем Китай. Об этом говорит политолог Шерадил Бактыгулов.

“Понятно, что под воздействием информации это соотношение может меняться. Это первый нюанс. Во-вторых, у нас не существует синофобии. У нас есть синоагностика. Это создание мифов о Китае, потому что мы его не знаем. У нас нет никакой литературы, нет информации. У нас даже нет собственного государственного видения, что такое Китай и как мы с ним сотрудничаем. У нас ограничены инвестиции, дружба и сотрудничество. А как оно распаковывается, какие элементы в него входят, этого у нас, к сожалению, нет.

Зайнидин Курманов видит настороженное отношение к Китаю и китайцам в их древней цивилизации.

«Китайцы – это другое человечество, другая цивилизация. Китайская культура и люди непонятны всему миру. Особенно европейцам. Китайская цивилизация развивалась параллельно европейской, египетской и прочим. Она была самодостаточной. Китайская цивилизация меньше всего восприняла вот эти инновации, которые у нас составляют 99 процентов. А китайцы все придумали сами. У них не было необходимости у кого-то учиться. И вот поэтому эта неизвестность и таинственность порождает различные слухи. К агрессивности китайцев даже приписывают построение Великой Китайской Стены. Для чего они ее построили? Чтобы обороняться от кочевников, потому что те им действительно приносили серьезные проблемы».

Политолог Эмиль Джураев видит истоки синофобии в попытке некоторых политиков стать популярней.

«Внутри Кыргызстана есть свои определенные интересы, политические круги, которые, агитируя или нажимая на кнопки национализма, нетолерантности, будь то к китайцам или кому бы там ни было, надеются усилить свои ряды сторонников. То есть популистические попытки поддать энергию своим сторонникам», - говорит Джураев.

У кого есть страх Китая?

Политолог Шерадил Бактыгулов четко обозначает: «Синофобия в основном распространена среди бывших граждан Китая, ныне граждан КР, так называемых кайрылманов. Об этом я сужу на основе тех пресс-конференций, выступлений, которые были организованы у китайского посольства, они инициированы бывшими гражданами Китая. Плюс синофобия существует у глубоко религиозных граждан. Но это связано не с Китаем, а с тем, как транслируется отношение Китая в сфере религии, в том числе ислама. В Китае признано пять религий, и одна из них - ислам. Плюс у нас есть группа людей, которые, скажем, не очень хорошо знают Китай, но тем не менее высказываются. Свободу слова никто не отменял, конечно, но до тех пор, пока это не начнет сказываться на государственной политике».

Зайнидин Курманов подчеркивает: “В основном синофобия в отношении Китая идет от Запада, и всегда шла. Потом, нельзя забывать, что мы были в составе Советского Союза, и известную долю синофобии добавили кремлевские, советские пропагандисты, когда у нас были очень плохие отношения с Китаем, в период Мао Цзэдуна. Поэтому какой-то страх остался».

Почему лучше дружить с Китаем?

“Синофобия, как и любая другая фобия, обращенная к народностям и культурам, нехороша тем, что закрывает возможность взаимопонимания, сужает возможность конструктивного сотрудничества и потенциально ведет к тому, что могут быть преступления, насилие и иного рода явления, – полагает Эмиль Джураев. - Это нужно понимать как проблему части общества, основанную на недостаточном понимании, возможно, недостаточно хорошем уровне образования в такого рода вещах, но каким-то силам это на руку. И это может перерасти, для Кыргызстана даже уже перерастает, в невозможность конструктивно привлекать реальные инвестиции из Китая. Или же вести стабильный бизнес с китайскими партнерами. Ну и для взаимоотношений на официальном уровне между Бишкеком и Пекином такого рода проявления не могут способствовать хорошему поступательному наращиванию этих отношений».

По мнению китаеведа, экс-министра иностранных дел Муратбека Иманалиева, сегодня у нас наихудшие отношения с Китаем со времен независимости и среди стран Центральной Азии. В отличие от других стран региона в Кыргызстане до сих пор нет ни одного проекта в рамках инициативы «Один пояс - один путь».

Эмиль Уметалиев говорит: «Последний факт - это создание Таможенного союза, который уже отрезал все страны, вошедшие в союз, в том числе Кыргызскую Республику, от полноценной равной торговли с Китаем. Она либо коррумпированная теневая, либо ограниченная, дискриминируемая не в пользу Кыргызстана, а в пользу доминирующих членов Таможенного союза: России, Беларуси и Казахстана».

В начале сентября руководство Кыргызстана обратилось к руководству Китая с просьбой о пролонгации долга. До сих пор нет официального ответа на нашу просьбу. В обществе муссируются слухи, что Китай может и отказать. Но официально никакого ответа не было.

Эмиль Джураев объясняет: «Эта просьба в первый раз была озвучена еще в апреле, то есть весной, и в сентябре повторили еще раз, потому что ответа с весны не было. В первую очередь это негативно отражается на нашем правительстве, на руководстве страны, которое ответственно за довольно внушительный объем внешнего долга, и уже на данном этапе, не дойдя до пика выплат, мы видим затруднение в выплатах. И, конечно, на таком коллективном уровне для граждан Кыргызстана это не добавляет дружелюбия или доверия к Китаю. Таким образом, Китай мы рассматриваем не столько из-за действий самого Китая, сколько из-за груза этого долга. Осознаем опасность того, что мы не сможем заплатить. В мире довольно много случаев, когда у стран, у которых возникают проблемы с выплатами, Китай берет в аренду на многие годы ценные объекты, например, аэропорты или морские порты. И это накладывает на нас неутешительные ожидания».

Политолог напоминает, что в мире для Китая есть гораздо большие рынки и направления внешней политики.

“Если мы как страна-партнер будем показывать себя не совсем положительно, не совсем доверительно, то Китаю ничего не стоит просто перестать с нами сотрудничать. Для определенных слоев населения и политиков с сильными синофобскими чувствами будет на руку, что мы перестанем сотрудничать с Китаем. Но надо серьезно и трезво думать об экономическом росте, о рынках, о возможностях. И в этом отношении, соседствуя с самым важным экономическим рынком в мире, куда не могут попасть еще гораздо более развитые страны, не воспользоваться этим и не построить хорошие партнерские отношения, нам это было бы просто непростительно”, - заключает политолог Джураев.

Смотрите видео по теме Есть ли синофобия в Кыргызстане?

Подготовила Лейла Саралаева

Данная статья была подготовлена при финансовой поддержке Европейского Союза. Содержание видео является предметом ответственности редакции «Новые Лица» и не отражает точку зрения Европейского Союза».  

 
© Новые лица, 2014–2020
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям