Кыргызча

Жоомарт Сапарбаев: «Да, я торпеда «Ата-Мекена» и не скрываю этого»

02:18, 24 Сентября 2014

Депутат фракции  «Ата-Мекен» Жоомарт Сапарбаев самый молодой действующий депутат. Место в парламенте он получил в 25 лет. Сейчас ему 29, у него свой кабинет в Жогорку Кенеше, личный помощник и служебный автомобиль. Кроме визуальных атрибутов парламентера, за его плечами отправка в отставку целого кабинета министров под руководством Омурбека Бабанова, когда молодой депутат озвучил информацию о вручении подарка премьеру в виде породистого скакуна.

О том, ждать ли общественности очередных разоблачений от молодого депутата, а также, что он думает о парламентаризме, о молодых политических активистах и планирует ли баллотироваться в депутаты, наше интервью с Жоомартом Сапарбаевым.

О пути в политику

- Жоомарт, ты стал депутатом довольно в молодом возрасте. Многие к этим годам только ума-разума набираются. Как считаешь, ты на своем месте?

- Если говорить о лично моем восприятии, то я скажу, что мне нравится заниматься политикой. Я уже 10 лет ею занимаюсь. А на своем ли я месте? Оценку должны дать избиратели…

- Объясни обычному обывателю, чем занимается кыргызский депутат парламента?

- У депутата три основные функции – законотворчество, контроль над тем, как работают законы, и третье, это работа с избирателями. Это классические функции. Но учитывая нашу реальность, депутатам приходится заниматься и социальными вопросами - от арыков до семейных проблем избирателей, до международных отношений и обороны.

- И, тем не менее, в народе вас называют бездельниками…

- Во-первых, в любой стране, даже с самой развитой системой парламентаризма, народ не любит депутатов. Я долго не понимал, почему это происходит. Было обидно слышать про себя такое, что я бездельник. А потом понял, это происходит потому, что кыргызский парламент является самым открытым органом из всех госструктур. У нас все нараспашку: и расходы, и автомобили, и семейные отношения, все выносится на общественный суд. И конечно это вызывает в какой-то мере негатив. Это первый момент. А второй – качество Жогорку Кенеша. Надо признать, что это наш первый созыв при парламентской системе. Ошибки есть, собрались не самые лучшие депутаты. Но мы пытаемся работать. А называть себя бездельником я не могу. У меня много бумажной работы, на все письма надо ответить, решить множество проблем, лично встретиться с людьми. А наши избиратели хотят, что депутат работал с лопатой в руках, прокладывал арык там, где необходимо.

- Для тех, кто мало тебя знает, расскажи, как ты пришел в политику?

- В политику я пришел благодаря вашей коллеге, журналистке Бермет Букашевой. В 2005 году я вернулся после учебы из США и она взяла меня к себе в газету «Лица»  корреспондентом. Познакомила с лидером партии «Ата-Мекен» Омурбеком Текебаевым. Так и был дан старт моей политической карьере. Сначала в партии занимался молодежными делами, был вовлечен в общественные дела. Одновременно возглавлял различные движения  «Антихиппик», «Жебе», «Я не верю», проводил множество акций. Нашей целью была активизация молодежи в общественно-политической жизни страны.

- Какую роль сыграла Америка в становлении тебя как молодежного лидера?

- Я учился год в США. Улучшил свой английский, углубил знания в международной политике. Но взгляды сильно изменились. Когда я уезжал, был ярым либералом. Вернулся уже человеком социал-демократических взглядов.

- Почему с тобой произошла такая метаморфоза?

- Приведу слова из анекдота: «Не надо путать туристическую поездку с нелегальной миграцией». Довелось увидеть либеральную систему изнутри, почувствовать все ее плюсы и минусы, была возможность проанализировать. В данном случае жизнь в Америке сыграла такую роль в становлении меня как социал-демократа. Теперь я к либерастам не отношусь (Улыбается). Для Кыргызстана либерализм чужд.

- Тебе удалось проделать большой путь от уличного гражданского активиста до депутата парламента всего за 10 лет. Как ты думаешь, любой молодой человек в Кыргызстане может пройти этот путь?

- Может. Все зависит от самого молодого человека. Во-первых, решиться ли он пройти этот путь. А во-вторых, по какому именно пути он пойдет. Добиться успеха в политике можно, но пути к успеху разные. Есть тернистый - наш путь. Так как мы активничали в самое сложное время – время правления Бакиевых. Нас арестовывали, избивали, родственников увольняли. Сейчас намного легче, сейчас можно даже сказать раздолье для критики. Я думаю, одно из главных достижений 7 апреля это свобода слова и действий.

О молодых активистах

- Сейчас много молодых активистов, которые громко заявляют о себе. Это Адиль Турдукулов, Аскар Мавлянов и другие. Та борьба, которую вели вы в условиях бакиевского режима, и те акции, которые проводят они при Атамбаеве, отличаются?

- Да, отличие есть. Не дадут соврать мне ребята, с которыми мы тогда работали и даже тот же Адиль Турдукулов, примкнувший к нам  в 2006-2007 годах, тогда заниматься оппозиционной деятельностью было опасно для жизни. Нас выслеживали, когда мы возвращались с наших акций поздно вечером и избивали, могли посадить на двое-трое суток, на родственников устраивали гонения, шли угрозы, преследования. В то время нам отрезали даже доступ к информации. Я открывал сайт, пытался туда размещать какие-то политические оппозиционные статьи против Максима Бакиева, а на следующий день сайт блокировали спецслужбы. В то время нам обрубали все ресурсы. Финансовой поддержки не было никакой. Любой бизнесмен, который сотрудничал с оппозицией, попадал в черный список и подвергался гонениям. Сейчас такого нет однозначно, потому что я держу постоянный контакт с активистами. Сейчас намного легче. Полный доступ к информации, интернету, соцсетям.

- Адиль Турдукулов критически высказывается по любому поводу, начиная от фильма про Куманжан Датку, заканчивая выступлением президента. Насколько конструктивна его критика?

- Я не хочу оценивать его слова и действия. Но повторюсь, у всех есть выбор, по какому пути идти. У нас была конкретная цель – свержение режима Бакиева. Мы никогда не разменивались, не шли на переговоры, нас нельзя было подкупить, или запугать. У нас не было цели прийти во власть, хотя руководители разных органов нас пытались тогда переманить. И были предложения войти в команду Максима. Мы хотели показать зубы этому преступному режиму. Если говорить о нынешних активистах, то я не знаю какая у них цель. Если говорить об акциях, сапоги Шералы и прочее, то креативность конечно радует. Мы тоже в свое время забрасывали офис Всемирного банка яйцами, когда они хотели затащить страну в невыгодный проект Хиппик. Но у нынешних активистов я пока четко вижу одну цель – прийти к власти. Их путь намного легче – засветиться в обществе, для этого они превращаются в ньюсмейкеров, проводят какую-то акцию, а потом ждут выгодных предложений. Я надеюсь, что  ошибаюсь, но мне кажется, что у ребят именно такой уклон.

- А тебе не кажется, что они просто нивелируют ту деятельность, которой занимались вы с риском для жизни, превратив оппозиционную борьбу в шоу?

- Я вспомнил момент, когда мы, молодые активисты, ездили на могилу Манаса в Талас, когда узнали, что там ведутся незаконные раскопки. Вот тогда нас реально могли убить и закопать в неизвестном месте и тела бы не нашли. Помню, тогдашний спикер Мадумаров буквально рвал на себе волосы, требуя нашего ареста. Мы тогда шли на риск и осознавали, что это опасно. Что касается акций нынешних лидеров – нивелируют ли они, или манипулируют, я не хочу им давать оценок. Достаточно просто сравнить по содержанию их акции и наши, чтобы было ясно.

- Говоря о том, что вас пытались перекупить, хочется спросить об одной истории, которая ходит из уст в уста. Якобы Адиля Турдукулова в свое время перекупил Жаныш Бакиев, и Адиль даже в свою очередь попытался перекупить тебя. Ты эти деньги взял, а потом прилюдно бросил их Адилю заявив, что вы не продаетесь. Было такое?

- Была такая история. Это было перед апрельскими митингами в 2007 году. Адиль со своими друзьями предложил деньги, чтобы мы не выходили на митинги. Я взял деньги, потом на собрании активистов бросил их и рассказал, что это за деньги и кто мне их дал. Там было около 1000 долларов. Тогда у меня контракт в университете был 400 долларов за год. Если бы я взял эти деньги, мог бы оплатить за два с половиной года учебы. Но я не взял, и ребятам сказал, чтобы не продавались.

- Но ведь люди как правило не меняются с годами. Тебе не кажется, что Адиля по-прежнему спонсирует Жаныш Бакиев?

- Я не знаю, поэтому не могу комментировать. Но надо смотреть не на слова человека, а на его прошлое, на его действия. Сейчас я не хочу ему давать оценку. Единственное мне импонирует, что есть активная молодежь, которая не боится высказывать свою точку зрения. Но методы, перекупать, продавать своих, я не приемлю. После этого случая  мы с ним не контактировали.  Слышал, что его назначили в посольство Японии. Но я для себя сделал выводы и знаю, что это за человек.

О своей роли «торпеды»

- Давай вернемся к твоей персоне. Многие называют тебя «торпедой» Текебаева. Ты согласен?

-  Если от моих слов, от моих действий борьба с коррупцией и преступностью усилится, то пожалуйста, называйте меня хоть «ракетной установкой». Ради этого я готов быть «торпедой». И дело не в Текебаеве, а партии. В «Ата-Мекене» я уже 10 лет. С партией мы прошли через многое, через хорошее и плохое, через опасное и веселое. Поэтому наши мнения, наши позиции во многом сходятся.

- Недавно Каргалбек Самаков вышел из партии «Ата-Мекен», сделав громкое заявление и раскритиковав партию, сказав, что вы продались за места в парламенте и успокоились. Ты согласен с его критикой?

- Это его мнение. Пусть докажет, что это так. Пусть борется, пусть не продается за места, пусть открыто выйдет на тропу политической войны.

- Он был идейный ваш соратник или просто «кошелек»?

- Он был активным членом партии в определенные периоды времени.

- У нас в среде журналистов ходят слухи, что он очень богатый и даже некоторым лояльным журналистам дарит целые участки земли. Это так?

- Я про это не слышал. Но про него я знаю, что он состоятельный человек, сформировавшийся политик и бизнесмен. Думаю, у него проблем с финансированием нет.

- Какими качествами должен обладать молодой лидер, политик, чтобы достичь своей цели? Ведь соблазнов свернуть очень много.

- Не буду претендовать на истину, но у меня есть своя формула. Во-первых, я пытаюсь ходить по земле, не витать  облаках, не терять чувства объективности, быть ближе к простым людям. Я заметил такую тенденцию, некоторые, как только становятся депутатами перестают даже пешком ходить. Во-вторых, если ты работаешь в одной команде, нужно доказать, что ты достоин работать в этой команде, что ты достоин быть лидером. Когда мы работали с молодежью, мы все проходили вместе и праздники, и похороны, мы были как семья. Было абсолютное доверие. В-третьих, постоянная работа над собой. Если мы говорим о лидере, он должен стараться быть примером. В четвертых, образованность и знание языков просто необходимо. Сейчас я замечаю, что маргинальность в Кыргызстане  становится модой. В нашем обществе уважают не образованного, принципиального человека, а именно маргинального, у которого есть связь с криминальным миром.

- И все-таки ты однажды обманул своих избирателей, когда сказал, что пойдешь в горкенеш, а после выборов не пошел.

- Да, я не пошел. Цель была такая – хотелось поработать в мэрии. ОТ партии было предложение такое, если возьмем места, тогда пойдем работать в мэрию. Но, к сожалению результаты выборов были не очень, нам не то что место мэра, должность акима не светила, поэтому я остался в парламенте.

- Получается тебя и твой чистый и честный образ просто использовали?

- Да, и я не был против этого. Ситуация была тяжелая и я все осознавал. Цель была постараться протащить партию на выборах.

Об ОПГ

- Ты сказал, что сейчас люди ценят причастность к ОПГ. Недавно убили некоего криминального авторитета Джин, который был членом вашей партии. И именно в это время ваша партия заявляет о недопустимости участия ОПГ в политике и во власти. Как это сочетается?

- Если говорить конкретно об Алтынбеке Арзымбаеве, так звали Джина, то о нем как о криминальном авторитете я впервые услышал, когда был студентом, но никогда не видел его в лицо. Я не знал, что он до сих пор жив, что он обосновался в Каракуле, женился, остепенился и стал местным любимцем. Получилось так, наши каракульские активисты взяли в партию уважаемого местного жителя, потому что у него были деньги и влияние. Никто не знал, что это он и есть тот самый Джин. Но когда в партии узнали, сразу же приняли решение отозвать его. Я бы назвал это технической ошибкой. Мы не углядели, не проверили. Было горячее время, когда готовились к выборам в местные кенеши, и партии буквально раздирали местных лидеров. Но если говорить об ОПГ, то наша партия и перед выборами в парламент заявляла о своей непримиримой позиции в отношении к преступности. После того как мы пришли в Жогорку Кенеш президент Атамбаев поддержал нашу инициативу, очень активно начал эту борьбу вначале. Но сейчас, к сожалению, эта борьба затормозилась и пошла в обратном направлении.

- То есть от власти все идет?

- Говорят, что судьи виноваты, они у нас слишком независимые. Но у президента Трумана была такая цитата: «Я последняя инстанция». И эту аксиому администрация президента доказывала не раз, что они последняя инстанция. Они же могли повлиять, когда провожали как дорогого гостя Батукаева, или освобождали Кольбаева. Ведь не для кого не скерет, что Президент КР как главнокомандующий курирует прокуратуру и ГКНБ.

- ТО есть вы считаете , что он должен был сделать по этому поводу какое-то заявление или волевым решением остановить приговор Кольбаеву?

- Хотя бы сделать заявление. Но заявления он не делал. Что сейчас просходит? Кольбаев на свободе, и чувствует себя довольно вальяжно на Иссык-куле. Батукаев в России, и точно уже не вернется. Я просто не вижу результатов броьбы с преступностью.

- Ты хочешь сказать, что власть может как-то использовать этот ресурс – криминал, в политической борьбе?

- Я не знаю будет ли эта власть использовать. Но прежняя власть активно использовала. Я также констатирую факт, что все главные бандиты на свободе, а как они будут себя вести на парламентских выборах, время покажет. Но у нас есть печальный опыт использования криминальных авторитетов в политических целях, к примеру во времена Бакиева, запугивали оппонентов.

- А как мы узнаме, что нынешняя власть действительно использует криминальных атворитетов на выборах?

- Это будет явно видно. У нас максимум две-три крупные криминальные группировки. И будет видно на кого они будут работать, за кого лоббировать.

- Чего нам, кыргызстанцам, ждать громкого и разоблачительного от «Ата-Мекена» в новом политическом сезоне?

- Пока громкого ничего нет. Это ошибка думать, что мы «Ата-Мекен» любим скидывать правительство. Мы любим скидывать воров. Много критики во отношении действующего правительства, я лично не доволен определенными моментами. Но если будут выявлены какие-то факты коррупции, злоупотреблений, мы не посмотрим, что Жоомарт Оторбаев имел отношение к нашей партии. Пока таких фактов нет. Есть слабая работа, есть недоработки. Но оценку будет давать Жогорку Кенеш. Н сенсационного пока нет.

- Сегодня возникла такая патовая ситуация – в Оше нет света, энергоносители дорожают, все боятся предстоящей зимы. Как ты думаешь, будет оппозиция использовать эти моменты?

- Она должна это использовать, она же оппозиция. Но она должна предлагать альтернативные варианты. Но пока я не вижу активных действия. Политический сезон только начинается, и мы наверно услышим.

- Расскажи о своей семье.

- Я женат. Супруга банкир, сейчас в декретном отпуске. Сыну 6 месяцев, дочери 4 годика. Супружеская жизнь меня очень изменила, понимаешь что такое отцовская любовь и как она нужна детям.

- В свободное время чем занимаетесь?

- У меня стандартный мужской набор. Я дважды в неделю играю в футбол по три часа. А в свободное время выезжаю с друзьями на рыбалку. Читаю политическую аналитику в основном в интернете. Сейчас я увлечен ситуацией на Украине. У меня там друзья, я таи был неоднокартно. Пытаюсь читать и анализировать обе стороны и пророссийскую и проукраинскую. Обидно, что со страной такое сделали.

- Как ты думаешь, ситуация проецируется на Кыргызстан?

- Надо понимать, два больших игрока меряются мускулами. Это может произойти в Кыргызстане, потому что здесь есть и влияние России, и влияние США. Просто в какой форме все это будет неизвестно. Но на постсоветском пространстве эта борьба будет усиливаться.

- Если начнется  у нас, какую сторону Кыргызстану следует принимать?

- Это очень трудный вопрос, на который я до сих пор не могу найти ответ. Мне очень нравится позиция Монголии, как она строит отношения с большими державами. Их концепция внешней политики третьего соседа.

- У Монголии есть медь и другие ископаемые. Она может заинтересовать больших игроков, чтобы они считались с их мнением.

- Мне импонируют монголы своей позицией, своими действиями. Я был там пару раз, общался с президентом, депутатами. Все они говорят на двух-трех языках. Современный взгляд к экономики, бизнесу, все владеют информацией. И я сравниваю с нашими аксакалами, и понимаю, что у нас советский налет очень сильный. Это очень тормозит развитие. Одно из главных отрицательных качеств, который нам оставил Советский Союз это чувство иждивенчества. Пора понять, что мир уже не тот, и надо жить по другим правилам.

- Но советский налет все же охраняет нас от либерализации.

- От дикой либерализации да. Но мы привыкли стагнацию подменять стабильностью. Стабильность это стабильное развитие. А стагнация это просто застой. Конечно без Советского Союза ничего бы не было.

- Не давно президент критиковал парламент. Ты согласен с его критикой?

- Насчет качества парламента я согласен. Но надо признать, это наш первый опыт, есть отсутствие политической культуры, политического опыта. Но не надо обвинять систему. Я думаю мы должны дальше двигаться по парламентской системе. Она ходо бедно создала нам систему сдержек и противовесов.

- Ты пойдешь на следующие выборы?

- Это большой и жирный вопрос. Ни у кого сегодня нет ответа на этот вопрос. Потому что в Кыргызстаге строить планы и делать прогнозы дело не благодарное. Выборы у нас всегда сопрежены с политическим риском. Если будет использован административный ресурс, может быть обратная реакция. Многие политики, которые ставят на административный ресурс очень рискуют.

- Для многих кыргызстанцев голубая мечта стать депутаом. А у тебя какие еще точки роста запланированы?

- Точки роста как политика я еще не решил пойду я дальше в парламент или нет. Но хочу оставаться в политике. В качестве кого пока не знаю. Как человека у меня цель выучить еще два иностранных языка – китайский и французский.

  Лейла Саралаева

© Новые лица, 2014–2015
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям