Рассказ мигрантки Часть пятая: Любовь-морковь

13:19, 3 Декабря 2019

“When boys and girls live in the same home, awkward situations can arise”

«Когда мальчики и девочки живут в одном доме, разумеется, могут возникать неловкие ситуации».

    Из сериала «Игра Престолов».

Эта фраза в точности описывает скрытую сторону жизни обитателей ресторана «Гуанчжоу». Почему дом? Потому что именно так и никак иначе мы называли это заведение, ведь мы проводили там большее количество времени. По 15-16 часов в сутки, семь дней в неделю. Как и мы, повара оставались до поздней ночи, и они были людьми, с которыми мы пересекались больше, чем с остальными. Они часто подходили к нашим раковинам, чтобы помыть те или иные продукты: брокколи, морские огурцы, рыбу, а один раз они приносили даже медвежьи лапы. Мне было искренне жаль это животное.

Об амурных делах, творящихся в заведении, я узнала уже через неделю после начала работы. В ходе разговоров с Нурилей эже я узнала, что Сережа вот уже месяц выказывает теплые чувства к Мээрим. Меня это не смутило, так как я нормально отношусь к союзам, созданным представителями разных национальностей. Как говорится, нет плохого народа, а есть плохие люди.

Я решила спросить об этом саму Мээрим, ведь меня одолевало простое любопытство. «Он говорит, что любит меня, - сказала она наконец, прерывая молчание. – Но я не могу быть с ним вместе, ведь он немусульманин. К тому же, мои родители будут против. А еще у меня дети. Мы просто друзья», - заключила она, но в ее голосе слышались нотки сомнения, будто она стояла перед дилеммой и не могла решиться. Про себя я отметила, что будет крайне интересно наблюдать за развитием событий в отношениях этих двоих.

В один из дней народу было меньше обычного и мы просто сидели и зависали в телефонах. Я зачем-то спустилась в гордеробную и застала там Мээрим, чистящую полы. Мы разговорились о том о сем, и я спросила у нее о ее бывшем муже. Я его никогда не видела, лишь слышала какие-то факты из уст ее сестер.

«Мы познакомились на работе, - начала она. - Сначала я ничего такого к нему не испытывала. А он с первых же дней начал ухаживать за мной. Он был красивым. Даже очень. А как пел... Слышала, что у него было много поклонниц. Я часто спрашивала себя о том, почему он выбрал именно меня. Что он такого нашел во мне? Ведь я самая обычная девушка: маленького роста, с красными щеками и кучей комплексов. Дни проходили, и я поняла, что уже не представляю жизни без него. Мы проводили много времени друг с другом. Он был самым понимающим, добрым и умным человеком. По крайней мере, мне так казалось. Прошло полгода. Он начал говорить о женитьбе, клялся мне в любви, обещал долгую и счастливую жизнь. Я ему поверила. И зря», - на этом моменте она запнулась и задумалась о чем-то.

Я оканчивала 11-й класс, когда узнала, что Мээрим выходит замуж. Дом ее родителей и наш дом расположены очень близко друг к другу, так что они были нашими частыми гостями, а мы - их. Камила апа, так звали ее маму, рассказала нам, что ее новоиспеченный зять младше Мээрим на четыре года и что он занимается музыкой. Сказала, что они были против их женитьбы, но, что поделаешь, у них, оказывается, любовь.

«Все мои чувства пропали на следующий же день после бракосочетания. Он оказался совсем другим человеком. Будто его взяли и подменили. Я и раньше замечала его трудный характер, но предпочитала закрывать на это глаза. Он постоянно ревновал, закатывал скандалы по пустякам, во многом обвинял меня. Просто я принимала это за любовь и оправдывала его. Я была счастлива тем, что мне достался такой красивый мужчина. Хоть и в душе он оказался тем еще уродом, – продолжала Мээрим. - В последующие дни в мое отсутствие он собрал всю мою косметику и одежду, которые ему не нравились, и просто выбросил. На мои вопросы о том, зачем он это сделал, он обвинил меня во всех смертных грехах и предположил, что я собиралась в этой одежде пойти на свидание с другими мужчинами. В заключение сказал: «Я так и знал, что ты «такая».

Потом я узнала, что беременна. Моя совесть не позволяла уйти и растить ребенка без отца. Я просто надеялась, что после рождения малыша он изменится, и все будет хорошо. Иногда я хотела пойти домой к сестрам, но он закатывал истерику и говорил, что я неравнодушна к своим жезде, раз я так хочу туда поехать. В ходе одной из таких ссор он ударил меня в живот. Я неделю лежала в больнице.

Я родила дочку, но ссоры продолжались. Его семья была глубоко религиозной, и, чтобы не разгневать их еще больше, я тоже стала читать намаз. За все эти годы чего я только не пережила. Мы часто оставались без еды. А он мог спокойно пойти в кафе со своей мамой и покушать там. Бывало так, что он отказывался покупать памперсы для детей. Я ни капли не жалею, что ушла, и искренне сожалею, что встретила его».

- А Сережа не такой, - сказала она после долгого молчания. - Он обещает, что мы вместе будем воспитывать моих дочерей, что мы переедем в Китай и откроем там свой ресторан. Я хочу ему верить, но, пока он немусульманин, этого не произойдет.

Сережа и вправду был настроен серьезно. Он помогал Мээрим всем, чем только мог. Я очень хотела верить в искренность его намерений, но в глубине души боялась, как бы она не ошиблась вновь.

Недавно я узнала, что он сделал ей предложение. И она сказала «да». Слышала, что он принял ислам, и они провели обряд нике в мечети. Родители Мээрим лишь сказали, что это ее судьба, и они не будут вмешиваться. Я надеюсь, что у них все будет хорошо.

Мээрим была не единственной кыргызкой, на которую «положили глаз» китайцы. Второй такой была я сама. Спустя месяц после приезда я стала замечать, что Мин, второй повар, часто засматривается на меня, но делала вид, что ничего не замечаю. Потом он начал дарить нам с Нурилей мороженое, жвачки, шоколадные конфеты и другие сладости. В меню ресторана был «Шоколадный банан», горячий десерт. Повара резали банан, обмакивали его в тесто, жарили на масле, затем заливали растопленным шоколадом и в конце обсыпали измельченным арахисом. Каждый раз они делали на две-три штуки больше и угощали этим нас. Я знала, что от него у меня выскочут прыщи, но лакомство было и вправду вкусным.

Из трех китайских поваров на русском языке более-менее понятно говорил только Сережа. А Мин и Син ограничивались лишь словом «можно?», они это говорили, когда приходили помыть что-то в раковине, а еще «да/нет» и «спасибо». Реже можно было услышать «не понимаю».

Син заглядывал к нам очень часто. Иногда его деятельность мешала нашей работе, и Нуриля возмущалась, восклицая: «Аа, опять ты, нос-мешок?» У него действительно был большой нос. Я каждый раз падала со смеху, когда она произносила это.

В один из дней Мин подошел ко мне с телефоном в руке и показал его мне. Там была запись, переведенная с китайского на русский. Она гласила: «Я хочу, чтобы вы обучали меня русскому языку». Я лишь улыбнулась и сказала: «Конечно, если будет время». По его лицу было понятно, что он ничего не понял, но все же до него дошло, что все хорошо. Спойлер: русскому я его так и не научила.

Позже мы сидели с Мээрим на качелях, решив, что можем отдохнуть после работы. Вдруг она сказала: «Сережа говорит, что ты нравишься Мину». Это было неудивительно, и я лишь сказала: «Ну ясно». В последующие дни подарки участились. Более того, помните, я говорила, что мне нужно было мыть стену, у которой работают повара? Так вот, Мин начал мыть ее за меня. Хоть я и говорила, что это делать вовсе необязательно, но он был упрямым. 19 июля мне исполнился 21 год. И как вы думаете, что произошло? Он подарил мне букет и много конфет. Я была смущена, но все остальные выражали крайний восторг и желали нам счастья. Я понимала, что это простая привязянность. Ведь это научно доказано, что ты можешь подружиться с человеком лишь потому, что видишь его каждый день.

Последствия этих ухаживаний были, хоть и не самые серьезные. Когда мы все вместе сидели дома, Сайрагуль подколола нас, сказав: «А девочки-то зря времени не теряют. Ты гляди, скоро двое за двоих замуж выскочат». Я была возмущена, но промолчала, лишь улыбнувшись.

Август близился к концу, а это означало, что недалек тот день, когда мы покинем этот город. Одним холодным вечером он мне написал: «Знаешь, а ведь если бы ты не уезжала так скоро, то я бы хотел начать с тобой встречаться. Как Мээрим и Сергей». Я ответила, что благодарна ему за все и надеюсь, что у него все будет хорошо. «Мы останемся хорошими друзьями», - заключила я. И на этом наши отношения, которые так и не успели начаться, были закончены.

У каждого есть выбор, и никто не вправе судить того, кто его сделал.

(Продолжение следует)

Диана Мамырбаева

Начало читать тут Рассказ мигрантки

                            Рассказ мигрантки Часть 2

                            Рассказ мигрантки Часть 3

                            Рассказ мигрантки. Часть 4: Разные люди - разные судьбы

    
© Новые лица, 2014–2020
12+
О журнале Контакты Рекламодателям Соглашения и правила Правообладателям