Кыргызча

Сыргак Абдылдаев: «Кыргызстанцы! Ни в коем случае не выходите на майдан!»

14:26, 4 Ноября 2014

Известный кыргызстанский журналист Сыргак Абдылдаев вынужден был покинуть Кыргызстан, спасаясь от бакиевского режима. В марте 2009 года на него было совершено нападение, неизвестные избили его до полусмерти и нанесли 29 ножевых ранения. Это был акт устрашения для всех журналистов, чтобы не смели критиковать и писать неудобные статьи против семьи тогдашнего президента Бакиева. Сыргаку удалось скрыться в Швеции и позже получить статус беженца, а потом и гражданство этого благополучного государства. Недавно он приехал в Кыргызстан в гости. Мы встретились с ним и поговорили о жизни.

- Сыргак, ты не был в Кыргызстане несколько лет. Как тебе страна, как Бишкек?

- За 5 лет город сильно изменился. Это практически другой город, не тот, который я знал. Первое, что меня поразило – это строительный беспредел. Даже мне, неспециалисту, заметно, что строительство идет с нарушением всех архитектурных норм. Это говорит о том, что в городе страшная коррупция. Второе, что никто не думает о дне завтрашнем. Никто не думает о безопасности. Некоторые дома построены так, что тряхнет 7-8 баллов – и дом рухнет или придет в непригодное состояние. Я посмотрел на Бишкек и понял, что у нас все плохо в этом плане. Далее у меня были поездки в Талас, по Чуйской области, по сельским районам. Там ситуация абсолютно другая. Там тишина, как на кладбище, и народ только выживает. В некоторые моментах меня поразило, например, то, что в Нарыне люди не едят мяса неделями.

- А как люди изменились за эти 5 лет?

- Я сравнивал наших людей со шведами, обычных прохожих, с которыми я общаюсь каждый день. Там люди улыбаются, пусть дежурное, но добродушие всегда есть. В магазинах продавщицы, в поездах кондукторы, везде все приветливые. Здесь у людей в глазах я вижу три момента – злость, проблемы и усталость.

- То есть, получается, мы куда-то не туда движемся?

- Получается так. Если брать с точки зрения экономической, то практически ничего не изменилось. Много причин тому, почему все застопорилось, много проблем социального и экономического плана. Но у меня сейчас статус иностранного гражданина и я не могу и не хочу это комментировать.

- Мне кажется, что ты слишком строг. Люди работают, пусть в России, но они высылают деньги родным, строят дома, покупают машины. В целом люди, может, и выживают, но стремятся к лучшему, а не ждут какого-то чуда. Да и неправильно сравнивать кыргызов и шведов. У нас менталитеты разные, история другая была.

- А мы что, глупее шведов? Шведы – они такие же кочевники, как и мы, только морские. Викинги. По менталитету, по мышлению много общих точек. Но в целом мы абсолютно разные народы – и в восприятии мира, и в культурологическом отношении. Но шведы прошли лет 50 назад то, что проходим мы сегодня. В 30-е годы из Швеции за рубеж выехало порядка 1 млн 200 тысяч человек. По официальным данным. Я немного отступлю от нашей темы и поясню, что в Швеции очень тяжело добыть материалы, какую-то информацию по их политической истории. Потому что некоторые моменты они публично стараются не обсуждать, и материалы засекречивать.

- Не хотят муссировать в обществе какие-то свои позорные моменты истории?

- Не позорные, а щепетильные. Например, сами шведы не знают до сих пор, как их власти решали проблемы с компрадорской буржуазией. (Компрадор — местный торговец, предприниматель, посредничающий между иностранным капиталом и национальным рынком развивающейся страны.- ред.) Полтора года назад я вступил в Социал-демократическую рабочую партию Швеции. После этого я поступил в школу молодых социал-демократов, правда, недолго там проучился, по состоянию здоровья, зато получил доступ к партийной библиотеке. И там есть материалы, которые, условно говоря, можно назвать «для внутреннего пользования». Ты можешь прочитать эти секретные материалы, но болтать об этом нельзя. Я болтать тоже не буду, но скажу одно, шведы решали проблемы построения модели шведского социализма радикально.

То, что нам преподносят, что на западе демократия – туфта. В том виде демократия, в котором она существует здесь, в Кыргызстане, она никогда не существовала ни в одной стране на Западе. Там демократия всегда была в рамках закона. А еще точнее, это была жесткая диктатура закона. Сначала идет закон, а потом человек. И там существует четкая система элитарного деления самой власти. У нас элита – это те, кто сидит в парламенте, в правительстве. Они имеют шикарные особняки, у них все блага. А там все наоборот. Как-то на партийном собрании я разговорился с одним товарищем по партии и спросил: «А кто в Швеции считается элитой?» И он ответил, что в парламенте у них сидят неудачники, те, кто не смог себя реализовать в жизни. Может он немного и преувеличил, но, по сути, так и есть. Настоящая элита Швеции сидит не у власти, она сидит в экономике, бизнесе, в очень большой политике, в искусстве, культуре, науке. Она и не лезет в политику, она просто влияет на народ. На социальные настроения.

- Каким образом?

- Их известная писательница Астрид Линдгрен, которая написала много знаменитых книг для детей, столкнулась с таким случаем. Налоговая служба пришла к ней, и начала подсчитывать налоги на прибыль. Получилось так, что эта великая писательница, опубликовав несколько книг, не получила никакой прибыли, еще и должна осталась по налогам. Она написала письмо в парламент и правительство, в котором возмутилась, как же так получается, что, опубликовав свой труд, она осталась без копейки? В то время на интеллектуально-коммерческий труд в Швеции было 80% налогов. А на крупный капитал в Швеции налог 70%. Поэтому оттуда крупный капитал бежит. После ее письма народ поднялся на акции протеста, и рейтинг премьера упал в разы. И получилось, что ряд партий потребовали отставки правительства, начались реформы в налоговом законодательстве. То есть, там скандал с писательницей привет к кризису правительства. Вот фактор влияния самой элиты.

- Показательный пример. Но раз ты говоришь, что у них на Западе не было никогда такой демократии как у нас, получается это правда, что мы в какой-то степени лаборатория?

- Так и есть. Лаборатории геополитических экспериментов существуют в Сомали, Афганистане. Они начали появляться лет 10 назад. Идет нормальная геополитическая борьба. Когда я приехал, меня поразило то, что в городе стало много европеоидов. То есть, когда я уезжал, их было намного меньше.

- Ну, это молодежь подросла.

- Не только, много и приезжих появилось. Я это говорю к тому, что Россия укрепляет свои позиции. Как и американцы. Почему-то на объекте строительства здания посольства США башенный кран высотой в 30 метров оказался в котловане, и видна только его верхушка. Я там специально проехал и посмотрел. Что за бункер они там строят?

- Не знаю, не обращала внимания…

- Все технологии моделирования политической ситуации строятся на опыте тех стран, которые экспериментируют в Кыргызстане. У американцев очень большой опыт и собственный, и опыт проведения таких операций в других странах. У американцев большой опыт моделирования общества, манипуляциями общественным мнением, сознанием и т.д. У нас этого ничего нет. Мы только сейчас начинаем нарабатывать, а пока нарабатываем, проходит время, мы теряем очень многие сильные позиции, такие как государственность, независимость. Я когда изучал историю социал-демократической партии Швеции, многие ключевые моменты понял. У них на самом деле была легендарная элита. Когда я узнал, как они боролись, как решали свои проблемы партийного и государственного строительства, как решали проблемы национальной безопасности, просто снял перед ними шляпу. Я был просто потрясен.

- Что, например, тебя потрясло?

- Шведы сумели построить свою страну из ничего. Шведы к реальной власти пришли после Второй мировой войны, когда сформировали собственное правительство. И первое, с чем они столкнулись, это с тем, что в Швеции уже не было специалистов в экономике, в менеджменте, управленцев не было, потому что полтора миллиона выехало. Был кадровый голод. Нация переживала интеллектуальный кризис. И вот тогда шведы пошли на неординарные, радикальные и красивые шаги. Они сумели вернуть часть интеллектуалов из-за рубежа и убедили их работать на родную страну. Они сумели вернуть даже тех шведов, которые успели сделать великолепную карьеру или сколотить большой капитал за рубежом. Они сумели взять компрадорскую буржуазию за горло и вернуть часть капиталов в бюджет.

- Это в какие годы?

- С 40-х по 50-е. В 1946 году в течение одного дня была полностью закрыта вся граница Швеции – и воздушная, и наземная. А потом вышел парламентский закон о налогах на роскошь, на недвижимость, направленный на компрадоров. Власти сказали, либо вы возвращаете по-хорошему все награбленное, либо будет по-плохому. Как именно по-плохому, я не буду говорить, это секретная информация. Но буквально в течение недели бюджет страны пополнился на 30 процентов.

- У нас такое нереально…

- У нас такое приведет к гражданской войне. Мы не шведы…

- Кстати о возвращении элиты. Что должно произойти, чтобы ты вернулся в Кыргызстан?

- Я не вернусь. Есть объективные обстоятельства, которые от меня не зависят. Первое, 60 процентов здоровья мне восстановила шведская медицина. Мне сделали там 4 операции, ликвидировали последствия нападения бакиевских ублюдков, потом у меня был инсульт. Я поинтересовался, сколько ушло денег, чтобы вылечить непонятного политического эмигранта. Получилось около 80 тысяч долларов только на операции по удалению опухолей после травм. Не считая работы медсестер, медикаментов и прочего. Это все было за государственный счет. Плюс меня посадили на два года на больничный лист. Потому что меня в таком состоянии не возьмет ни один нормальный работодатель. Потому что, если со мной что-то случится, будет отвечать рабочая биржа, которая трудоустроила, и врач, который не досмотрел, и работодатель, который взял такого работника. И проблемы у них будут с профсоюзом, социальными и налоговой службами. А это огромные штрафы. Поэтому им дешевле, чтобы я не работал, сидел на пособии.

- Ясно. Вот мы с тобой понимаем, какое чудовищное преступление совершили Бакиевы в отношении тебя, в отношении тех политических деятелей, которых они «убрали», в отношении тех ребят, которых расстреляли 7 апреля 2010 года. Но у нас есть люди, которые считают, что при Бакиевых было все нормально. И считают, что пора забыть о преступлениях, совершенных Бакиевыми. Неужели у людей такая короткая память? И в праве ли мы это забывать?

- А кто об этом говорит? Это говорят люди, которые что-то потеряли от того режима, либо просто тролли за деньги. Народ все сам знает и понимает. И никому не надо объяснять, где зло и где добро.

- Я думаю, что людям стоит освежить память и разъяснить, что бы нас ждало, если бы не 7 апреля 2010 года.

- Что нас ждало? Во-первых, Бакиевы превратили бы всю страну в свое хозяйство. Мы бы дружно работали на один клан. Второе, если бы своевременно их не снесли, то в последствие у нас была бы страшная гражданская война. Потому, что в большой игре Бакиевы были всего лишь куклами. Кого? Вы все читали документы, опубликованные Сноуденом - переписку посла США с Госдепом. Поэтому сами делайте выводы. Ну, еще момент. Когда начались первые политические убийства, когда убили покойного нашего каскадера Усена Кудайбергенова, я тогда начал анализировать. Плюс через свои источники я получил подноготную Жаныша, с того момента, когда он только начал работать в УВД до 2005 года. И тогда уже вычислил его психологический портрет. Одно могу сказать – Жаныш это глубоко психически больной человек. И, по-моему, он страдает маниакальностью. Если исходить из того, как осуществлялись убийства, с какой последовательностью, складывается впечатления, что человек с головой не дружит. Жаныш методом «тыка» действовал, он убивал и смотрел на реакцию общественности. А потом почувствовал свою безнаказанность. Но надо отметить, что и у Жаныша, и у Максима были неплохие советники. Они прекрасно просчитывали ситуацию. Они знали, если кого-то убрать, будет тишина. Например, с Баяманом так произошло. А кого-то трогать опасались. Или не успели.

- А Усена Кудайбергенова за что убили?

- У покойного каскадера была сильная команда и сильная поддержка среди местного населения. Он перекрыл клапан Бакиевым, когда они обещали своим землякам земли под Бишкеком. А вторая версия, у него был личный конфликт с одним из Бакиевых. А именно с Курманбеком. Потому что Кудайбергенов открыто выступил против него.

- А Руслана Шаботоева за что убили?

- Сейчас идет следствие. Об этом я расскажу позже, как и по нападению на меня.

- У тебя от Кыргызстана такие удручающие чувства. Неужели нет света в конце тоннеля?

- Мне уже сказали, что я патриотизмом не страдаю. Что я превратился в «киргиза». Пусть будет так. Да, я стал другим. Я смотрю на свою родину трезвыми глазами. Бишкек превратился в город дорогих джипов и дешевого пафоса. Люди говорят: «У нас все будет хорошо, все отлично!», но реальных людей, которые будут делать «все отлично», нет ни в городе, ни в селе. Я вижу резкое расслоение население. У нас свыше 90 процентов – бедное население. 8 % - среднее. И 2 % богачей, которые рулят всем. При такой математике, при таком раскладе социальных противоречий, конфликт неизбежен. Хотим мы этого или не хотим. И потом надо признать, что нами правит компрадорская буржуазия. А простыми словами – нами рулит продажное быдло. Надо присмотреться, а кто эти люди, которые рулят экономикой? Это люди, которые привыкли делать деньги на невежестве народа, на его темноте, они воспользовались моментом, как настоящие мошенники и аферисты. Они ничего не построили, они только используют то, что было сделано до них. И на этом они сделали деньги. У них нет ни политического интеллекта, ни опыта госуправления. У них вообще ничего нет, кроме опыта базаркома. И какой нормальный человек скажет, что они построят нормальное государство? Это просто не соответствует их интересам. Их цель одна – продажа национальных богатств.

- А президента ты тоже к базаркомам причисляешь?

- Атамбаев - это первый человек, который задумался о последствиях. Первый президент, который задался вопросом: «А что будет потом, когда меня не станет?» Атамбаева мне чисто по-человечески жалко. Он попал в такую сложнейшую ситуацию. У него нет грамотной, способной системно, на высоком уровне работать, команды. Сейчас команда должна работать кропотливо, вдумчиво, тщательно. И то, что в экономике, то же самое творится во всех сферах – бурелом. И надо все это кропотливо, по крупицам разгребать и аккуратно раскладывать. Как шведы. Им тоже досталось очень тяжелое наследство. Да, Атамбаеву очень тяжело, он много чего делает, но не все получается.

- И нет никакого просвета?

- 20 лет назад был запущен страшный процесс самоуничтожения нации, когда развалился Союз. За эти 20 лет выросло совершенно новое поколение и госслужащих, и новая генерация населения. У них совершенно иные ценности. Именно те ценности, о которых писал американский политтехнолог Ален Даллес в своей работе: «Что надо сделать, чтобы развалить СССР». Он писал: «Отравляйте душу молодёжи неверием в смысл жизни, пробуждайте интерес к сексуальным проблемам, заманивайте такими приманками свободного мира, как модные танцы, красивые тряпки, специального характера пластинки, стихи, песни. Поссорьте молодых со старшим поколением». И вот, пожалуйста, что у нынешней кыргызской молодежи в голове – массовая культура, морально-нравственное падение. Все это уже произошло. Молодежь деградировала. В свое время в 17-18 лет я сидел в библиотеке. Сколько я себя помню, я всегда был с книгой в рука. И так как я, так росло все мое поколение и в городах, и в селах. Так читают сейчас в Швеции. Книги в бумажном виде и в электоронном. Шведы очень читабельный народ. В любом населенном пункте хотя бы один книжный магазин есть. А вы попробуйте отъехать на 100 км от Бишкека и найти хотя бы один книжный магазин. Я сомневаюсь, что вам это удастся. О чем это говорит?

- О многом. Ты считаешь это необратимый процесс?

- Знаешь, как шведы готовят себе замену? В нашей партии всегда заботятся о молодежи, о тех приемниках, которые сменят нынешних лидеров и они продолжат ту партийную линию, которая идет с момента создания партии. Я учился в этой партийной школе и нам давали основы шведской социальной демократии. И они в первую очередь нам вдолбили, что основа всего общества – это средний класс. Средний класс должен быть не менее 55 %. Тогда никаких революций не будет. По моим данным в Кыргызстане около 10% среднего класса. Выводы делай сама.

- А ты как думаешь, у нас очередная революция будет?

- Сейчас главный враг государства – не эта дешевая, дохлая оппозиция в лице Равшана Жээнбекова. На самом деле они – пустота. Главный наш враг – это экономика. Если она бабахнет, загнется вся страна, и народ поднимается. А если народ поднимется, выйдут полевые командиры, обыкновенные сельские ребята, которые никакого представления о государственных интересах не имеют. Начнется бардак по Сомалийскому сценарию. Поэтому, если не изменить экономическую ситуацию к лучшему, то взрыв будет. Я разговаривал с сельчанами, они говорят, что жизнь в принципе не изменилось, только стало немного хуже. И эта тенденция «немного хуже» уже приобрела постоянный характер. Что далеко ходить? Когда я увидел, какие у вас цены тут, я ошалел. А зарплаты и пенсии остались те же.

- И ничего жизнеутверждающего нашим читателям не скажешь?

- Я одно хочу сказать – кыргызстанцы, избегайте конфликта! Не дай Бог разгореться новой революции, нам всем тогда конец. Атамбаев - плохой или хороший, но Атамбаев – это стабильность. Сейчас нужно подтянуть пояса и работать, работать. Что бы ни случилось, на площадь не выходить! На Майдан не выходить! Надо набраться терпения и решать все вопросы чисто политическими методами, договариваться языком. Я знаю одно – третья революция – это смерть Кыргызстану. Если народ поднимется, то считайте, что Кыргызстан с политической карты мира исчезнет.

Лейла Саралаева, фото Абылая Саралаева  

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям