Кыргызча

Вся правда об НПО. Между тоями, понятиями и правами человека

18:08, 1 Ноября 2014

Сеть Неправительственных Организаций в Кыргызстане – вещь неслабая и разветвленная, вполне может претендовать на роль «теневой власти» и периодически «делает погоду» по части общественного мнения.

Вот и сейчас вокруг закона «о статусе иностранных агентов и общественных объединений без регистрации» разгорелись нешуточные страсти. НПО-шники организуют акции и собирают пресс-конференции, потому что узрели в ряде нелиберальных новых законах угрозу своему существованию (разумеется, трактуется она как угроза правам человека). А в обществе определенного мнения нет, просто потому, что нет простого и ясного понимания ситуации.

«Скромный» и «незатейливый» заголовок этого текста может, конечно, вызвать раздражение у некоторых читателей. «Вся правда» - понятие необъятное. Однако в общих чертах наша попытка без эмоций и трескучих разоблачений ответить на самые острые и неприятные вопросы наверняка для многих прояснит ситуацию. И поверьте, ответы эти не будут однозначными.

Почему НПО живут на деньги западных организаций и продвигают ли интересы Запада?

В основной своей массе – да. Именно на деньги западных организаций: США, Британии, стран Евросоюза и иже с ними и под ними. Причина очень простая и очевидная. Потому что прочие структуры (пророссийские, к примеру, или умеренные, прогрессивные исламские) не имеют такого масштабного финансирования программ, нацеленных на усиление собственного влияния. То есть, что-то они там финансируют, но скромно и не всегда со вкусом.

Одним словом, наши НПО, в основном, действуют на средства западных фондов потому, что больше им никто особо ничего не дает. Они бы работали на прочие средства, поверьте, с удовольствием бы работали. И государственные гранты бы осваивали, возможно, даже вполне эффективно, и помощь от соседних стран принимали бы охотно. Но нет их, этих средств. А бесплатно работать мало кто может себе позволить, к тому же водопровод бесплатно не проведешь и детям лекарств за идею не купишь (а этим тоже у нас зачастую НПО занимаются).

Вопрос второй – а продвигают ли НПО западные интересы?

Напрямую – очень редко. Косвенно – безусловно. По части ценностей, установок, приоритетов. Ибо где вы видели фонд, который будет что-то финансировать, не рассчитывая на лояльность к своим целям и интересам? Если не ради продвижения своих идей, распространения влияния, то для чего тогда разбрасываться деньгами в странах третьего мира? Каким образом они это делают – тема для отдельного разговора, но механизмы просты, лежат в плоскости кадровых вопросов и способов обучения.

Почему неизбежны перекосы?

Теперь, насколько это полезно для нас. Однозначно ответить невозможно (своими глазами видела детей, из так называемых уязвимых словев, которым помогли НПО, назвать подобные структуры деструктивными язык не поворачивается). Имеется одно «но». Где вы видели хоть одну страну третьего мира, которая на деньги этих самых фондов развилась, окрепла, а не свалилась в хаос окончательно? Что-то не пестрит карта мира подобными примерами. К сожалению…

Сами нпо-шники – тоже не роботы. Не надо все объединения сваливать в одну кучу и рассматривать в одной плоскости. Многие организуются на местах ради решения местных, кыргызстанских проблем (а их у нас ох, как много), ищут гранты, и целью ставят именно помощь согражданам. И работают ради этого, и действительно помогают. Поэтому огульная травля, разыгравшаяся на страницах СМИ – это не полезный процесс для многих и многих вполне отечественных интересов.

Тут, конечно, можно задать вопрос «кто виноват?». Кто виноват в том, что у нас водопровод и электричество в отдаленные села проводят западные фонды? Если бы не было нужды в питьевой воде, не было бы и грантов. Кто виноват в том, что у нас помимо судебной системы еще необходима система правозащитных мер? Был бы суд компетентным и справедливым, отсутствовала бы ошеломляющая коррупция – не было нужды в армии правозащитников. Слабость государственной власти – налицо. ГОСУДАРСТВЕННОЙ, прошу отметить, включающей все ветви власти – законодательную, исполнительную, судебную – прошу не путать с президентской. Чем слабее в стране государственная власть, чем невнятнее информационная политика государства и глубже коррупция, тем сильнее криминалитет, авторитетнее клановые лидеры и активнее гражданский сектор. Так и живем, по понятиям, между тоями и митингами за права человека.

Почему не слышно возмущений новыми законами от российских НПО?

Не слышно, это правда. По той простой причине, что не существует НПО, работающих на российском капитале. Есть пара фондов, которые по скудости пожертвований и финансирования могут разве что пять журналистов на неделю поселить в общежитии и позволить им поработать с московскими профессионалами в рамках повышения квалификации, и то, если принимающая сторона за жилье и питание заплатит. Или сайт запустить, который или будут бесплатно оформлять энтузиасты, или заполнят перепечатками из других изданий, потому что денег на гонорары авторам никто не выделяет.

Есть Россотрудничество, которое не финансирует вообще ничего, кроме своих культурных мероприятий. Есть местные объединения, именующие себя пророссийскими и мечтающие о том, что их профинансируют. Но их не финансируют. И даже не обещают. Есть некий государственный проект Москвы «Русский мир», ни денег, ни действий которого в Кыргызстане ни слуху, ни духу.

В социальной сфере НПО, работающих на российских деньгах, нет. В малом бизнесе – нет. В культурном пространстве – нет. Фильмов не снимают, политтехнологов на постоянной основе не нанимают и акций не проводят – разве что ко Дню Победы, при поддержке все тех же местных энтузиастов. Нет у России сети НПО зарубежом – по факту. И говорить о некоей борьбе именно в этой сфере – абсолютно бессмысленно.

И на сегодня, в отличие от прагматичного, целеустремленного Запада, у России нет продуманных проектов об усилении своего влияния на постсоветском пространстве. А влияние, безусловно, есть. Потому что регион двуязычный, приличный процент населения понимает русский язык, и российское телевидение доступно повсеместно. Оно и формирует общественное мнение, а никак не НПО. Потому и не слышны возгласы «российских НПО», которых не существует в природе.

Почему НПО против Таможенного Союза?

На этот вопрос исчерпывающе ответила известная правозащитница Толекан Исмаилова, на большой пресс-конференции, 15 октября.  «Потому, - сказала она, - что партнеры по ТС – сплошь тоталитарные страны. У них там гей-пропаганда запрещена». «Но позвольте, объединение ведь экономическое, - парировали журналисты, - мы же не выживем без экономического партнерства, и на всех ориентироваться не получится, нужно определяться, иначе рост экономики невозможен…» «Ростом экономики пусть правительство занимается, пусть что хочет, то и делает - ответствовала правозащитная дама, - А наш приоритет – права человека. Нет у нас врагов, нет друзей, есть только принципы, и мы нашу свободу не отдадим. А если кто-то попытается куда-то там вступить без консультаций с гражданским сектором (видимо, с самой Толекан Исмаиловой в первую очередь, ред.), то пусть едет, куда хочет. В Россию или в Беларуссию, или в Туркмению».

Правозащитники грозили новой революцией, жаловались на шельмование, предупреждали журналистов о судах и ответственности (а ведь раньше за свободу слова боролись, теперь о ней не слышно, журналисты превратились в оппонентов, ибо гражданский сектор массово хвалить перестали), требовали отозвать новые законы, в том числе тот самый, скандальный, о запрете гейской пропаганды. На вопрос «Что вам так сдались эти нетрадиционные граждане?» ответом было: «Это – фундаментальные права человека». Весь парадокс в том, что нетрадиционно ориентированными гражданами никто у нас особо и не интересовался, пока они не начали активно бороться за свои нетрадиционные права. И еще в том, что права распущенных подростков и молодежи в выборе сексуального партнера в какой-то момент стали для гражданского сектора важнее права всей остальной страны на шанс духовного, экономического и социального развития. Вот в чем самый главный камень преткновения в нынешнем конфликте общества и НПО.

Что делать?

Хорошо быть журналистом в Кыргызстане, можно бесплатно раздавать властям советы, поэтому позволим себе некоторые рекомендации.

Во-первых, закон о статусе иностранного агента действительно немыслимо сырой. Грести под одну гребенку все НПО, различая их только по одному принципу – чей капитал они используют – нельзя. Эдак – в чем нпо-шники правы – можно и парламент с правительством подвести под подобный статус, ибо там задействовано немало иностранного капитала. Надо отчетливо понимать, кто у нас, чем и с какими целями занимается. Это потребует кропотливой работы ряда ведомств, но будет намного лучше, чем наломать дров.

Оно, конечно, весьма не хорошо, что у нас в стране хозяйничают все, кому не лень, но начать наводить порядок с того, что отобрать у некоторых больных детей последний шанс на лечение, у сельчан – надежду на питьевую воду, а у малоимущих подследственных – адвокатов будет как-то ну уж совсем не умно. Закон нужно доработать.

Во-вторых, нужно четко понять, что внешнее влияние перестанет делать погоду в Кыргызстане, когда у нас собственная власть обуздает коррупцию, встанет на ноги, найдет выгодные экономические решения и создаст свою информационную политику. В своих интересах. А запрещать что-либо, если нет взамен ничего своего – контрпродуктивно. И так будет всегда.

Светлана Бегунова  

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям