Абдыганы Эркебаев: «Если бы я отказался возглавить свой род, это было бы беспамятством!»

15:23, 23 Декабря 2014

К регалиям Президента Национальной академии наук Кыргызстана, доктора филологических наук, академика Абдыганы Эркебаева с недавних времен прибавилось еще одно – глава рода тейит. Всю осень общественность страны критиковала сей факт, сокрушаясь, что грядет деградация нации и возврат к родоплеменным отношениям. Сам новоиспеченный глава древнего рода этот факт своей биографии объясняет с научной, даже академической точки зрения. Об этом наше интервью.

- Абдыганы Эркебаевич, часто ли вы ездите к себе на малую родину в село Кара-Тейит?

- К сожалению, не часто, раз в год во время своего летнего отпуска. Село Кара-Тейит – моя малая родина. Там я вырос, окончил школу. Как таковых близких людей там уже нет – отец умер в мои два года, мать в три года. Там остались два брата по материнской линии. Но когда происходят какие-то драматические события, я считаю своим долгом приехать в родное село. Например, в 1999 году была бомбардировка нашего села узбекской авиацией во время баткенских событий. Я сразу же приехал к односельчанам. А так я не частый гость в родном селе.

- Этим летом и в начале осени на вас обрушилось много критики в связи с тем, что ваши сородичи избрали вас главой рода тейит. Это правда?

- Правда. К любому событию в своей жизни я отношусь спокойно и взвешенно. Прежде чем согласиться на этот шаг, я долго думал, анализировал, и с полным осознанием и ответственностью подошел к этому вопросу. И вот почему – я никогда не отрывался от своих корней.

- И все-таки, почему вы согласились?

- Исторически нация «кыргызы» состоит из 40 родов, и во главе каждого стоят старейшины. Это общеизвестный факт. Европейцы этот период прошли давно. А мы, переживая родоплеменные отношения, оказались в составе СССР. В советские годы развитие родоплеменных отношений было под запретом и ушло в наше подсознание.

Когда произошла перестройка, впервые в 1986 году, в одном из сел Иссык-Кульской области, состоялось собрание санжырачи – летописцев родословной. С тех пор стали восстанавливаться прежние традиции, люди начали интересоваться своей генеалогией, знать семь своих отцов. И сейчас каждый кыргыз это знает. Многие политики и действующие госчиновники притворяются, что не связаны со своим родом, а сами постоянно ездят на все тои, собрания и курултаи своих родов. Они проводят эти мероприятия пышно – во Дворце спорта, в дорогих ресторанах и прочих местах. А мои сородичи приняли решение пригласить меня в далекий Ляйлякский район, где собрались представители всех областей Кыргызстана, чтобы избрать главой рода.

- Как вы думаете, почему выбор пал на вас?

- Не скрою, я один из тех людей, кого знает весь Кыргызстан. Видимо, тейитцы испытывали какой-то психологический дискомфорт, после того как один из сородичей Курманбек Бакиев так подвел их, они хотели видеть в качестве предводителя рода более достойного человека, с незапятнанным имиджем. И если бы я отказался от их предложения, это было бы предательством по отношению к ним.

- Как проходило мероприятие?

- Это было как собрание, там были главы местной власти, сотрудники спецслужб. На мероприятии я выступил и сказал: «Как бывший государственный деятель, и ныне действующий общественник, ученый-академик, решил принять ваше предложение, так как наличие родов у кыргызов – это научный феномен. Тут нет никакой политики. Мы должны знать свой род и родословную. И не более. Из этого не надо делать политику. Не надо выдвигать никаких политических лозунгов. А поддерживать друг друга в человеческом плане, не забывая свои корни». Я привел пример: «Курманбек Бакиев тоже из этого рода тейит. К сожалению, он оставил о себе плохую память. Но и ныне действующий президент Алмазбек Атамбаев тоже имеет отношение к нашему роду, так как его предки тоже выходцы с юга».

- А что значит быть главой рода в современном понимании?

- В нынешних условиях это исключительно номинальное, родственное и почетное звание. Сородичи обращаются за советом, как поступить в сложной жизненной ситуации. Просят дать благословение. Это в какой-то степени общественная работа, но и большая моральная ответственность перед людьми. Когда я выступал перед сородичами, подчеркнул, что мы должны быть образцом консолидации всех кыргызов.

- Но если вы, Президент Национальной академии наук, возглавили целый род, не начнется ли деление кыргызов по родоплеменному признаку, что может повлечь за собой откат назад?

- Этого не будет. Рыночные отношения и демократия естественным образом прерывают подобное деление. В сегодняшнем мире на переднем плане люди инициативные, образованные, одаренные, а не те, кто чей-то родственник или сородич. А при демократии есть здоровая конкуренция политических идей. Поэтому со временем мы тоже дойдем до того уровня, в котором живут развитые страны. Из-за того, что при Союзе родоплеменным отношениям искусственно чинились препятствия, у нас все заново возродилось. И сегодня нам не надо это скрывать, но и не стоит делать из этого публичную политику, официальную идеологию. Наоборот, нам надо сплотиться с другими родами, объединиться во имя Кыргызстана.

- Тот факт, что вас провозгласили лидером рода и одновременно начали звучать требования реформировать Академию наук – это совпадение или следствие?

- Речь о реформировании и даже ликвидации Академии наук ведется вот уже 9 лет. Впервые эта идея прозвучала в 2005 году. Тогдашний госсекретарь Дастан Сарыгулов собрал нас всех в малом зале и заявил, что нам не нужна академия в том виде, в котором она существует. С тех пор мы этот вопрос обсуждали, разработали концепцию модернизации, оптимизации и реформирования академии. Вопрос муссировался давно, снова и снова поднимался и при премьере Омурбеке Бабанове, и при Жанторо Сатыбалдиеве. И новая волна в прессе понялась после того, как меня начали критиковать из-за избрания главой рода тейит. Тут же вспомнили и про академию. То есть, это совпадение.

- А вообще академия наук в Кыргызстане нужна?

- Нынешняя Академия наук, не только в Кыргызстане, но и на всем пост-советском пространстве, не пользуется теми возможностями, которые были при Союзе. Тогда было другое финансирование, объемное, многозначное. Была возможность снаряжать научные экспедиции, приобретать оборудование, уникальные приборы. А сейчас только три статьи финансируют – зарплату, соцфонд и содержание зданий. Но такая ситуация не только у нас, но и у соседей, потому что все испытывают объективные трудности. Конечно, можно было академию ликвидировать, ссылаясь на отсутствие финансирования. Но таким же образом мы загубили нашу промышленность и другие сферы. Даже в Туркменистане несколько лет назад ликвидировали академию наук по приказу Сапармурата Ниязова, а недавно снова восстановили. Что касается нашей ситуации, отмечу, что наука в Кыргызстане жива благодаря энтузиастам, которые на мизерную зарплату работают.

- Наши академики делают какие-то научные открытия? Приносят пользу обществу?

- Безусловно. Два года назад у нас была паника из-за того, что была опасность прорыва озера Адыгене. Благодаря принятым мерам, которые разработали наши ученые, катастрофу удалось избежать, мы сохранили Бишкек и Чуйскую область. Из-за нехватки финансирования наши академики часто работают вместе с учеными из других стран. Наш академик Кубанычбек Джумалиев из Института физики совместно с южнокорейскими коллегами разработал новый, более чистый вид угля. Уже третий год этот уголь успешно продается. Вместе с китайскими учеными мы создали совместный центр, благодаря китайским спутникам мы отслеживаем ситуацию по всему региону с ледниками. За годы независимости было сделано два крупных открытия в горной механике. Один из последних примеров – профессор Кушбакали Таджибаев открыл оригинальный способ в области горной механики, этот закон так и назвали «закон Кушбакали». Кроме того, публикации наших академиков Алмаза Алдашева, Алтая Борубаева, Жаныбека Шаршеналиева печатаются в самых престижных научных журналах. Это то, что касается естественных наук. Что касается гуманитарной сферы – в Кыргызстане изучением кыргызского языка, литературы, истории, нашего духовного наследия занимается исключительно академия наук. Разработка словарей, грамматики, изучением всех эпосов занимаются наши сотрудники. Так что нельзя сказать, что академия не нужна.

- Сколько у нас всего академиков в Кыргызстане?

- Число академиков устанавливается правительством. С 2002 года у нас установлены квоты: 45 академиков и 70 членов-корреспондентов. С тех пор увеличения не было. Связано это с деньгами. Во всех странах, и в Кыргызстане, в том числе, звание академика высшее научное достижение.

- Получается, все наши академики – люди почтенного возраста?

- Да, так и есть. Действующие академики – люди в возрасте за 70-80 лет. Буквально на днях умер еще один наш академик, Ильяс Ботбаев. Теперь у нас осталось 40 академиков. А членов-корреспондентов всего 50. Мы не проводим новые выборы, так как за это звание государство должно доплачивать. А у нашего государства такой возможности нет.

- А сколько получают кыргызские академики?

- Наши академики получают 15 тысяч сомов, а члены-корреспонденты 7500 сомов. Для сравнения, в России академики получают 100 тысяч рублей. На прошлой неделе президент России обещал увеличить эту сумму. Доктор наук в Кыргызстане получает 5-7 тысяч сомов. Директор института 9800 сомов.

- Естественно молодежь не пойдет в науку. На базаре люди больше зарабатывают...

- В последнее время пошел другой процесс. Среди студентов и молодых специалистов есть люди, которые хотят заниматься наукой. В академии у нас около 30% - молодые профессионалы, в отдельных институтах эта цифра достигает 45%.

- Это положительная тенденция. А как вы думаете, реформирование академии наук нужно?

- Обязательно нужно, и мы даже разработали план оптимизации. Хотим сократить бюрократию. Например, кроме президента академии наук, было 4 вице-президента. Мы упраздняем всех вице-президентов, оставляем только ученого секретаря. Ликвидируем должности 11 советников, из 25 научных структур путем объединения создаем всего 7 структур. Аппарат президиума тоже сокращаем на 30 процентов.

- А чем будет вся эта армия сокращенных заниматься?

- Наукой, а не чиновническими функциями. В результате мы сэкономим 15,5 млн. сомов. Мы хотим их пустить на командировки, приобретение оборудования и издание научной литературы.

- Вы сказали, что академия наук серьезно занимается духовным наследием кыргызов. Однако, духовность общества падает. С точки зрения академика, этот процесс обратим или необратим, наше общество будет и дальше деградировать?

- Это чрезвычайно глубокая проблема. Я тоже переживаю за нынешнее состояние нашей духовной сферы. Мы как академия хотим способствовать сохранению духовности, поэтому силами академии издали три книги: «Национальная идея и язык», «Национальная идея и философия», «Национальная идея и история». Хотели бы продолжить эту работу, дать обществу свои оценку, выводы и прогнозы. Под редакцией академика Турара Койчуева издали 6-й том о комплексном изучении нашей экономики и экологии. Там исследование генофонда кыргызов. В дальнейшем хотим связывать различные сферы жизнедеятельности человека и природы, чтобы не было узкой специализации. Думаю, пора разработать и принять концепцию культурного развития кыргызстанцев. Пока серьезной работы в этом плане не было.

- А ваши академики готовы давать обществу какие-то конкретные рекомендации в плане сохранения духовности? Мир науки кажется каким-то далеким, а нам нужны конкретные советы и направления по животрепещущим вопросам.

- Одним из недостатков нашей академии является отсутствие тесной связи с населением. Нам необходимо чаще выступать в СМИ и на телевидении, чтобы оповещать население о нашей работе, новых разработках, направлениях. Думаю, мы пересмотрим свою работу в этом плане и будем доводить до населения свою продукцию. Что касается духовной сферы, то не надо уповать на кого-то. Мы каждый должны активно вносить свой посильный вклад в сохранение своей страны и культуры.

- Тема регионализма еще актуальна в Кыргызстане?

- Тема регионализма есть везде. Даже в США, Франции, Англии, особенно в Италии, и других развитых странах есть это деление. И мы не должны его отрицать. Думаю, путем осознания, всеобщего обсуждения необходимо поэтапно решать эту проблему.

- Вы сами уроженец юга. Вы можете сказать, что сегодня есть какое-то ущемление уроженцев юга в политике, науке, сфере искусства?

- В силу географического разделения – горные перевалы, и в силу исторического – север Кыргызстана раньше вошел в состав России и раньше начал приобщаться к европейской культуре, поэтому есть определенные различия. Когда я учился в школе, наши первые учителя были с севера. Этот процесс шел до 70-х годов прошлого века. При Союзе основные промышленные производства были сосредоточены вокруг Бишкека и в самой столице. На юге же развивался больше аграрный сектор – хлопок и табак. Отсюда пошли и диспропорции. Но сейчас я не сказал бы, что есть какие-то ущемления. На юге много вузов, даже ради выправления ситуации было образовано южное отделение Академии наук. А в 90-е годы звучало много обид от некоторых южных региональных политиков, которые хотели отделиться от севера. Даже предлагали сделать Кыргызстан федерацией – юг и север. Но, Слава Богу, эта идея у нас не прижилась. И путем решения проблем у нас эта ситуация выправилась. Ни один здравомыслящий человек на это не пойдет.

- То есть, вы считаете, что разделение страны невозможно?

- Это гибель страны. Кыргызстан – единая страна, кыргызстанцы – единый народ. Мы ни в коем случае не должны делиться ни по регионам, ни по родам.

- Грядет 2015 год. Вы будете участвовать в выборах?

- Меня устраивает моя работа. Я хотел бы всеми доступными методами бороться за сохранение нашей академии наук.

Лейла Саралаева

  Фото Игоря Коваленко

© Новые лица, 2014–2017
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям