Мелис Турганбаев: «Я жесткий человек, но справедливый»

07:17, 5 Ноября 2014

Вокруг генерал-майора милиции Мелиса Турганбаева сегодня много слухов и критики. И не удивительно, авторитет милиции среди народа все эти годы независимости постоянно падал. Поэтому легче поверить в негатив вокруг милиции, чем надеяться на позитивные изменения.

Однако сам новоиспеченный министр внутренних дел полон оптимизма, он уверен, что ему удастся преломить ситуацию. Каким образом? Об этом он рассказывает сам в своем первом интервью нашей газете.

- Мелис Токтомамбетович, с каким настроением встречает 90-летний юбилей кыргызская милиция?

- Настроение боевое. Я начал работу с рабочей поездки по югу страны. Конечно, везде есть большие проблемы - и социально-бытовые, и зарплата мизерная, и кадровые проблемы. Мы решаем их пошагово, в каждом регионе. У меня было в запасе 100 сотрудников в центральном аппарате. Мы их направляем в регионы. В Ошскую область переведены 19 участковых и сотрудников ИДН. Там сформировали новые ГОМы.  В перспективе и в Джалал-абадской области откроем два новых ПОМа. В Баткене положение намного улучшилось. На месте решили проблему, увеличили их штат на 25 новых сотрудников. Обеспечили их транспортом. Но больше всего меня расстроило, что 100 сотрудников СОБР в этой приграничной области дислоцируются в арендованном помещении. Мы решили укрепить этот район и перекинули сюда для постоянной дислокации 200 сотрудников спецназа и СОБР. Я переговорил с губернатором Баткенской области, он выделил 50 га земли, в ближайшее время начнем строить новые казармы.

- А деление на северян и южан в милиции осталось?

- Два года назад, когда я возглавил УВД в Бишкеке, это деление очень сильно чувствовалось. Но все от руководителя зависит. Я этот вопрос сразу жестко поставил, и сегодня в Бишкеке в среде милиционеров об этом делении по регионам уже забыли. Думаю, и по республике скоро так будет. Я также выступил против продажи должностей, присвоения званий и медалей за деньги и по признакам землячества.

- Это было наследие Жаныша Бакиева?

- Мы не можем все проблемы списывать на Жаныша. Процесс развала милиции начался намного раньше него. Началось все с развала Союза. При Кутуеве еще милиция держалась до 1999 года, а после его ухода началась частая смена руководства и постепенно милиция пошла по пути деградации. Плюс власть начала использовать милицию как инструмент против народа на митингах, на акциях протеста. Милиция, как говорится, уже два раза по башке получала. Наверно хватит уже? И милиция поняла, и народ понял, что так продолжаться не должно. Президент Атамбаев, когда назначал меня в город, прямо сказал: «Мне не надо, чтобы милиция меня защищала. Надо народ защищать. Главное, чтобы милиция стала народной».

- И тем не менее вы довольно жестко разогнали последние пару митингов молодых гражданских активистов… А как же свобода собраний?

- Разгон проводят по-другому, когда применяют спецсредства, газ, дубинки. Мы просто призвали к порядку группу бездельников, которые мешали законопослушным бишкекчанам. Согласитесь, все горожане хотят тишины и покоя. Прежде чем пойти на такой решительный шаг я анализировал ситуацию, мониторил, как сейчас модно выражаться, настроения различных слоев населения, опрашивал и бизнесменов, и пенсионеров, и торговцев, и учителей, и даже бомжей. Все в один голос и очень категорично заявили, что им надоели эти митинги. Как только появляется информация, что что-то будет, так весь город дрожит в ожидании. В этом году весной такая нервозность была, детей в школу не пускали, магазины в центре Бишкека позакрывали, торговцы свой товар вывезли. Группа горожан, ко мне на встречу приехала, требовала, чтобы мы обеспечили в городе покой и порядок. Одна бабушка дозвонилась, говорит: «Слушай, генерал, ты когда порядок наведешь? Когда мы будем спокойно по улицам ходить?» Да, есть у нас закон о митингах, но зачем народ в страхе держать? Зачем нагнетать ситуацию? Площадь Ала-тоо у нас вообще в митинговый центр превратилась. Вот вы когда приезжаете в другую страну, в другой город, куда в первую очередь идете?

- В центр, конечно, на площадь.

- И я тоже, и другие люди также. Площадь – это визитная карточка города. Каждый день в Бишкек приезжают сотни людей из регионов, с детьми, они хотят полюбоваться достопримечательностями. Сфотографироваться на фоне флагштока, увидеть солдат караула. А тут толпа стоит, чего-то кричат, требуют. Я хожу на все митинги, и точно знаю, что из ста человек только 30 понимают суть проблемы, остальные нанятые за деньги или зеваки. Плюс среди них обязательно процентов 30 - мародеры, которые только и ждут, чтобы поживиться во время погромов.

- То есть вы предупреждаете гражданских активистов и любителей митинговщины, что церемониться с ними не будете?

- Я могу заявить, что никому не позволю нарушать права кыргызстанцев на спокойную жизнь. Мои ребята будут смело задерживать и сразу же в суд отвозить. Пусть суд выносит решения. Но самая главная проблема того, что народ митингует в том, что местная власть не работает. Я поставил перед премьер-министром вопрос ребром, чтобы не сталкивали милицию с народом. Электроэнергии нет, воды нет, суд принял не правильное решение, люди тут же идут митинговать. Хорошо, у нас демократия, пусть народ выходит на митинги и протесты, но пусть представители местной власти к ним выходят, выслушивают все претензии и разъясняют, почему происходит так и кто виноват. Если народ выйдет на митинг, и будет высказывать недовольства по поводу работы милиции, я лично выйду к людям, буду их слушать и принимать меры. Я за свой участок работы несу личную ответственность. И если каждый руководитель будет нести ответственность за свой участок, у нас митингов и сложных ситуаций будет в разы меньше. Недавно только в Кемине задержали 70 большегрузных машин. И никто не приехал из минтранса и не объяснил водителям, из-за чего их задержали. Милиционеры пять суток там обеспечивали порядок, бросив свою основную работу, в результате все равно эти машины пропустили. Зачем надо было задерживать? Зачем надо было будоражить народ? Иной раз мы сами себе подножки ставим и неудобства создаем. Поэтому когда сюда на площадь приезжают митинговать люди из Джалал-Абада, из Нарына, из Иссык-куля, я не могу понять,- ЧЕМ ТАМ ЗАНИМАЕТСЯ МЕСТНАЯ ВЛАСТЬ? ПОЧЕМУ НЕ РАБОТАЕТ С НАРОДОМ? Я ездил в Ошскую область, посетил там крупный рынок, разговаривал с простыми торговцами, спрашивал, как работает милиция. И люди рассказывали все как есть, кто незаконно задерживает, кто карманы выворачивает. Но были и те, кто благодарил за хорошую работу, за наведение порядка. Это мой метод работы – постоянное общение с простыми людьми на улицах. Я выезжаю незаметно, обычно никто даже не знает, куда я еду. И достаточно опросить 10-15 человек, чтобы полную картину составить. Я этот метод продолжу и на посту министра.

- Как вы оцениваете боевой дух кыргызских милиционеров?

- Дух нормальный. То, как надо работать я им объяснил. Всем начальникам задачу поставил конкретную. Предупредил с самого начала, что за любой проступок рядового сотрудника будет отвечать начальник. Потому, что за всю милицию перед народом я несу ответственность. Я знаю одно, если первые лица начнут как следует работать, то и подчиненные будут добросовестно работать.

- Вы жесткий человек?

- Да, жесткий, и об этом знают все сотрудники. Но я не только жесткий, но и справедливый. За это меня уважают и боятся.

- А вот милицию народ наш, откровенно говоря, не уважает. Могут и погоны сорвать, и камнем бросить в милиционера. Как изменить такое отношение народа к милиции?

- Изменение отношения к милиции зависит от руководителя. Я не хочу критиковать своих предшественников, но какое направление даст руководитель, так и будет вся структура развиваться. Я считаю, надо выходить к народу, объяснять, разговаривать. Не надо бояться собственного народа. Я могу убедить кыргызстанцев изменить это негативное отношение к милиции. Например, сколько месяцев не могли разрешить ситуацию в Саруу? Несколько месяцев никто из власти не мог туда поехать. Почему не ездили, что их кто-то съел бы там или побил? Я вообще удивлен, как можно было ситуацию из пустякового митинга так раздуть? Зачем надо было с самого начала туда силы тащить, чтобы собственный народ запугать? 1200 сотрудников милиции туда пригнали. И что получилось? Ситуация вышла из-под контроля, столько техники испортили, автобусы сожгли. За это судить надо прежнее руководство милиции.

- А как бы вы разрулили ситуацию? Там же бандиты были?

- Да бандитов было несколько человек. Вспомните митинг оппозиции 10 апреля этого года в Бишкеке. Мы с организаторами договор составили. Но там указано было, что митинг будет проводиться только в одном месте. А они начали в других местах кучковаться, создавать напряжения,  поэтому пришлось некоторых локализовать, по закону. А возле самого памятника Горького ситуация была спокойная, люди помитинговали и разошлись.

- Мне очень нравится ваша уверенность. Что вам дает эту уверенность, что вы сможете преломить ситуацию в МВД?

- Я уверен в своей правоте, стараюсь выполнять профессионально свою работу, и потом совесть моя чиста.

- Принято считать, что в кыргызской милиции не осталось профессионалов. Это так?

- Не правда. У нас есть очень сильные ребята, причем молодые, которые показывают отличные результаты раскрываемости, успешно работают. Сильные специалисты остались и с советских времен. Да, была кадровая чехарда, когда назначали на должность по звонку, по родству, за деньги. Я с этим буду нещадно бороться. Вот увидите, этого не будет. Я на этот пост пришел не просто отсидеться на почетном месте. Я хочу сделать милицию как раньше в 80-90-е годы. А с бандитами проблем нет у нас, они уже не показываются.

- Но Камчи Кольбаев ходит свободно по Чолпон-Ате…

- У него тоже есть Конституционные права. Он там родился и вырос. Пока по нашей информации он не совершает никаких преступлений. Ребята работают, отслеживают ситуацию.

- Многие преступления остаются не раскрытыми. Это непрофессиональная работа или заинтересованность умолчать, прикрыть, завуалировать совершение преступления?

- Любое резонансное преступление можно раскрыть. Раньше, когда прикрывали преступления, в этом были заинтересованные лица. Далеко за примером не надо ходить, когда я раскрыл дело по подброшенным отрезанным пальцам Медету Садыркулову, мне Бакиевы открытым текстом сказали приостановить расследование и вообще заняться хозяйственной деятельностью. Но такого при мне не будет. Все резонансные преступления я буду держать на контроле.

- Но согласитесь, есть такие милиционеры, которые готовы из обычного гражданина, слегка оступившегося, сделать уголовника, если его родные и близкие не заплатят им.

-  Сегодня в городе уже такого нет. Но если будут, граждане должны знать - у МВД есть свой сайт, куда можно писать. Есть служба «102», там все сообщения записываются. Пусть кыргызстанцы звонят, оставляют сообщения. Служба бесплатная, по всем областям работает. Ваши жалобы будут на моем столе. Если никакой реакции нет, никаких мер не предпринято, звоните в приемную. Я лично буду разбираться с каждым случаем.

У нас есть служба собственной безопасности. И хочу предупредить, никого из своих сотрудников жалеть не собираюсь. Кстати, с момента моего назначения мы уже 8 милиционеров-наркоманов уволили, двоих за торговлю наркотиков задержали, и еще одного за взятку.

- А как такое возможно - милиционеры-наркоманы?

- Некачественная подготовка сотрудников. Раньше, когда меня в милицию принимали, проверяли полгода очень тщательно. Сейчас такого нет, поэтому много случайных людей. Сейчас я поставил конкретные задачи. Вот увидите, уже через полгода ситуация в МВД будет кардинально меняться. Внутри министерства есть коррупционные схемы, потихоньку я их распутываю. Безболезненно, чтобы никому обидно не было. Многие понимают, что я не отстану, и со мной такие вещи не проходят. Они даже не пытаются ко мне зайти, чтобы переговорить, пообещать ежемесячную «отметку». Поэтому многие сворачивают свои коррупционные движения, поборы денег и т.д.

- Сами не хотите включиться в эту коррупционную систему?

- Нет, я никогда не был сторонником такого. Мне это ни к чему. Я самодостаточный человек.

- Для чего тогда вы пришли на этот пост?

- Я хочу вернуть кыргызской милиции авторитет. Сделать ее по-настоящему народной. Чтобы она не была коррумпированной. Хочу вернуть уважение граждан к нашей милиции. Не все милиционеры безграмотные и безмозглые, многие закончили с отличием школу милиции, вузы. Но многих нужда заставила брать взятки. Если бы вы видели, в каких условиях живут милиционеры! Я возил в прошлом году лидеров депутатских фракций в общежитие к столичным милиционерам, показал, в какой нужде они живут со своими семьями. А ведь милиционеры, это те, кто призван помогать людям в самой трудной ситуации. Как они могут эффективно помогать, если их не уважает население, не уважает государство, да и они сами себя перестали уважать. Поэтому сотрудники милиции должны  начать сами себя уважать. А для этого надо поднять им зарплату, обеспечить квартирами, чтобы они не думали, чем накормить свою семью, а думали, как защитить граждан от бандитов и хулиганов. 

  Интервью вела Лейла Саралаева.

 ис Турганбаев: «Я жесткий человек, но справедливый»

Вокруг генерал-майора милиции Мелиса Турганбаева сегодня много слухов и критики. И не удивительно, авторитет милиции среди народа все эти годы независимости постоянно падал. Поэтому легче поверить в негатив вокруг милиции, чем надеяться на позитивные изменения.

Однако сам новоиспеченный министр внутренних дел полон оптимизма, он уверен, что ему удастся преломить ситуацию. Каким образом? Об этом он рассказывает сам в своем первом интервью нашей газете.

- Мелис Токтомамбетович, с каким настроением встречает 90-летний юбилей кыргызская милиция?

- Настроение боевое. Я начал работу с рабочей поездки по югу страны. Конечно, везде есть большие проблемы - и социально-бытовые, и зарплата мизерная, и кадровые проблемы. Мы решаем их пошагово, в каждом регионе. У меня было в запасе 100 сотрудников в центральном аппарате. Мы их направляем в регионы. В Ошскую область переведены 19 участковых и сотрудников ИДН. Там сформировали новые ГОМы.  В перспективе и в Джалал-абадской области откроем два новых ПОМа. В Баткене положение намного улучшилось. На месте решили проблему, увеличили их штат на 25 новых сотрудников. Обеспечили их транспортом. Но больше всего меня расстроило, что 100 сотрудников СОБР в этой приграничной области дислоцируются в арендованном помещении. Мы решили укрепить этот район и перекинули сюда для постоянной дислокации 100 сотрудников спецназа. Я переговорил с губернатором Баткенской области, он выделил 50 га земли, в ближайшее время начнем строить новые казармы.

- А деление на северян и южан в милиции осталось?

- Два года назад, когда я возглавил УВД в Бишкеке, это деление очень сильно чувствовалось. Но все от руководителя зависит. Я этот вопрос сразу жестко поставил, и сегодня в Бишкеке в среде милиционеров об этом делении по регионам уже забыли. Думаю, и по республике скоро так будет. Я также выступил против продажи должностей, присвоения званий и медалей за деньги и по признакам землячества.

- Это было наследие Жаныша Бакиева?

- Мы не можем все проблемы списывать на Жаныша. Процесс развала милиции начался намного раньше него. Началось все с развала Союза. При Кутуеве еще милиция держалась до 1999 года, а после его ухода началась частая смена руководства и постепенно милиция пошла по пути деградации. Плюс власть начала использовать милицию как инструмент против народа на митингах, на акциях протеста. Милиция, как говорится, уже два раза по башке получала. Наверно хватит уже? И милиция поняла, и народ понял, что так продолжаться не должно. Президент Атамбаев, когда назначал меня в город, прямо сказал: «Мне не надо, чтобы милиция меня защищала. Надо народ защищать. Главное, чтобы милиция стала народной».

- И тем не менее вы довольно жестко разогнали последние пару митингов молодых гражданских активистов… А как же свобода собраний?

- Разгон проводят по-другому, когда применяют спецсредства, газ, дубинки. Мы просто призвали к порядку группу бездельников, которые мешали законопослушным бишкекчанам. Согласитесь, все горожане хотят тишины и покоя. Прежде чем пойти на такой решительный шаг я анализировал ситуацию, мониторил, как сейчас модно выражаться, настроения различных слоев населения, опрашивал и бизнесменов, и пенсионеров, и торговцев, и учителей, и даже бомжей. Все в один голос и очень категорично заявили, что им надоели эти митинги. Как только появляется информация, что что-то будет, так весь город дрожит в ожидании. В этом году весной такая нервозность была, детей в школу не пускали, магазины в центре Бишкека позакрывали, торговцы свой товар вывезли. Группа горожан, ко мне на встречу приехала, требовала, чтобы мы обеспечили в городе покой и порядок. Одна бабушка дозвонилась, говорит: «Слушай, генерал, ты когда порядок наведешь? Когда мы будем спокойно по улицам ходить?» Да, есть у нас закон о митингах, но зачем народ в страхе держать? Зачем нагнетать ситуацию? Площадь Ала-тоо у нас вообще в митинговый центр превратилась. Вот вы когда приезжаете в другую страну, в другой город, куда в первую очередь идете?

- В центр, конечно, на площадь.

- И я тоже, и другие люди также. Площадь – это визитная карточка города. Каждый день в Бишкек приезжают сотни людей из регионов, с детьми, они хотят полюбоваться достопримечательностями. Сфотографироваться на фоне флагштока, увидеть солдат караула. А тут толпа стоит, чего-то кричат, требуют. Я хожу на все митинги, и точно знаю, что из ста человек только 30 понимают суть проблемы, остальные нанятые за деньги или зеваки. Плюс среди них обязательно процентов 30 - мародеры, которые только и ждут, чтобы поживиться во время погромов.

- То есть вы предупреждаете гражданских активистов и любителей митинговщины, что церемониться с ними не будете?

- Я могу заявить, что никому не позволю нарушать права кыргызстанцев на спокойную жизнь. Мои ребята будут смело задерживать и сразу же в суд отвозить. Пусть суд выносит решения. Но самая главная проблема того, что народ митингует в том, что местная власть не работает. Я поставил вопрос ребром, чтобы не сталкивали милицию с народом. Электроэнергии нет, воды нет, суд принял не правильное решение, люди тут же идут митинговать. Хорошо, у нас демократия, пусть народ выходит на митинги и протесты, но пусть представители местной власти к ним выходят, выслушивают все претензии и разъясняют, почему происходит так и кто виноват. Если народ выйдет на митинг, и будет высказывать недовольства по поводу работы милиции, я лично выйду к людям, буду их слушать и принимать меры. Я за свой участок работы несу личную ответственность. И если каждый руководитель будет нести ответственность за свой участок, у нас митингов и сложных ситуаций будет в разы меньше. Недавно только в Кемине задержали 70 большегрузных машин. И никто не приехал из минтранса и не объяснил водителям, из-за чего их задержали. Милиционеры пять суток там обеспечивали порядок, бросив свою основную работу, в результате все равно эти машины пропустили. Зачем надо было задерживать? Зачем надо было будоражить народ? Иной раз мы сами себе подножки ставим и неудобства создаем. Поэтому когда сюда на площадь приезжают митинговать люди из Джалал-Абада, из Нарына, из Иссык-куля, я не могу понять,- ЧЕМ ТАМ ЗАНИМАЕТСЯ МЕСТНАЯ ВЛАСТЬ? ПОЧЕМУ НЕ РАБОТАЕТ С НАРОДОМ? Я ездил в Ошскую область, посетил там крупный рынок, разговаривал с простыми торговцами, спрашивал, как работает милиция. И люди рассказывали все как есть, кто незаконно задерживает, кто карманы выворачивает. Но были и те, кто благодарил за хорошую работу, за наведение порядка. Это мой метод работы – постоянное общение с простыми людьми на улицах. Я выезжаю незаметно, обычно никто даже не знает, куда я еду. И достаточно опросить 10-15 человек, чтобы полную картину составить. Я этот метод продолжу и на посту министра.

- Как вы оцениваете боевой дух кыргызских милиционеров?

- Дух нормальный. То, как надо работать я им объяснил. Всем начальникам задачу поставил конкретную. Предупредил с самого начала, что за любой проступок рядового сотрудника будет отвечать начальник. Потому, что за всю милицию перед народом я несу ответственность. Я знаю одно, если первые лица начнут как следует работать, то и подчиненные будут добросовестно работать.

- Вы жесткий человек?

- Да, жесткий, и об этом знают все сотрудники. Но я не только жесткий, но и справедливый. За это меня уважают.

- А вот милицию народ наш, откровенно говоря, не уважает. Могут и погоны сорвать, и камнем бросить в милиционера. Как изменить такое отношение народа к милиции?

- Изменение отношения к милиции зависит от руководителя. Я не хочу критиковать своих предшественников, но какое направление даст руководитель, так и будет вся структура развиваться. Я считаю, надо выходить к народу, объяснять, разговаривать. Не надо бояться собственного народа. Я могу убедить кыргызстанцев изменить это негативное отношение к милиции. Например, сколько месяцев не могли разрешить ситуацию в Саруу? Несколько месяцев никто из власти не мог туда поехать. Почему не ездили, что их кто-то съел бы там или побил? Я вообще удивлен, как можно было ситуацию из пустякового митинга так раздуть? Зачем надо было с самого начала туда силы тащить, чтобы собственный народ запугать? 1200 сотрудников милиции туда пригнали. И что получилось? Ситуация вышла из-под контроля, столько техники испортили, автобусы сожгли. За это судить надо прежнее руководство милиции.

- А как бы вы разрулили ситуацию? Там же бандиты были?

- Да бандитов было несколько человек. Вспомните митинг оппозиции 10 апреля этого года в Бишкеке. Мы с организаторами договор составили. Но там указано было, что митинг будет проводиться только в одном месте. А они начали в других местах кучковаться, создавать напряжения,  поэтому пришлось некоторых локализовать, по закону. А возле самого памятника Горького ситуация была спокойная, люди помитинговали и разошлись.

- Мне очень нравится ваша уверенность. Что вам дает эту уверенность, что вы сможете преломить ситуацию в МВД?

- Я уверен в своей правоте, стараюсь выполнять профессионально свою работу, и потом совесть моя чиста.

- Принято считать, что в кыргызской милиции не осталось профессионалов. Это так?

- Не правда. У нас есть очень сильные ребята, причем молодые, которые показывают отличные результаты раскрываемости, успешно работают. Сильные специалисты остались и с советских времен. Да, была кадровая чехарда, когда назначали на должность по звонку, по родству, за деньги. Я с этим буду нещадно бороться. Вот увидите, этого не будет. Я на этот пост пришел не просто отсидеться на почетном месте. Я хочу сделать милицию как раньше в 80-90-е годы. А с бандитами проблем нет у нас, они уже не показываются.

- Но Камчи Кольбаев ходит свободно по Чолпон-Ате…

- У него тоже есть Конституционные права. Он там родился и вырос. Пока по нашей информации он не совершает никаких преступлений. Ребята работают, отслеживают ситуацию.

- Многие преступления остаются не раскрытыми. Это непрофессиональная работа или заинтересованность умолчать, прикрыть, завуалировать совершение преступления?

- Любое резонансное преступление можно раскрыть. Раньше, когда прикрывали преступления, в этом были заинтересованные лица. Далеко за примером не надо ходить, когда я раскрыл дело по подброшенным отрезанным пальцам Медету Садыркулову, мне Бакиевы открытым текстом сказали приостановить расследование и вообще заняться хозяйственной деятельностью. Но такого при мне не будет. Все резонансные преступления я буду держать на контроле.

- Но согласитесь, есть такие милиционеры, которые готовы из обычного гражданина, слегка оступившегося, сделать уголовника, если его родные и близкие не заплатят им.

-  Сегодня в городе уже такого нет. Но если будут, граждане должны знать - у МВД есть свой сайт, куда можно писать. Есть служба «102», там все сообщения записываются. Пусть кыргызстанцы звонят, оставляют сообщения. Служба бесплатная, по всем областям работает. Ваши жалобы будут на моем столе. Если никакой реакции нет, никаких мер не предпринято, звоните в приемную. Я лично буду разбираться с каждым случаем.

У нас есть служба собственной безопасности. И хочу предупредить, никого из своих сотрудников жалеть не собираюсь. Кстати, с момента моего назначения мы уже 8 милиционеров-наркоманов уволили, двоих за торговлю наркотиков задержали, и еще одного за взятку.

- А как такое возможно - милиционеры-наркоманы?

- Некачественная подготовка сотрудников. Раньше, когда меня в милицию принимали, проверяли полгода очень тщательно. Сейчас такого нет, поэтому много случайных людей. Сейчас я поставил конкретные задачи. Вот увидите, уже через полгода ситуация в МВД будет кардинально меняться. Внутри министерства есть коррупционные схемы, потихоньку я их распутываю. Безболезненно, чтобы никому обидно не было. Многие понимают, что я не отстану, и со мной такие вещи не проходят. Они даже не пытаются ко мне зайти, чтобы переговорить, пообещать ежемесячную «отметку». Поэтому многие сворачивают свои коррупционные движения, поборы денег и т.д.

- Сами не хотите включиться в эту коррупционную систему?

- Нет, я никогда не был сторонником такого. Мне это ни к чему. Я самодостаточный человек.

- Для чего тогда вы пришли на этот пост?

- Я хочу вернуть кыргызской милиции авторитет. Сделать ее по-настоящему народной. Чтобы она не была коррумпированной. Хочу вернуть уважение граждан к нашей милиции. Не все милиционеры безграмотные и безмозглые, многие закончили с отличием школу милиции, вузы. Но многих нужда заставила брать взятки. Если бы вы видели, в каких условиях живут милиционеры! Я возил в прошлом году лидеров депутатских фракций в общежитие к столичным милиционерам, показал, в какой нужде они живут со своими семьями. А ведь милиционеры, это те, кто призван помогать людям в самой трудной ситуации. Как они могут эффективно помогать, если их не уважает население, не уважает государство, да и они сами себя перестали уважать. Поэтому сотрудники милиции должны  начать сами себя уважать. А для этого надо поднять им зарплату, обеспечить квартирами, чтобы они не думали, чем накормить свою семью, а думали, как защитить граждан от бандитов и хулиганов. 

  Интервью вела Лейла Саралаева.

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям